Брат мой, враг мой - Владимир Колычев

– Какие люди! – фальшиво обрадовался он.

– А я думаю, на кого эта сучка работает? – ехидно усмехнулась Ульяна.

– Какая сучка?

– Сучка Лялька.

– Не знаю, о ком это вы, Ульяна Родионовна…

– Зачем пришел?

– Так не к тебе пришел… Кочанов, давай понятых! Обыск проводить будем!.. – Желудев снова повернулся к Ульяне. – Все, как договаривались!

– Кто с кем договаривался? – побледнела вдруг она.

– А то ты не знаешь… Я тебя не задерживаю, можешь идти. А вас, гражданин Ивашов, попрошу остаться, – глянув на Виктора, недобро усмехнулся Желудев.

Ульяна вдавила тлеющий окурок в пепельницу, неторопливо поднялась, подошла к Виктору и шепнула ему на ухо:

– Что бы ни случилось, я здесь ни при чем. Ты должен мне верить. Если любишь, – еще тише добавила она.

– Ну, что такое, Ульяна Родионовна! Давай, давай, не задерживай людей!

Ульяна ушла, а Виктор остался один на один с нехорошим предчувствием. Неспроста менты нагрянули с обыском. Что-то должно было случиться.

И точно, не прошло и пяти минут с начала обыска, как Желудев нашел пакетик с травкой, и ни где-нибудь, а в кармане старой куртки, что без дела висела в шкафу. А прежде чем сунуть руку в карман, он демонстративно сжал и разжал пальцы, как бы давая понять, что нет в них ничего. И ведь делал он это не просто так, знал, что находится в этом кармане. Кто-то подсунул Виктору наркоту, и, судя по всему, сделано это было по заданию самого Желудева. И попробуй объяснить понятым, что это подстава. Кочанов составил протокол изъятия, понятые под ним подписались, на этом процедура обыска закончилась.

Желудев поблагодарил участкового за службу и выставил за дверь. Еще раньше он выпроводил понятых. Остался только Кочанов, но его Желудев отправил на кухню варить кофе, а сам вместе с Виктором закрылся в гостиной.

– Да ты не переживай, парень, – с ухмылкой подлого победителя говорил он. – Годик-другой тюрьмы – это совсем немного. Посидишь, подумаешь над своей жизнью. Еще спасибо мне скажешь за то, что я тебя остановил.

– Вы меня остановили? – Виктора душила злость, но внешне он выглядел невозмутимым. Во всяком случае, старался скрывать эмоции.

– На гиблое дело ты подписался, Ивашов. Рэкет, «крыши»… Неужели не понимаешь, что все это добром не закончится?

Виктор все это понимал, но промолчал, более того, всем своим видом показал, что не согласен с Желудевым. И не из вредности, а из принципа. Сподличал мент, поэтому пусть не рассчитывает на доброе к себе отношение.

– Не понимаешь. А зря. Ты вот думаешь, мы тебе подбросили наркотики. Может, и подбросили. А с помощью кого? Ульяна говорит, что это какая-то Лялька сделала. А я вот могу сказать, что Ульяна тебя и подставила. Ты же видел, парень, что мы знакомы с ней…

– Ну, видел, и что?

– А то, что Ульяна пыталась заплатить нам, чтобы я разобрался с тобой. Можешь не сомневаться, так оно и было.

– Это неправда, – как-то неуверенно проговорил Виктор.

– А разве она не доверенное лицо своего отца?

– Это не ваше дело!

– Как это, не мое дело? – засмеялся Желудев. – Как раз мое. Поселок Лиговский – наш район, если ты не знаешь. А ты знаешь. Должен знать… Что у тебя с Ульяной здесь было? Секс?

– Вот уж это точно не твое дело! – перешел на «ты» Виктор.

– Значит, было…

– Чего ты хочешь, мент?

– Ух ты! Крутого авторитета из себя изображаешь? А какой ты авторитет? Так, понты одни, – беспощадно усмехнулся капитан. – Ну, повезло твоим отморозкам, ну, грохнули вы лиговских. А дальше что? «Крышу» над коммерсантами поставили? Ну, так вам и здесь везет, что некому вам помешать. У Роджера не лучшие времена, Шмон со своей кодлой превратился в труху, коммерсанты не возмущаются. Но везение имеет свойство заканчиваться. Я могу это везение у тебя отобрать. Сначала тебя посажу, потом твоих отморозков. И что дальше? А что-то будет. Но уже без вас… Если я вас не посажу, то Роджер вас грохнет, для него это как два пальца об асфальт… А ты не ходишь по земле, а летаешь, берегов не видишь. Защиты не ищешь. Вот коммерсанты почему тебе платят? А потому что их чувство защиты греет. Хотя никакой реальной защиты им от тебя и не светит. А я мог бы обеспечить тебе реальную защиту.

– Ты?! Мне?! – оторопело взглянул на Желудева Виктор.

– Да, я. Тебе. Ты снимаешь с коммерсантов и часть своей добычи отстегиваешь нам. За это мы обеспечиваем тебе прикрытие от закона. Прежде всего это касается твоего Алика. Обвинения с него не сняты, в любой момент привлечь можем. А так трогать его не станем, пусть живет себе. И Роджер тебя не тронет, если ты будешь под нашей «крышей»… Я вообще удивляюсь, как ты об этом раньше не догадался. Это же просто. Роджер мне платит, и ты мне платить будешь. А если нет, то скатертью дорога. На зону.

– Ловко ты меня подставил, мент, – сквозь зубы процедил Виктор.

– Ну, если гора не идет к Магомету…

– Я так понимаю, выбора у меня нет?

– Нет.

– И сколько ты хочешь?

– Тридцать процентов от всей твоей прибыли.

– Это много.

– Я могу назначить все пятьдесят процентов. Фифти-фифти. И куда ты денешься?

– Хорошо, пусть будет тридцать.

– Я знаю, кто и сколько тебе платит, так что не пытайся меня обмануть. Я так понимаю, вам сейчас на ноги надо стать. Хорошо, становитесь. Но через месяц я приду за расчетом. Сам приду. Запомни, от меня прятаться бесполезно.

– А я и не прячусь.

– Ну и зря. В твоем положении нужно быть очень осторожным. Роджер не дремлет.

– Но ты же обещал «крышу» от него.

– А деньги? Утром деньги, вечером «крыша»…

– Будут деньги.

– Ну, как будут, так и поговорим о Роджере. А пока будь осторожен. У Алика своего учись. Его так просто не возьмешь, а ты весь на виду. Бывай!

Желудев поднялся с кресла, достал из фуражки сложенный вчетверо протокол изъятия, смял его и небрежно швырнул Виктору под ноги.

Они с Кочановым ушли, а Виктор остался сидеть на диване, тупо глядя в пустоту. Дурак он. Дурак дураком. Нашел кому довериться – Ульяне. Да она его, как слепого щенка, вокруг пальца обвела…

Из раздумья его вывели Юрка и Алик.

– Эй, чего у тебя дверь открыта? – спросил один.

– Ты чего такой замороженный? – встревоженно посмотрел на него другой.

Виктор поднял с пола протокол, распрямил бумагу и молча протянул Алику.

– Что это такое?

– Читай.

– У тебя что, менты были?

– С обыском. Травку нашли.