Мюнхен - Роберт Харрис

Она взяла его за руку и мягко потянула за собой. Под пристальным взглядом различных государственных деятелей из вигов и тори, свысока взирающих из массивных золоченых рам, они миновали общественные гостиные. К удивлению Легата, руки миссис Чемберлен не убрала. Они напоминали пару гостей, вместе приехавших на уик-энд в какую-нибудь деревенскую усадьбу.

– Я так благодарна вам, молодым людям, за все то, что вы делаете для моего мужа. – Тон у нее был доверительный. – Вы даже представить себе не можете, насколько облегчаете его ношу. Только не говорите, что просто выполняете свою работу: мне ли не знать истинную цену государственной службы?

Женщина распахнула дверь в столовую. Та выглядела не официально-роскошной, но скорее по-домашнему: отделанные деревянными панелями стены и стол на двенадцать персон. За дальним его концом сидел премьер-министр, читающий «Таймс». Чемберлен поднял взгляд, увидел жену и улыбнулся.

– Доброе утро, дорогая, – сказал он. Потом кивнул Легату. – Доброе утро. – И вернулся к чтению.

Миссис Чемберлен указала на боковой стол, где стояли накрытые сохраняющими тепло серебряными крышками пять-шесть блюд.

– Прошу, угощайтесь. Кофе?

– Благодарю.

Подав ему чашку, она села рядом с премьер-министром. Легат снял крышку с ближайшего блюда. Запах сочного бекона напомнил ему, как он голоден. Хью прошел вдоль стола, накладывая еду на тарелку: омлет, грибы, сосиски, черный пудинг. Когда он уселся, миссис Чемберлен, глянув на объем угощения, усмехнулась.

– Хью, вы женаты?

– Да, миссис Чемберлен.

– Дети есть?

– Мальчик и девочка.

– В точности как у нас. Сколько им?

– Три годика и два.

– Ах, как чудесно! Наши-то много старше. Дороти уже двадцать семь – недавно вышла замуж. Фрэнку двадцать четыре. Вам нравится кофе?

Легат отпил глоток – вкус был отвратительный.

– Замечательный, спасибо.

– Я добавляю цикорий.

Премьер-министр негромко зашуршал газетой и хмыкнул. Его супруга притихла и налила себе чаю. Легат вернулся к еде. Несколько минут за столом царило молчание.

– Ого, как интересно! – Премьер-министр вдруг поднял газету и свернул ее на странице, которую читал. – Можете записать заметку?

Легат проворно отложил нож и вилку и достал блокнот.

– Мне нужно отправить письмо… – Чемберлен поднес напечатанную мелким шрифтом статью ближе к глазам. – Мистеру Г. Дж. Сколи, Кингстон-апон-Темс, Дайсарт-авеню, тридцать восемь.

– Да, премьер-министр. – Легат ничего не понимал.

– Тут напечатано его письмо в редакцию: «Весной этого года я наблюдал за гнездом дрозда с кладкой яиц, свитом на крутом берегу. Каждый день, когда я подходил, сидящая птица позволяла мне наблюдать за ней издалека. И вот однажды утром я не обнаружил ее знакомой фигуры на месте. Свесившись с обрыва, я увидел, что четыре ее малыша лежат в гнезде без признаков жизни. Тонкий след из черных грудных перышек привел меня от берега к небольшому кусту, под которым я нашел обглоданные останки моей старой подруги. А вперемешку с черными перьями дрозда валялись и другие, которые не могли принадлежать никому иному, как домовому сычу».

Премьер постучал пальцем по газете.

– В точности такое же поведение домового сыча я отмечал в Чекерсе^[12].

– Ах, Невилл! – воскликнула миссис Чемберлен. – У Хью и так работы полно!

– Следует заметить, – сказал Легат, – что, если не ошибаюсь, именно мой дед по материнской линии помог домовому сычу прижиться на Британских островах.

– Вот как? – Впервые за все время премьер-министр посмотрел на своего секретаря с искренним интересом.

– Да, он завез несколько пар из Индии.

– И в каком году это было?

– Кажется, около тысяча восемьсот восьмидесятого.

– Выходит, прошло чуть более пятидесяти лет, а эта пташка уже распространилась по всей южной Англии! Это стоит отпраздновать!

– Только если ты не дрозд, разумеется, – заметила миссис Чемберлен. – Невилл, у тебя найдется время прогуляться? – Она посмотрела через стол на Легата. – После завтрака мы всегда гуляем вместе.

Премьер-министр отложил газету:

– Да, мне стоит глотнуть свежего воздуха. Но боюсь, не в парке – не сегодня. Людей слишком много. Давай погуляем по саду. Хотите пойти с нами… Хью?

Вслед за шествующими рука об руку Чемберленами Легат спустился по главной лестнице. Когда они проходили по коридору личного секретариата, премьер-министр повернулся к Хью:

– Вы не могли бы проверить, не поступил ли ответ из Рима на мою вчерашнюю телеграмму?

– Разумеется, премьер-министр.

Чета пошла в сторону зала заседаний, а Легат нырнул в свой кабинет. Мисс Уотсон скрывалась за стеной из папок.

– Посыльный из Форин-офис пока не приходил?

– Если и приходил, то я не видела.

Он спросил у Сайерса.

– Да их обычно раньше одиннадцати не бывает, – ответил тот. – Как спали прошлой ночью?

– Скорее уж, сегодняшним утром.

– Господи! Как себя чувствуете?

– Хуже некуда.

– А ПМ?

– Свеж, как ромашка.

– Возмутительно, нет? Не знаю, как ему это удается.

Клеверли был у себя в кабинете и диктовал своему секретарю письмо.

– Извините, сэр. – Легат просунул голову в дверь. – Телеграммы из посольства в Риме этим утром не было? Премьер-министр просил узнать.

– Я не видел. А что он ожидает?

– Он писал лорду Перту накануне поздно вечером.

– О чем?

– Дал поручение попросить Муссолини переговорить с Гитлером.

Клеверли встревожился:

– Но кабинет не принимал такого решения! Министр иностранных дел в курсе?

– Понятия не имею.

– Не имеете? Да это ваша работа – иметь понятие! – Его рука потянулась к телефону.

Легат воспользовался заминкой и улизнул.

Одна из расположенных в зале заседаний дверей на террасу была открыта. Чемберлены уже спустились по ступенькам и шли по лужайке. Хью поспешил вдогонку.

– Из Рима ответа пока нет, премьер-министр.

– Вы уверены, что мою телеграмму отослали?

– Совершенно уверен. Я ждал в шифровальной комнате и наблюдал за отправкой.

– Ну тогда нам стоит просто набраться терпения.