Фьорды. Ледяное сердце - Ингрид Юхансен

Потом вытру. Так, почта – надо запомнить на всякий случай ее профили под разными никами, чаты – интересно, но времени в обрез, если сама не сумею накопать ничего интересного, попрошу Великого и Ужасного Анонимуса взломать почту и ее закрытые группы на ФБ.

Быстро-быстро листаю фотоальбом – сплошное мясо! Практикующие любители эротической прозы во всей неприкрытой – в буквальном смысле – красе. Я уже готова была признать всю затею провальной, с извинениями вернуть мадам ее яблочного спутника и принять версию несчастного случая. Вдруг впечатляющая подборка мускулистых эпилированных торсов и крепких задов, разукрашенных ссадинами и ранами, сменилась прямо-таки пасторальными сюжетами. От неожиданности мне даже показалось, что лодка дернулась и заскрипела. Может, ветер усилился? Надо торопиться – моя помощница предупреждена, что я задержусь после обеда, но не целую же вечность!

Ей придется обождать еще какое-то время: на снимках замелькали стюарды за работой. Парни в униформе выглядели скучно, как в рекламном буклете или даже в резюме. Зато девушки вели себя, как настоящие актрисы: смущенно улыбались, краснели, прятали руки под передники и даже прикрывали ротики ладошками. Все они были блондинками, у многих по коже рассыпались жизнерадостные веснушки. Моя угрюмая личность с поджатыми губами выглядела диссонансом в этом ряду. Опять! Очень неприятно узнать, что тебя тайком снимают люди со странностями …

Хуже только лежать под брезентом в спасательной шлюпке – скамья впивается то в бок, то в шею. Порывы ветра становятся резче, струи дождя нещадно лупят по брезенту, еще немного, и разгуляется настоящая буря, а здесь все провоняло сигаретами. Когда лодку в очередной раз качнуло, под руку мне прикатилась недопитая бутылка, под скамейку запихано полно мусора – обертки от шоколадок и упаковки от презиков. Как люди еще и трахаться умудряются в этой тесноте и духотище?

Я передернула плечами, чтобы немного размять их, перевернулась и потерла шею. Возможно, мадам питает тайную слабость к светленьким девчонкам в униформе?

Сомневаюсь…

Во всяком случае, в двух книгах я не обнаружила ни одного бисексуального эпизода. Скорее снимки девушек отправляли кому-то, чтобы получить одобрение на участие в этих своеобразных развлечениях. Если так – они точно снимали, а потом отправляли видео заказчику. Где-то он должен быть, этот гребаный фильм…

Лодку снова сильно тряхнуло. Неужели канат разорвался? Не может быть – я сама лично проверила все крепления во время последних учений. Просто ветер. Возвращаюсь к меню – Олаф любил попрекать меня тем, что я «все усложняю». Пусть так, но все мои усилия не имеют смысла, пока я не загляну в редактор видео.

Сейчас… перебрала несколько роликов, пока не добралась до заявочного кадра с мраморной ванной. Через бортик были переброшены мокрые светлые волосы. Нет, не хочу смотреть на такое! Но придется. Я должна быть уверена на сто, на двести процентов, только так я смогу решить, что делать дальше. Мой палец медленно накрыл треугольник, запускающий видео…

Ой-ё…

Ощущение, что в борт ударила очень большая волна – что-то надо мной механически звякнуло, шлюпка подпрыгнула, проплыла несколько метров по воздуху, спикировала носом вниз и стремительно полетела в холодную морскую пучину. Я бросила планшет не помню куда, успела перескочить из носовой части лодки к баку, чтобы суденышко сохранило равновесие и не зарылось носом в воду. Свалюсь в воду, промокну – все. Мне конец!

Главное, продержаться немного, совсем немного – все зависит от первых секунд.

В эти секунды мои мысли неслись в голове по кругу, искрошенные, как овощи в блендере, но все равно не поспевали за тем, что происходит. Сверху прямо в меня летел противопожарный багор, я чудом успела перекатиться – он пришпилил чехол к обшивке днища и застрял практически вертикально, в пробитые щели сочилась вода. Шлюпку швырнуло и потащило вверх, волна поднялась серьезная, с неба сыпалось мелкое, слепящее снежное крошево, лайнер нависал надо мной мрачной черной громадой. Там, наверху, тоже не сладко: ветер завывает в проходах и коридорах, лужи покрылись льдом, поручни и ступени за считаные минуты обросли ледяной коркой. Пройдет совсем немного времени – и команду выгонят скалывать лед, меня заметят и вытащат!

Главное, продержаться до этого момента, потому что ближайшая волна в щепки разнесет мое утлое суденышко о борт гигантского лайнера, никто не услышит ни треска, ни моего крика. Если только… Я ухватилась за веревку, торчавшую из люверса, намотала ее на ладонь и потянула чехол вверх, пытаясь поймать ветер – если я смогу закрепить это подобие паруса сверху за багор, как за мачту, развернуться в галфвинд [25] , то буду какое-то время скользить вдоль борта. Меня не расшибет сразу – если повезет, я продержусь достаточно долго и дождусь подмоги.

Там, наверху, сейчас не до меня: персонал убеждает гостей сидеть в каютах и сбивается с ног вокруг жертв морской болезни. Неутешительные мысли подстегнули меня, я исхитрилась закрепить крепкое, водоотталкивающее полотнище, перепрыгнула через скамью, потянула его на себя – почти как серфинг, только вместо наслаждения от скорости и ласковых солнечных лучей тебя бьет мокрый кусок ткани, а в лицо летят обжигающие ледяные брызги. Пока я елозила коленом по скамье, пытаясь закрепить нижний угол импровизированного паруса шкотом [26] за уключину, с борта судна плюхнулся в воду спасательный плот.

Мне пытаются помочь!

Пока я снова схватилась за край тряпки и попыталась подойти поближе, по тросу кто-то съехал сверху прямо на плот. Бурное море разделяло нас, льдинки впивались мне в лицо, как острые стекляшки, приходилось щуриться, глаза слезились от ветра, а лицо спасателя было скрыто капюшоном куртки, только спецжилет оранжевым пятном просвечивает сквозь снежную мглу.

С каждой новой волной трос, к которому крепился плот, натягивался сильнее, наконец, растянулся на всю длину, зазвенел, как струна, и лопнул! Плот отбросило в сторону, он отчаянно завертелся. Палатка на нем не успела развернуться – либо плот был поврежден, либо не успел наполниться воздухом, и стал погружаться все глубже. Я подобралась поближе – насколько вообще было возможно – и протянула весло человеку на нем, закричав:

– Хватайтесь, иначе утонете!

После нескольких неудавшихся попыток ему удалось уцепиться за весло, я подтянула его вместе с остатками плота к шлюпке. Вода уже уверенно перехлестывала через борта – надувные баллоны, из которых они состояли, стремительно скукоживались.

– Прыгайте! Прыгайте в шлюпку! Скорее! – я отчаялась докричаться сквозь ветер и так дернула весло на себя, что сама чуть не свалилась. От рывка человек буквально перевалился через борт, попытался выпрямиться и поправить капюшон.

От неожиданности и испуга я готова была выскочить в ледяную воду – рядом со мной оказался Андрес! Только не он! Сейчас спихнет меня в воду, огреет веслом, и все – никто не докажет, что я – не жертва стихии.