Плоть орхидеи - Джеймс Хедли Чейз

Сулливанов встретил старик лет шестидесяти, узкое лицо которого покрывала густая щетина и обрамляли седые, гладко зачесанные назад волосы. Он был босой, а его единственным одеянием были грязные трусы. Он производил какое-то странное впечатление – то ли бродяги, то ли вконец опустившегося пьяницы, знавшего, впрочем, лучшие дни.

Впрочем, подходило и первое, и второе. Текс Шеррил был владельцем цирка, где некогда работали Сулливаны. В свое время он отличался элегантностью и был лихим наездником. По характеру он был сродни Сулливанам: ценил независимость и подчинялся только своим прихотям. Когда Сулливаны бросили цирк, он, жалея об их уходе, в то же время завидовал им. Ему осточертело мотаться по стране, одолевая бесконечные дороги и терпя вечные неудобства.

После ухода Сулливанов он продержался с цирком полгода, потом продал его и приобрел винокуренный завод, изготовляя на нем нечто похожее на виски и продавая напиток окрестным фермерам. Шеррил получал достаточно, чтобы содержать дом и радоваться обретенной, наконец-то, свободе. Когда Сулливаны поменяли профессию, они навестили бывшего хозяина. Старая плантация, если дела пойдут плохо, могла стать убежищем для них. Они сообщили Шеррилу об этом, и тот, надеясь заработать, охотно согласился принимать их. И вот они у него. Здесь они спрячут Кэрол на оставшиеся шесть дней, пока она не получит законное право потребовать свои денежки. А потом будет нетрудно прикарманить ее состояние.

Они могли спокойно оставить Кэрол на его попечении. Шеррил человек надежный и всегда выполнял то, что они приказывали.

– Добрый день, юноши, – здороваясь, Шеррил, однако, смотрел на них подозрительно. – Что привело вас в наши края?

Вместо ответа Макс открыл дверцу и выволок Кэрол.

Шеррил остолбенел.

– Вы ее похитили? – спросил он, засунув вдруг ставшие непослушными пальцы за веревку, служившую ему поясом.

– Нет, – успокоил Макс, подняв связанную девушку. – Где мисс Лолли?

– В саду, – Шеррил загородил собой вход в дом. – Слушай, Макс, я не хочу участвовать в историях с похищениями. За это запросто можно угодить на электрический стул.

– А кто тебе сказал, что она похищена? – спокойно проговорил Макс. – Вначале я внесу ее, а потом мы поговорим.

– Нет, ты не внесешь ее в дом! – заупрямился Шеррил. – Посади ее в то кресло. Это слишком смахивает на киднеппинг.

Макс усадил девушку в старое кресло, заскрипевшее под нею. Кэрол попыталась вскочить, но, спутанная веревками, упала, потащив на себя кресло.

– Проследи за ней, – велел Макс Фрэнку и, взяв Шеррила под руку, отвел в сторону.

Фрэнк поднял кресло и вновь усадил Кэрол.

– Будь умницей, малышка. Я твой добрый друг. Макс не любит женщин, зато я обожаю их. Я постараюсь, чтобы с тобой ничего плохого не случилось. – Он снял шляпу и пригладил волосы. – Хочешь стать моей девчонкой? Мы можем не рассказывать ему об этом.

Макс и Шеррил разговаривали на совершенно другие темы.

– Кто она? – напрямик спросил Шеррил. – Ты что же, Макс, решил втравить меня в грязную историю?

– Тише! – Макс злобно смотрел на него. – Я плачу тебе достаточно, чтобы пользоваться твоим домом. И если плачу, то требую, чтобы деньги были потрачены не зря. Я не похищал ее, девчонка сбежала из клиники для душевнобольных. Мы решили помочь ей остаться на воле.

Шеррил отвел глаза. Ему было явно не по себе.

– Это маленькая Блендиш?

Макс скривился.

– Я вижу, ты в курсе.

– Это известно всем, кто читает газеты. Что ты собираешься делать?

– Через шесть дней она унаследует шесть миллионов долларов. Конечно, если ее не поймают за это время. Она потом отблагодарит меня за заботу.

Шеррил недоверчиво посмотрел на Кэрол.

– Зачем в таком случае ты замотал ее, как сосиску?

– Ты же знаешь, она ненормальная. Она ничего не помнит. Сумасшедшие, как животные, если их хорошо кормить, они спокойны. – Он снял перчатки и пошевелил затекшими пальцами. – С ними можно делать все, что угодно.

– Ты, видимо, очень плохо знаешь сумасшедших, – Шеррил сплюнул. – Впрочем, поступай, как знаешь. Сколько я буду иметь?

– Четверть того, что получим мы.

– Это может быть или слишком много, или ничего, – возразил Шеррил. – И все же, было бы лучше, если бы ты отвез ее куда-нибудь в другое место. Мне не достает только неприятностей.

– Заткнись! – Макс сунул перчатки в карман.

– Пишут, что она способна убивать.

Макс расхохотался.

– Не дури! Ты же в былое время укрощал львов, так неужели с девчонкой не справишься? И мисс Лолли тебе поможет.

Лицо Шеррила вытянулось.

– Не думаю, – ответил он. – Она стала очень странной. По-моему, у нее самой крыша поехала.

– В последний мой приезд она выглядела нормальной, – не поверил Макс. – Что с ней?

– Наверное, нервы, – вздохнул Шеррил. – Мне тяжело с ней.

– Тогда пусть убирается ко всем чертям! – посоветовал Макс. – У тебя найдется помещение, где можно запереть девчонку?

– Тащи ее на чердак, там окно с решеткой.

– Пойдем покажешь. Я тороплюсь, мы должны срочно вернуться в Пойнт-Брезе.

– Даже не переночуете? – удивился Шеррил.

– Ничего не поделаешь, дела. Денька через два-три мы наведаемся снова.

Они подошли к Кэрол.

– Развяжи ее, – велел Макс Фрэнку, сидевшему у ног девушки, прислонясь к подлокотнику кресла. На его лице блуждала улыбка, глаза блестели.

Фрэнк тут же вскочил на ноги и выдернул кляп изо рта Кэрол. Голова ее дернулась назад, и девушка застонала от боли, с ненавистью глядя на Сулливанов.

– Где Ларсон?

– Я не скажу этого, – хрипло сказала она. – Делайте со мной что хотите, я буду молчать.

Макс улыбнулся.

– Заговоришь! – прошипел он, поворачиваясь к Шеррилу. – Отведем ее наверх, я немного ее потрясу.

Позади них послышались неуверенные шаги, и они обернулись. К ним приближалось какое-то странное существо, страшное, таинственное. Лицо обрамляла длинная борода, которая резко контрастировала с пыльным и старомодным длинным темным платьем. Мужские ботинки, в которые были засунуты голые ноги, противно скрипели.

Мисс Лолли было сорок пять лет. Борода скрывала ее белоснежную кожу, некогда приводившую в восхищение зрителей. Большую часть жизни она провела в цирке. Она не отрывала взгляд от Кэрол.

Увидев ее, девушка забилась в истерике.

Фрэнк рассмеялся. Вдвоем с Максом они потащили упиравшуюся Кэрол в дом. Оттуда вскоре донеслись душераздирающие крики.