Ария для призрака - Ирина Градова

– Дорогая, однако, косметика, – ядовито заметила она.

– Ой, девочки, а может, вы купите? – спросила гостья с надеждой. – А то, получается, зря я столько набрала, куда мне теперь все это девать, я же свои деньги заплатила!

– Да что вы! – рассмеялась другая учительница, лет под пятьдесят. – На нашу зарплату мы можем себе позволить одну такую баночку, а потом – зубы на полку!

– Вы не понимаете, – улыбнулась гостья. – Это – конфискат, поэтому-то Анастасия Владимировна меня и просила привезти, у меня муж на таможне работает. Цены просто смешные, честное слово! Вот, пудра стоит триста десять рублей, тени и румяна – по триста шестьдесят, помада – триста семьдесят пять. Все духи по пятьсот рублей!

Учительницы заинтересовались. Действительно, для элитной косметики цены просто смехотворные! Они полезли за кошельками, чтобы проверить, какими возможностями располагают.

– Жаль, что вы не приехали раньше, – заметила Екатерина Матвеевна, изучая содержимое своего кошелька. – Два часа назад у вас бы это с руками оторвали, а теперь все разошлись, только мы остались.

Тем не менее горка косметики начала таять: вчера женщины получили аванс и еще не успели его потратить. Каждая взяла по пудре, туши и помаде. Молоденькая учительница выбрала целых три помады и два флакона духов. Екатерина Матвеевна снова поставила чайник, потому что за время «шопинга» он успел остыть.

– Повезло-то как! – радостно заметила ее молодая коллега. – А то все бы Анастасия забрала, у нее денег полно!

– Точно, – кивнула Екатерина Матвеевна и бросила осторожный взгляд на торговку. – А вы откуда Красавину знаете? – спросила она.

– Да я ее вовсе не знаю, – ответила та. – Она мне позвонила, от общих знакомых, просила привезти косметику. Мне, конечно, ехать далеко, я за городом живу. Не думала, что она такая необязательная!

– Анастасия такая и есть, – подтвердила Екатерина Матвеевна. – Запросто может назначить встречу и не прийти, с нее станется! Вообще-то, она эту косметику может и по магазинным ценам покупать, от нее не убудет. У нее муж в нефтяном бизнесе, упакована семейка – дай боже! Недавно купили квартиру в элитном доме, дочка учится в частной школе.

– У нее дочка? – удивилась торговка. – Мне показалось, она упоминала сына…

– Сын тоже есть, – кивнула самая пожилая из учительниц, до сих пор молчавшая. – Только у Анастасии сейчас другая семья.

– Кукушка эта Анастасия, – зло выпалила Екатерина Матвеевна. – Самая настоящая кукушка! Бросила ребенка с матерью, а сама за границу укатила!

Многие в коллективе не любили Анастасию Красавину. Некоторые завидовали благосостоянию, другим не нравилось ее высокомерие по отношению к коллегам, третьи осуждали женщину за то, что она бросила сына. Коллеги рассказывали совершенно незнакомому человеку обо всем, что знали о Красавиной, а молодая торговка слушала с величайшим интересом, не пропуская ни единого слова.

* * *

Рита распахнула дверь в офис и увидела, что там уже сидят Кира и Света. Перед ними на столе стояли две чашки, от которых исходил потрясающий, прямо-таки неземной аромат горячего шоколада.

– Работнички! – с сарказмом отметила Рита, сбрасывая пальто.

– А что? – начал оправдываться Кира. – Задание-то выполнено, босс!

– Мы и вам оставили, – сказала Света, кидаясь к холодильнику. – Только разогреть надо. – Она вытащила пол-литровое ведерко, наполненное густой коричневой массой. Занимаясь приготовлениями, Света болтала:

– Представляете, Маргарита Григорьевна, тут недалеко, оказывается, есть чудное кафе, где готовят настоящий горячий шоколад – не из пакетика! У них есть горький шоколад, молочный шоколад, белый, да еще с разными добавками – с ванилью, корицей и еще бог знает с чем. Такая вкуснотища, попробуйте!

Рита тихонько вздохнула, глядя на Светланину хрупкую фигурку. Сколько, интересно, она весит? Наверное, килограммов сорок. И никакая еда ей впрок не идет. Света обожала пончики, пирожки, торты, да чтобы побольше крема – и ничего! Рита тоже отличалась стройностью, но для этого ей приходилось строго следить за фигурой. Отец, балетмейстер-хореограф, требовал от членов семьи воздержанности в еде: критике подвергался каждый лишний килограмм. Григорий Синявский не задумывался о том, что Рита, ее мама и сестра не являются балеринами его театра – они все равно обязаны были соответствовать его представлениям об идеальном весе. Рита любила мучное и сладкое, но, в отличие от Светы, не могла себе позволить бесконтрольно их поглощать. Хоть Григорий Сергеевич год уже как в могиле, ей всякий раз чудится его осуждающий взгляд, стоит протянуть руку за пирожным или кексом. Однако отказаться от чашечки восхитительно пахнущего шоколада она не смогла.

– Итак, – начала Рита, когда сладковатое тепло достигло желудка, – как наши… Боже мой, что это такое? – она с ужасом указала пальцем на огромный фингал под левым глазом Киры. Раньше она его не заметила, так как паренек избегал поворачиваться к ней левой стороной лица.

– Надо тренироваться быстро бегать, – усмехнулся молодой человек, дотрагиваясь до больного места. – Не всем, понимаете, понравился мой способ фотографии. Рядом с одной из дамочек обнаружился муж, и я еле ноги унес!

Рита почувствовала себя виноватой. Это производственная травма, Кира пострадал, работая на нее! Надо будет поощрить его материально.

– Вот они, миленькие, все двенадцать, – сказал парень, вываливая на стол пачку фотографий. – Через двадцать с лишним лет по фотке вряд ли можно кого-то узнать, но есть тут тетки, которые точно никак не могут быть нашей Анастасией, если только они не сделали пластическую операцию. Я теперь все знаю про каждую и могу с уверенностью сказать, что ни одна не подходит. Некоторые состоят в счастливом браке, другие одиноки, но бывшие мужья известны, соседи знают их в лицо. Зато я получил несколько заказов на художественные фотографии, – похвастался Кира, – а одна соседка какой-то из Анастасий пригласила меня в качестве свадебного фотографа к своей племяннице!

– Прекрасно! – похвалила Рита, радуясь, что паренек внакладе не останется, несмотря на то, что она не в состоянии обеспечить ему постоянную зарплату. – Отрицательный результат – тоже результат. А что у тебя, Светик?

– Тоже негусто, – вздохнула девушка. – Фотографий у меня, конечно, нет, но зато я всех видела своими глазами. Некоторые могли бы оказаться той самой Анастасией – блондинки, довольно симпатичные, с хорошими фигурами.

– В наши дни блондинка легко становится брюнеткой, – вздохнула Рита. – Цвет волос – не показатель.

– Вот тут вы не правы, Маргарита Григорьевна! – возразил Кира. – Брюнетки склонны менять цвет волос, это правда, но вот блондинки чрезвычайно редко это делают.

Рита и Светлана с изумлением посмотрели на молодого человека, который до этого казался им наивным мальчиком – и вдруг в нем обнаруживается такое знание женской натуры и наблюдательность!