Кремлевский синдром - Андрей Анисимов

С Любой обстояло все не так просто. Хоть он и заявил Борисевичу, что она ему больше не сестра, сердце за Любу болело. Не сразу. В первые месяцы, кроме ярости, поступок девушки у него ничего не вызвал. Но шло время, и ее вина переставала ему казаться столь страшной. Отдавая Катю в вертеп Сумановых, сестра думала, что там снимают рекламу. А когда узнала правду, испугалась. Димка Суманов ухаживал за Любой и называл себя бизнесменом. Но вскоре она поняла, что он обыкновенный бандит и способен на все. Димку Люба бросила, но продолжала его бояться. После гибели Кати, вместо того чтобы пойти в милицию, она тут же вышла замуж за Чарльза и укатила с ним в Америку. Чарльз ухаживал за Любой с первого курса. Студент из Америки гордился левыми взглядами и выбрал Минский университет, выказав этим протест официальному курсу Белого дома.

Перед отъездом Люба брату все рассказала. В том числе и о связях бандитов Сумановых с верхушкой Омега-Групп, и о Яшке Фигмане. Димка очень гордился знакомством с московскими банкирами и, приняв стакан, любил козырнуть своими связями перед девушкой. Василий назвал сестру гадиной и не пошел с нею прощаться. Неделю назад Люба прислала письмо, где снова умоляла о прощении. В письме был ее теперешний адрес, но Борисевичу Василий его не сообщил. Танцкову показалось, что следователь их беседой и так удовлетворился. Но, оказывается, не совсем. Ему ехать в Москву, а тут слежка.

Размышляя, как поступить, снова увидел знакомую «волжанку». Она еще раз прокатила по автобусному кругу. В салоне находилось несколько человек. Танцкову показалось, что один из них — тип с кладбища. Машина остановилась у табачного киоска, и водитель вышел за сигаретами. Василий решил действовать — залпом допил пиво и быстро подошел к «Волге». На переднем сиденье развалился тот самый мужик в кепочке, но белой гвоздики в его руке уже не было. Танцков постучал в закрытое стекло. Стекло опустилось.

— Чего тебе?

— Отвезите меня в управление. Мне надо срочно поговорить с майором Борисевичем.

Мужик закрыл окно и о чем-то посовещался с сидевшими сзади. Через минуту задняя дверца приоткрылась и ему сказали «залезай». Водитель вернулся с пачкой сигарет и уселся за руль.

— Халтуру тебе нашли, — усмехнулся мужик с кладбища. — Молодой человек просит отвезти его в управление. Поможем товарищу?

— Отчего не помочь… — невозмутимо согласился водитель и тронул с места.

* * *

Они взлетели. Пристегивать ремни, как ни просила стюардесса, Яша не стал. Он не любил стеснять живот. Пока самолет набирал высоту, оба молчали. Скоро табло над салоном погасло, и стюардесса покатила между пассажирами тележку с напитками.

— Если хочешь выпить, возьми. Тут все бесплатно, — радушно предложил Фирман спутнице.

Алла усмехнулась:

— Бесплатно, небось, и ты напьешься.

— Я выпью минеральной. Ты же знаешь, я вообще не пью.

Она вспомнила его недельный загул, но дипломатично промолчала. Стюардесса остановилась возле них и выдала голливудскую улыбку:

— Господин Фирман, все члены экипажа просили передать вам привет. Мы очень рады, что вы выбрали нашу авиакомпанию для полета со своей очаровательной спутницей. Это для нас большая честь. Надеюсь, вам все у нас понравится.

— Что у вас может понравиться? — проворчал миллиардер. — Самолет старый, жуткий грохот, да еще трясет, как в самосвале.

— Мы не виноваты, — стараясь сохранять улыбку, защищалась девушка: — Конечно, это не ваш личный «Гольфстрим», но что касается внимания команды, тут можете не сомневаться. Выпьете что-нибудь?

— Она выпьет, — ответил придирчивый пассажир и кивнул на Аллу.

— Нет, спасибо, Яша, мне не хочется, — отказалась девушка. — Лучше предложи своему телохранителю. А то он сидит со своим детективом, который, по-моему, давно прочитал.

Своего личного телохранителя олигарх держал при себе всегда, и Алла давно перестала обращать на него внимание. Молчаливый субъект не стеснял ее даже во время их близости.

— Ему пить не положено, он на службе, — Фирман выбрал бутылку с минеральной и отвернулся от стюардессы. Та покатила тележку дальше.

— Яша, а почему мы летим на этом корыте, а не на твоем самолете? Это было бы куда комфортнее, — спросила Алла.

— Ты с ума сошла?! Знаешь, сколько сейчас стоит керосин?! Я уж не говорю о цене за его обслуживание на Мальте.

— Зачем же тебе самолет, если ты на нем не летаешь?

— Дурацкий вопрос! — удивился олигарх. — Самолет мне нужен для официальных визитов. А для путешествия на пляж со шлюхой и бизнес-класс вполне сойдет.

— Продолжаешь хамить? Наверное, скоро я пошлю тебя в жопу. Надоело!

— Не пошлешь.

— Почему ты так уверен?

— Здраво рассуждаю.

— Поделись с девушкой.

— Пожалуйста. Дочь известного политика, мэра города, богатая, допущенная в бомондные тусовки, притворяется дешевой блядью, чтобы познакомиться со мной. Зачем же ей теперь кидать свои труды коту под хвост? Я понятно излагаю?

— Я догадывалась, что ты будешь наводить обо мне справки. Не думала, что так быстро.

— Ты не ответила.

— Да, Яша. Я никогда не была проституткой и никогда не трахалась за бабки. Здесь ты прав. Насчет папы тоже. Правда, он был мэром не города, а городка, но это роли не играет.

— А что играет? — Фирман допил минеральную и вытер бумажной салфеткой капли пота, проступившие на лбу.

— Ты меня заинтересовал. Во-первых, ты умный мужик, а это мне нравится. Ты не просто умный, умных я видела много, ты человек космического масштаба, а меня это заводит. Во-вторых, я тебя несколько раз видела на разных приемах. Внешне ты меня тоже не разочаровал. Люблю крупных мужиков. Не могу сказать, что влюбилась, но что-то меня к тебе потянуло. Думала женить тебя. Приятно иметь мужа миллиардера. Но теперь поняла, что напрасно все это затеяла.

— Почему напрасно?

— Потому что иметь в мужьях хама радости мало. Теперь жалею, что решила тебя охмурить. Время только зря потеряла.

— И зря сыграла роль дешевой шлюхи?

— Я заплатила штуку, чтобы попасть в твой гарем.

— Вот видишь. Зачем же теперь посылать меня так далеко? Денежки пропадут, и любовь наша закончится, едва начавшись.

Она рассмеялась:

— Не говори о любви. Это в твоих устах звучит слишком цинично. Что касается моего заявления, оно вполне искренне. Я же не подозревала, что ты такая скотина. Во время запоя мужику можно многое простить. Я прощала, понимая твое состояние. А ты и в нормальной жизни свинья, да еще и жадный.

Фирман надулся и потрогал свой перстень:

— Я жадный?! Везу ее на дорогой курорт, в бизнес-классе, плачу ей бабки за то, что она со мной спит, и еще разговариваю с ней, как с человеком! Ты неблагодарная девка.