Твои дни сочтены - Марина Серова

И, увидев, что Григорий опять хочет о чем-то спросить, предложила:

– Потанцуем?

– Давай, – согласился он.

Мы прошли на пространство для танцев и медленно закружились под джазовую мелодию. Краем глаза я наблюдала за столиком, где сидели Милехин и Кристина. И поймала напряженный взгляд жены Милехина, обращенный в мою сторону. Сам же Милехин выглядел весьма довольным, даже лоснящимся. Не создавалось впечатления, что этот человек месяц назад потерял дочь. Я тут же подумала, что, безусловно, этой парой нужно будет заняться всерьез и разгадать все скрытые покуда от меня связи между ними и Привольновыми.

Когда мы вернулись за свой столик, Григорий спросил:

– Что будешь пить – чай или кофе?

– Кофе, – ответила я. – Только нерастворимый.

– Два кофе по-турецки, – сделал заказ Привольнов.

Когда официант отошел, Григорий вдруг с грустью спросил:

– Таня, за что ты меня так не любишь?

– А я тебя не люблю? – удивленно спросила я, в свою очередь. – С чего ты взял?

– Это же очевидно, раз ты все время стараешься мне противодействовать, – ответил Привольнов.

– А я тебе противодействую? – невинно спросила я.

– Неужели сама не замечаешь?

– Нет никакого противодействия, – ответила я.

– Тогда не будем об этом, – сказал Григорий и после небольшой паузы предложил: – Почему бы нам не сойтись поближе?

– Для чего?

– Для чего вообще встречаются мужчины и женщины? – с легким раздражением из-за моей недогадливости сказал Григорий.

– Ну, например, потому что их объединяет общее дело, – предположила я.

– Хорошо. Задам вопрос по-другому: почему бы нам не стать любовниками? – нервно спросил Привольнов.

«О-о-о, как до тупости прямолинейно! – подумала я. – Вы меня разочаровываете, Григорий Николаевич!»

Но внешне не выразила своих эмоций.

– Это исключено, – лишь ответила я, обворожительно улыбаясь.

– Почему?

– Постоянный партнер требует времени и внимания, я же почти все ресурсы посвящаю работе, – уклончиво ответила я.

По глазам Григория я поняла, что он сейчас предложит мне провести с ним ночь, и уже придумала тактичный отказ, чтобы не обидеть его.

– Поехали домой. Я что-то захмелела, – сказала я. – Лучше бы устроил мне завтра очную встречу с Милехиным и Кристиной. А сейчас мне пора баиньки.

– Подожди, – Григорий придвинулся ближе и нежно взял мою руку в ладони. – Почему бы нам не поехать ко мне и не провести приятно ночь? О многом бы поговорили.

«Как ты предсказуем!» – мысленно усмехнулась я, а вслух спросила:

– О чем, например?

– Например, о том, как продвигается твое расследование гибели Олеси Милехиной, что тебе удалось узнать и чем тебе еще предстоит заняться, – сказал Привольнов.

– Мы уже говорили, – напомнила я. – Плохо продвигается, почти никак. Я же говорила, что никто ничего не знает, не видел и не слышал. Может быть, девчонка действительно покончила с собой, а мы тут из-за нее головы себе морочим. Единственное, что мне удалось узнать, – это то, что мать у нее редкостная дрянь, отец любящий и заботливый, а жених – надежный и хозяйственный. Дальше этого не движется.

Я выдала набор стандартных сведений об Олесе, обнародование которых никак не могло помешать мне в расследовании. К откровенности с Привольновым я не была готова и не считала это полезным.

– Не может быть, чтобы у тебя не оказалось зацепки, – Григорий тоже проявлял упрямство.

– Увы – нет! – Я обреченно вздохнула. – На сей раз я действительно проиграла. Первый раз за все время! Я же привыкла иметь дело с крутыми ребятами, с киллерами и мафиози. А тут все просто – и я не знаю, что делать.

Для меня было совершенно очевидно, что Привольнов нервничает, ведет себя неестественно и настойчиво пытается выведать информацию. Причем по заданию своего младшего брата. При всем при этом они не знакомят меня с главным заказчиком…

Все это очень подозрительно. Я не собиралась ничего говорить о ходе расследования. Лучше сделаю-ка очень скорбное и озабоченное лицо…

Привольнов обнял меня за плечи:

– Успокойся, детка, не переживай так.

Терпеть не могу подобный слащаво-покровительственный тон! Я сбросила с плеч его руку и потребовала:

– Отвези меня домой. Я хочу спать.

– Поедем ко мне? – предложил непробиваемый Привольнов.

– В следующий раз. Я здорово перепила и отключусь, как только доберусь до постели, – покривила я душой.

Григорий помрачнел, кивнул головой и поднял руку, подзывая официанта, чтобы расплатиться.

Между тем в зале развернулось захватывающее действо. Дама, сидевшая за соседним столиком с молодым любовником, тоже собралась уходить. Пока он расплачивался, она выскочила в центр зала и, не имея ни слуха, ни голоса, запела во все горло, приплясывая:

– А в ресторане, а в ресторане, а там гитары, а там цыгане!..

Мужчина несколько раз пытался увести ее, но она каждый раз вырывалась и неистово вопила, приплясывая так лихо, что туфли слетели с ее ног и разлетелись в разные стороны. Невольные зрители бесплатного концерта только что не лежали от смеха. Даже оркестр, покоренный столь мощным талантом, стыдливо замолчал.

Я не узнала, чем все закончилось, потому что мы с Привольновым отправились по домам. Услышала только, как кто-то посоветовал молодцу вызвать такси, затем унести даму из ресторана, перебросив через плечо. Впрочем, дальнейшая судьба парочки волновала меня меньше всего.

Уже выходя из зала, я увидела горевший от нетерпения взгляд Кристины, проводивший нас с Привольновым до двери. Похоже, что она заинтересована в моей работе больше, чем Привольнов. А вот Милехину, похоже, все равно. И вообще, у меня складывалось впечатление, что заказал дело Алексей Привольнов, а Милехин вообще не в курсе того, что затеял его адвокат. И, скорее всего, он даже не знал, что Привольнов пригласил меня к себе на вечеринку с пивом «Богемия»! Только вот зачем Алексей позвал меня? Да просто для того, чтобы я пообщалась с Григорием Привольновым! Надеялся, наверное, что я вспомню прошлое, размякну, потеряю бдительность, и Григорию потом не составит труда выуживать из меня конфиденциальные сведения. Значит, обаяшка-бизнесмен у нас засланный казачок…

«Не на ту напали, братцы-кролики!» – подумала я.

Однако загадок наличествовало куда больше, чем разгадок. И я подумала, что в этом вопросе нужно непременно посоветоваться с костями, причем сразу по возвращении домой: гадать при Привольнове не казалось мне хорошей идеей.

Шофер терпеливо ждал нас. Мы с Григорием сели в машину, и Привольнов приказал ему ехать к моему дому. Разговаривать мне не хотелось, и я сделала вид, будто сплю. «Разбудил» он меня только возле дома. Поспешно распрощавшись с Привольновым и игнорируя его намеки напроситься ко мне «на чашку кофе», я поднялась к себе в квартиру и, стягивая на ходу костюм, устремилась в душ. Приняв его, облачилась в свободную домашнюю одежду, сварила кофе и с наслаждением прилегла на диван.