Держи хвост пистолетом - Дарья Калинина

Оксана, поняв, что спокойно попить до тех пор, пока Мариша изнывает от любопытства, ей не удастся, смирилась с неизбежным и ответила:

– У меня есть алиби на время его убийства. Ясно тебе? Махмед был вместе со мной, он это подтвердил. Теперь я могу спокойно напиться?

Мариша отпустила ее руку и отступила. Такого поворота она не ожидала. И еще кое-кто тоже явно не ожидал. Рядом с нами раздался приглушенный вскрик. Мы обернулись и увидели, что аппетитная дамочка выронила из рук свою хорошенькую чашечку с розочками, но вместо того, чтобы поднять ее, смотрит с нескрываемым изумлением и негодованием на Оксану. Та не осталась в долгу и тоже смерила ее с ног до головы высокомерным взглядом, на что много времени не потребовалось.

– В чем дело? – поинтересовалась Оксана после того, как решила, что увидела достаточно. – Вы во мне дырку хотите просверлить?

Дамочка фыркнула и сердито отвернулась в сторону, пробормотав себе под нос, что некоторые стали слишком много о себе воображать и при этом претендовать на чужих мужчин.

– Что это с ней? – удивилась Мариша. – Кажется, ее возмущает, что Махмед изменяет своей жене? Но ей-то какое дело до этого?

– Не знаю, – пожала плечами Оксана, метнув на дамочку нехороший взгляд.

После прибытия цистерны с водой ужин не заставил себя долго ждать. На этот раз он вместил в себя все три сегодняшние несостоявшиеся трапезы.

– Подозреваю, что им просто надо было избавиться от всех скоропортящихся продуктов, – сунув нос в свою тарелку, заключила Мариша. – А может быть, они просто решили избавиться от проблем, перетравив всех нас. Во всяком случае, я этот творог есть не буду и тебе не советую. И котлеты не ешь, они выглядят до боли знакомыми.

– А смотрятся они вполне прилично, – с сожалением заметила я. – Но если ты не советуешь, то не буду. Тут вполне достаточно и другой еды.

Мы с Маришей остановились на сосисках со свежими овощами, а на десерт выпили йогурт из пластиковых баночек, на которых было указано, что данному продукту ничего не сделается до июня следующего года, при какой температуре его ни храни. Бутерброды с сыром и булочки мы прихватили с собой, чтобы было чем перекусить утром, если за ночь что-нибудь случится с кухней или ее поварами.

– Масло тоже не ешь, – распорядилась Мариша, когда под вечер мы решили перекусить парочкой бутербродов. – Лучше намажь его себе на плечи, они у тебя все потрескались.

Я с негодованием посмотрела сначала на нее, а потом на пострадавшую часть своего тела и поняла, что Мариша права. Сыр с сухой булкой не самая моя любимая еда, но зато, когда раздались первые стоны, я целиком оценила предусмотрительность Мариши, проявившуюся так неожиданно кстати.

– Что это? – вскочила я среди ночи.

Мне снился сон, в котором я карабкалась на немыслимо крутую гору, рискуя каждую минуту сорваться вниз. Мариша лезла следом и не давала мне сделать ни одного шажка вниз или просто передохнуть. Внезапно из-за туч, скрывавших вершину, грянул гром, а потом Мариша полетела вниз, пронзительно вопя что-то неразборчивое. Я громко вскрикнула и проснулась. Под нашим окном кто-то громко стонал, и если бы он один. Нет, явно на турбазе творилось что-то неладное, стоны звучали со всех сторон, и к тому же, несмотря на позднее время, на улице раздавались торопливые шаги, чьи-то голоса и вообще царило всеобщее оживление.

Мариша тоже открыла глаза и торжественно сказала:

– Началось!

– Что началось?

– Сейчас увидишь, – пообещала мне подруга.

Мы наспех накинули на себя кое-какую одежду и выглянули на улицу. Возле двух имеющихся на турбазе туалетов скопились большие беспокойные толпы, отдельные члены которых взволнованно перебегали от одного туалета к другому с целью выяснить, как там двигается очередь. Кроме того, самые отчаянные или самые нетерпеливые скрывались где-то под покровом ночи и возвращались оттуда с довольными лицами, что продолжалось недолго. Создавалось такое впечатление, что суетились абсолютно все. В толпе я заметила работников турбазы, которые по какой-то причине не отправились ночевать по домам. Махмед тоже был здесь, но в отличие от многих он был бодр и полон сил, оказывая помощь тем, кто в ней особенно нуждался.

– Массовое отравление! – с торжеством в голосе бросил он нам, пробегая мимо. – А вы как себя чувствуете? Если вам очень плохо, то отправляйтесь к спортивному комплексу, там собираются те, кому необходима госпитализация.

Мы поспешили его разочаровать, сказав, что с нами все в порядке. Мне показалось, что он расстроился. Но долго с нами разговаривать он не стал и побежал дальше, а мы отправились досматривать свои сны. Утром выяснилось, что больше половины турбазы отправлено в больницу, а тех, кого она не вместила или кто не пожелал туда ехать, оставили в их домиках, снабдив лошадиной дозой антибиотиков. Для неотравленных был сервирован скромный завтрак, из которого были исключены все молочные и мясные блюда. В итоге нам всем пришлось довольствоваться чаем с черствой булочкой. На обед подали отварную вермишель с кетчупом и консервированный компот. Поэтому я не удивилась, когда Мариша заговорила о том, чтобы сходить в ближайший населенный пункт, в котором наверняка имеется какой-нибудь магазинчик, и купить там что-нибудь более существенное. Из ее сбивчивых пояснений я поняла, что это «существенное» здорово смахивает на несколько банок тушенки.

– Думаешь, они там будут? – с сомнением спросила я.

Мариша в это время о чем-то сосредоточенно думала и потому не обратила внимания на мои сомнения.

– Та дамочка, которая вчера уронила чашку и метала на Оксану испепеляющие взгляды, ела за ужином свиную тушенку, – задумчиво сказала Мариша. – Я еще обратила внимание на то, что она пришла в столовую, посмотрела, что там дают, ушла и через некоторое время вернулась с двумя банками. Она угостила своих соседей, и они все ели только свежие овощи с этой тушенкой. Надо найти даму и спросить, откуда у нее взялась тушенка и не продаст ли она нам излишек, если он у нее имеется.

Домик дамочки мы нашли довольно скоро. Но ее самой в нем не было, точно так же, как и ее вещей.

– Куда же она делась? – растерянно спросила я, осматриваясь по сторонам. – И где ее вещи?

– Могла бы хоть продукты оставить, – поддержала меня Мариша. – Зачем они ей в больнице?

– Может, навестить ее? – предложила я. – Заодно и насчет тушенки узнаем.

– Точно, – воодушевилась Мариша. – А если у нее с собой тушенки не окажется, купим хоть чего-нибудь другого.

Мы отправились собираться, но по пути наткнулись на трех полных дам, которые неторопливо шествовали загорать. По ним нельзя было сказать, что вчерашний ужин оказал на них сколько-нибудь заметное действие.

– Это они! – прошипела мне в ухо Мариша. – Те соседки, с которыми наша дамочка делилась своей тушенкой. Но смотри, они отлично выглядят. Где же в таком случае сама дама?