Знак Ганнибала - Михаил Палев

Но Николаша не согласился.

– То же дерьмо, что и «макар», – возразил он, – разве что баланс получше из-за более слабого патрона. Лучше уж я из «глока». Потом можем поменяться. Тогда и станет ясно, что зависит от мастерства, а что – от конкретного типа оружия.

– Как скажешь, – пожал плечами Борис и бросил через плечо охраннику: – Вован, одолжи ствол.

Вован отдал Борису свой «ижак». Борис проверил магазин и сказал, бодро вставая из кресла:

– Пошли!

* * *

Мы спустились в гараж.

– Вы можете надеть бушлаты, они в том шкафу, – сказал Элис, – а я отнесу ружье.

Николаша открыл створки большого металлического шкафа. Там действительно висело несколько бушлатов армейского образца.

– Элис держит их для гостей, – пояснил Николаша, – когда те хотят поохотиться или порыбачить.

Элис направился к двери в дом. Я последовал за ним.

– А ты куда? – удивился Элис, обернувшись.

– Возьму свое пальто, – ответил я. – Там небось ветер, так не надевать же вместе с бушлатом еще и ватные штаны!

– Логично! – согласился Элис.

Приблизившись к двери в кухню, мы услышали какие-то крики.

– Что там такое?! – удивился Элис, распахивая дверь.

Кричала Лера. Зябликов завалил ее на кухонный стол, задрал на ней платье и пытался теперь стащить с нее одновременно трусы и колготки. По причине изрядного подпития у него это плохо получалось. Элис выругался, схватил Зябликова за шиворот и рывком отбросил его в сторону. Лера с плачем выбежала в гостиную. Я услышал, как она пробежала в холл и громко хлопнула там входной дверью.

Зябликов сидел на полу, потирая голову: видно, он ударился о стену, когда Элис его отбросил. Он попытался встать, но Элис приставил к его лбу ружейный ствол.

– Мне бы следовало тебя пристрелить, – проговорил Элис, – но я этого не сделаю. Знаешь, почему?

Зябликов испуганно смотрел на Элиса.

– Потому, что Лера побежала к Паше на пост. Паша – ее брат. У него не все в порядке с головой после Чечни. Сейчас он придет и пристрелит тебя из своей «Сайги», – холодно сообщил Элис, отводя в сторону ружье и ставя его у стены. Он посмотрел на часы и осведомился у начинавшего приходить в себя Зябликова: – Ирина спит?

– Да уж час будет, как она к себе ушла, – слегка заикаясь, ответил Зябликов. От испуга он явно протрезвел.

– Ну и хорошо! – удовлетворенно констатировал Элис. – Ей это видеть ни к чему. А ты, Слава, останься. Зрелище будет не для слабонервных, но лишний свидетель не помешает.

– Ладно, брось его пугать! – недовольно сказал я. – Давай, Иннокентий, иди спать.

Зябликов поднялся с пола, добрался до буфета, схватил недопитую бутылку водки и залпом выхлебал ее. Занюхал рукавом и повернулся к Элису.

– Я вас всех отсюда выкину! – визгливо закричал Зябликов. – Я все скажу Инессе! Она с тобой разберется! Чтобы завтра здесь вашего духу не было! Это теперь мой дом!

– Да? Что-то я не видел договора о купле-продаже, – усмехнулся Элис.

Зябликов с минуту тупо смотрел на него. Но алкоголь уверенно брал свое, и Зябликов с апломбом непререкаемого превосходства пьяного над трезвым заявил:

– Будет! Куда ты, на хрен, денешься?!

Хлопнула входная дверь, в гостиной зазвучали торопливые шаги.

– А вот и Паша с «Сайгой»! – удовлетворенно констатировал Элис.

И действительно, в кухню ворвался разъяренный Паша с «Сайгой» наперевес.

– Где эта сволочь?! – орал Паша. – Я убью эту мразь!

Тут он увидел Зябликова и с рычанием набросился на него. Но Зябликов вдруг проявил неожиданную прыть. Он схватил оставленное Элисом ружье и направил его дуло Паше в грудь. Отчетливо щелкнул ударник. Зябликов попытался передернуть цевье, но Паша ударил ногой по ружью и выбил его из рук Зябликова. Зябликов, бледный как полотно, прижался к стене. Паша навел на него ствол «Сайги» и прорычал:

– Молись, гад!

Скажу честно: я был напуган не меньше Зябликова. И стыдно признаться: испугался я вовсе не из-за Зябликова. У Паши явно с головой не в порядке, а патронов в «Сайге» хватит на нас троих с избытком. Бежать в гараж к мужикам? Не успею. А вот если рвануть в сторону гостиной, то есть шанс спастись, потому что тогда между мной и Пашей останется Элис. Блин! Ведь Элис эту всю кашу заварил, пусть он и расхлебывает! Но свои шкурные мысли я додумать не успел: Элис успел встать между Зябликовым и Пашей.

– Алексей Олегович, уйдите от греха! – выкрикнул Паша. – Христом Богом прошу! Уйдите!

Элис был абсолютно спокоен. Он обнял Пашу за плечи.

– Ну, успокойся! И охота тебе срок за этого козла тянуть? Все, все.… Все, я сказал!

Тут я обратил внимание, что Зябликов в это время успел опуститься на четвереньки и с удивительной быстротой – в той же позе – резво перебежал в коридорчик, ведущий в гараж. Элис еще успокаивал Пашу, а Зябликова уже и след простыл.

– Все, Паша, – твердо сказал Элис, – давай на пост. Лере ничего не грозит, я этого дегенерата беру на себя. Славон, куда он побежал?

– Во флигель.

– Ну и отлично! Сейчас я его найду и запру в комнате. И куда только Витюша подевался? Черт бы его побрал! Ни на кого понадеяться нельзя! Все, Паша! Ступай на пост, а ты, Слава, посмотри, как там наши стрелки.

Я отправился в холл вместе с Пашей. Паша зашел в комнату Леры. Вход туда был устроен довольно-таки странно: перегородка отделяла комнату Леры от холла, причем проходила прямо посередине эркера. Дверь находилась по ту сторону перегородки, и из холла ее не было видно. Паша скрылся в проходе эркера, а я накинул пальто и вышел во двор, на ходу застегивая пуговицы.

* * *

Весь двор оказался засыпан девственно-чистым снегом, красиво переливающимся в падавшем из освещенных окон свете. Днем снег не шел, и расчищенные утром дорожки почти не были засыпаны. Против моих ожиданий, во дворе совсем не было светло: на небе не было ни звезды, а в воздухе стояла призрачная дымка, поглощавшая свет редких аллейных фонарей и осветительных плафонов на заборе. Когда я свернул за угол дома, то на стрелковой позиции разглядел смутные копошащиеся тени. Подойдя ближе, я услышал, как Борис ругает Николашу:

– Что значит, «плохо знаешь»? Кто здесь брат хозяина, ты или я? Мастер спорта, бля!

Когда я подошел к ним вплотную, на стрелковой позиции вспыхнул свет, и Борис увидел меня.

– Ты что так долго? – спросил он.

Я вкратце обрисовал ситуацию.

– Тьфу, козел! – с досадой сплюнул Борис. – Совсем оборзел. Говоришь, во флигель пошел? А он, часом, нас не постреляет? Там на камине два патрона для «зауэра» лежат.