Черт из табакерки - Дарья Донцова

От радости я решила побаловать себя и заскочила вкафе-мороженое. Милая девушка в голубом халатике ласково спросила:

– Какое желаете? Фисташковое, шоколадное, ванильное?

Я принялась изучать содержимое большого холодильника. В кафене было ни одного человека, и продавщица явно скучала.

– С орешками или шоколадом? Я проглотила слюну. Обожаюмороженое и готова есть его килограммами.

– Давайте ананасовое с шоколадом! Девушка радостноулыбнулась:

– С каким?

– Он бывает разный?

– Да, один, налитый на шарик, застынет, другой останется жидким.

Бывшему советскому человеку нельзя давать выбор. Насвоспитывали по-другому: бери, что дают. Поэтому я теперь всегда теряюсь вмагазинах – например, как решить, какую колбасу лучше взять: с паприкой,чесноком или грибами?

– Давайте с жидким.

Продавщица надавила какой-то рычаг и выставила на прилавоквазочку.

– С вас сто пятьдесят рублей.

– Сколько? – потрясение спросила я, думая, что ослышалась. –Пятнадцать?

– Сто пятьдесят, – спокойно повторила девушка.

Я отдала требуемую сумму, села у окна и приняласьразглядывать лакомство.

Интересно, из чего должно быть сделано мороженое, чтобыстолько стоить? Из нектара и амброзии? Но на вкус белый шарик оказалсяточь-в-точь таким же, как отечественный брикетик за шесть рублей. В полномразочаровании я поехала в Дом моделей.

Сегодня комнаты выглядели более или менее прилично, и втуалете никого не стошнило. Я быстренько потыкала пылесосом по углам, протерлатряпкой коридор и толкнула дверь в небольшое помещение, так называемый зимнийсад. Отчего эта комнатенка так называется, совершенно непонятно. Никакихрастений, кроме буйно зеленеющей пальмы, тут нет. Возле кадки стоит диван и двакресла. “Вешалки” засовывают в землю окурки и выливают остатки водки сшампанским. Для меня остается загадкой, отчего несчастное растение до сих порне погибло, а, наоборот, чувствует себя с каждым днем все лучше и лучше. Яочень люблю цветы и, придя в первый день на работу в Дом моделей, пожалеланесчастную пальму. Выгребла окурки, пробки от бутылок, вытащила кадку вкоридор, установила ее возле окна и протерла листья влажной тряпкой. Неделю яизо всех сил ухаживала за несчастным растением, пока охранник не сказал мне совздохом:

– Слышь, Виолка, не мучай пальму! Верни бедолагу на место.

– Да в нее сигареты втыкают и спиртное льют.

– Точно, – заржал парень, – эта пальма – алкоголичка, а ты унее дозу отняла, и теперь она медленно загибается в мучениях.

– Не пори чушь, – рассердилась я, – зеленое насаждение неможет пить водку!

– Тут ты ошиблась, – со знанием дела заметил секьюрити, –ханку не жрет только сова.

– Почему? – растерялась я.

– Потому что днем спит, а ночью открыты лишь очень дорогиемагазины, – веселился охранник.

Я пожала плечами и удвоила усилия. Но ни специальнаяподкормка, ни особые удобрения, ни отстоянная вода не помогли. Бедная пальмажелтела и хирела на глазах. Однажды вечером я взяла одну из недопитых рюмок ивыплеснула в кадку. Наутро пальма радовала глаз зеленой листвой. Пришлосьпризнать, что мужик прав, несчастное растение превратилось в хроническогоалкоголика. Я втащила кадку на прежнее место, и теперь пальма абсолютносчастлива.

Домой влетела запыхавшись, с тяжелой сумкой наперевес. Всвязи со всеми произошедшими событиями забыла сходить за продуктами, и вхолодильнике у нас – пустыня. Пришлось забежать в “круглосуточный” магазинвозле метро и отовариться там. Подбегая к подъезду, я задрала голову вверх иувидела, что во всех окнах нашей квартиры весело горит свет. Никто и несобирался ложиться спать.

Томуся вышла в прихожую сразу.

– Как дела?

– Замечательно, – бодро ответила я, выбираясь из туфель, –день-другой – и найду Верочкиных родственников.

– У нас тоже порядок, – заулыбалась Тамара. – Кристя,оказывается, ничего не забыла…

Слушая, как Томуся нахваливает девочку, я вошла в гостиную изастала мирную картину: Вера и Кристина играют в шашки.

– Смотри, – толкнула меня Томуся, – нравится?

На стене висел пейзаж. Небольшое круглое озеро с голубой,необыкновенно прозрачной водой. По берегам стоят молоденькие березки и высокийкустарник, а на водной глади покачивается белая лодка… От пейзажа веяло покоеми каким-то умиротворением.

– Здорово, а? – спросила Тамара. – Надо рамочку купить.

Верочка оторвалась от партии и пробормотала:

– Завтра еще.напишу, натюрморт для кухни. Фрукты или овощи…Кристя громко зевнула:

– А я рисовать не умею, совсем.

– Могу научить, – оживилась Вера и потянулась к бумаге.

– Завтра, – остановила ее Тамара. – Кристе рано в школувставать.

– Хотите кулебяку с мясом? – спросила я. – Только чтокупила, говорят, вкусная.

Мы мирно испили чай, старательно обходя “больную” тему –войну в Чечне. Вчера вечером Тамара включила телевизор – она любит посмотреть вдвадцать два часа “Новости” по НТВ. Сначала все шло хорошо, но потом на экранепоказалась колонна плачущих женщин, шел репортаж из Чечни. Кристина, окаменев,уставилась на экран. Тамара, быстро щелкнув пультом, переключилась на шестойканал. Там, по счастью, показывали исторический фильм про галантныйвосемнадцатый век. Сегодня Томочка ни разу не слушала “Новости”, решив навсякий случай не нервировать девочку. Наверное, следует показать ребенкадоктору, сделать анализы… Хотя Томуся небось уже договорилась в поликлинике.

Я встала и принялась убирать со стола, открыла дверку мойкии обнаружила, что помойное ведро переполнено. Мне не нравится, когда мусоростается на ночь – заведутся тараканы, а я, честно говоря, боюсь их до паники.Как-то раз к нам с Томочкой забрел рыжий и усатый гость, и мы никак не моглистукнуть его газетой, было очень противно, пришлось ждать, пока он сам исчезнетв вентиляционном отверстии.

Я вытащила ведро.

– Тетя Вилка, – подскочила Кристя, – давайте я вынесу.