Каникулы в Лимстоке - Агата Кристи

Элси сказала извиняющимся тоном:

– Я должна подняться к мальчикам. Мистер Симмингтонвесьма озабочен, что все это их слишком взволнует. Он просил меня увести их.

– Я слышал, что тело обнаружила Меган, – сказаля. – Надеюсь, кто-нибудь присматривает за ней?

Должен признать, что Элси Холланд выглядела как человек,внезапно ощутивший угрызения совести.

– Ох, дорогая! – воскликнула она. – Я о нейзабыла! Надеюсь, с ней все в порядке. Знаете, столько всего нахлынуло, полицияи все остальное… Но это небрежность с моей стороны. Бедная девочка, она должначувствовать себя очень плохо. Я сейчас же пойду взглянуть, как она там.

Я смягчился.

– С ней все в порядке, – сказал я. – За нейприсматривает Роза. Вы можете заняться детьми.

Она поблагодарила меня белозубой печальной улыбкой ипоспешила наверх. В конце концов, ее делом были мальчики, а Меган… Элсиплатили, чтобы она присматривала за чертовыми братцами Симмингтонами. Вряд лиможно было порицать ее за внимание к ним.

Когда она исчезла за поворотом лестницы, у меня перехватилодыхание. На мгновение мне почудилось, что это мелькнула Ника Самофракийская,бессмертная и невероятно прекрасная, а вовсе не добросовестная гувернантка.

Затем открылась дверь, и в холл прошествовал лейтенант Нэш,сопровождаемый Симмингтоном.

– О, мистер Бартон! – сказал он. – Я как разсобирался звонить вам. Рад, что вы уже здесь.

Он не спросил – в тот момент, – почему я уже здесь.

Он обернулся к Симмингтону:

– Я бы занял ту комнату, если можно.

То была маленькая дневная гостиная с окном, выходящим наулицу.

– Конечно, можно.

Выдержка у Симмингтона была недурной, однако он выгляделбезнадежно усталым. Лейтенант Нэш сказал вежливо:

– На вашем месте я бы позавтракал, мистер Симмингтон.Вы, и мисс Холланд, и мисс Меган почувствуете себя гораздо лучше после кофе ияиц с беконом. Убийство на голодный желудок – гадкое дело.

Он говорил тоном доброго домашнего врача. Симмингтон сделалслабую попытку улыбнуться и сказал:

– Благодарю вас, лейтенант, я последую вашему совету.

Я следом за Нэшем вошел в гостиную, и он закрыл дверь. Потомон сказал:

– Вы оказались здесь очень быстро! Как вы узнали?

Я объяснил, что мне позвонила Меган. Я чувствовалрасположение к лейтенанту Нэшу. Он, во всяком случае, не забыл, что и Меганнуждается в завтраке.

– Я слышал, вы звонили вчера вечером, мистер Бартон, исправлялись об этой девочке. Почему бы это?

Я догадывался, что это выглядит странно. Я рассказал ему отелефонном звонке Агнес и о том, что она не явилась к Патридж. Лейтенантсказал:

– Да, понимаю…

Он протянул это медленно и задумчиво, потирая подбородок.Потом лейтенант вздохнул.

– Н-да, – сказал он. – Это убийство,совершенно ясно. Непосредственное физическое воздействие. Вопрос в том, чтоименно знала девушка? Сказала ли она что-нибудь этой Патридж? Что-тоопределенное.

– Не думаю. Но вы можете спросить сами.

– Да, я зайду повидать ее, когда закончу здесь.

– Что именно произошло? – спросил я. – Или выеще не знаете?

– Кое-что знаем. У прислуги был выходной…

– У обеих женщин сразу?

– Да; здесь, кажется, прежде служили две сестры, и онилюбили отдыхать вместе, а миссис Симмингтон устраивал такой порядок. Потомприслуга сменилась, но порядок остался прежним. Девушки только заранее готовилихолодный ужин и сервировали его в столовой, а мисс Холланд обычно готовила чай.

– Понятно.

– Здесь все вполне ясно на первый взгляд. Повариха Розаприехала сюда из Нижнего Микфорда, и для того, чтобы съездить туда в выходной,она должна попасть на автобус в половине третьего. Поэтому Агнес всегдазаканчивала мытье посуды после обеда сама. Роза обычно перемывала посуду послеужина, чтобы рассчитаться. В этот день было так: Роза ушла к автобусу на 2.25,Симмингтон отправился в свою контору от 2.25 до 3.00. Элси Холланд и дети вышлибез четверти три. Меган Хантер уехала на велосипеде минут на пять позже. Агнеспосле этого оставалась в доме одна. Насколько я разобрался, она обычно выходилаиз дома между тремя часами и половиной четвертого.

– А дом оставался пустым?

– О, здесь на этот счет не беспокоятся. В этих краях неособо запирают дома. Как я сказал, без десяти три Агнес была в доме одна. Иясно, что она никуда не выходила, поскольку она была в чепчике и переднике,когда нашли ее тело.

– Я полагаю, вы можете приблизительно определить времяее смерти?

– Доктор Гриффитс не захотел компрометировать себяизлишней точностью. Между двумя часами и половиной пятого – таково официальноемедицинское заключение.

– Как ее убили?

– Сначала ее оглушили ударом по затылку. После этогообычный кухонный вертел, очень остро заточенный, вонзили в основание черепа,мгновенно убив ее.

Я раскурил сигарету. Это не было приятной картиной.

– Очаровательное хладнокровие, – сказал я.

– О да, это очень характерно.

Я глубоко вздохнул.

– Кто это сделал? – пробормотал я. – И зачем?

– Я не думаю, – медленно сказал Нэш, – что мыкогда-либо узнаем совершенно точно – почему. Но мы можем догадываться.

– Она что-то знала?

– Она что-то знала.

– Она никому здесь не намекнула ни о чем?

– Насколько я мог выяснить, нет. Повариха говорит, чтодевушка была расстроена со дня смерти миссис Симмингтон, и, по словам этойРозы, она все сильнее и сильнее о чем-то беспокоилась и часто повторяла, что незнает, что она должна делать.

Нэш раздраженно хмыкнул:

– Это частенько бывает. Они не хотят идти к нам. Они нехотят «быть замешанными в полицейские дела», это глубоко засевшеепредубеждение. Если бы она пришла и рассказала о том, что ее тревожит, она бысегодня была жива.

– Неужели она ни о чем не намекнула товарке?

– Нет. Роза так говорит, и я склонен ей верить. Потомучто, если бы Агнес что-то сказала, Роза уж разболтала бы это мгновенно, да ещебы и от себя немало добавила.