Секрет черной дамы - Екатерина Вильмонт

Эта в высшей степени простая мысль поразила ребят. Онипереглянулись.

– Действительно, – почесал в затылке Петька. – Унас крутится столько всяких загадок и подозрений, что такая элементарная вещьдаже в голову не приходила… Действительно, если врет, то зачем? Что хочетскрыть?

– Лида всегда говорила о сестре, как о каком-то монстре, ноя, сказать по правде, не очень верил. Думал, что такой молоденькой девушкестрогость сестры, тем более учительницы, просто кажется чересчур обременительной…Вот что, парни, сделаем так. Я поеду сейчас к этой сестре и впрямую спрошу, гдеЛида. Сделаю вид, что знать ничего не знаю про ее исчезновение и всю этуприскорбную историю. Просто, как говорится, на голубом глазу заявлюсь к ней искажу: я люблю Лиду, где она? И посмотрю, что будет.

– Ничего, – пожал плечами Петька. – Она вамответит, что Лида вышла замуж за испанца и думать о вас забыла. Только и всего.

– Что, кстати, тоже может быть правдой, – не слишкомгромко добавил Кирилл.

– Черт подери, я хоть посмотрю ей в глаза. Одно дело вратьтаким ребятам, как вы, и совсем другое лепить горбатого перед взрослыммужчиной.

– Извините, но мне кажется, что вам не надо сейчас идти кЗинаиде Михайловне, – вежливо возразил Петька. – Это ничего не даст.

– В таком случае я совершенно не понимаю, что вы от меняхотите! – рассердился Виктор Андреевич. – И кто вы такие вообще? Покакому праву лезете в чужие дела? – Он, видимо, уже раскаивался, чтопроявил слабость перед мальчишками.

– Мы в чужие дела не лезем, мы пытаемся найти истину! –довольно высокопарно ответил Петька.

– Ах, истину, ни больше ни меньше!

– Мы просто хотим выяснить, жива Лида или нет, – сказалХованский. – Ни больше ни меньше.

– Простите, ребята, нервы сдают… Работы до чертиков, Лидапропала, все наперекосяк…

– Ладно, чего там, – великодушно проговорилПетька. – Виктор Андреевич, скажите, Лида вам никогда не говорила о том,что у нее есть деньги?

– Деньги? Нет, насколько я помню, такого разговора не было.Она сказала, что сестра продала квартиру их родителей в Вологде и хочет на этиденьги дать ей образование. Только в таком контексте. Меня это, знаете ли, незаинтересовало. Я и сам прилично зарабатываю и к тому же не привык разевать ротна чужой каравай. Лида же девочка совсем. Только красивая очень, вот у менякрыша и съехала. Влюбился, как… Совсем голову потерял… Господи, что же с ней?Где она может быть?

– А про хахаля своей сестры она вам не говорила? –поинтересовался Хованский.

– А вот про хахаля точно говорила! Да-да, как же! Она сказала,что у сестры, оказывается, есть мужчина, очень неприятный тип, который внушаетей страх… Я тогда еще посмеялся, а про себя подумал, что девочке надо бы уйтиоттуда, что с такой красотой она может стать лакомым кусочком для этого мужика,и тогда… Черт знает что! Мелькнула у меня такая мысль, и все. Я опятьзакрутился, завертелся, а Лида больше о нем не упоминала, ну и вот… А что вы онем знаете, об этом человеке?

– Ничего! Мы только сегодня вообще услыхали о егосуществовании. Виктор Андреевич, пожалуйста, припомните, может, Лида что-то онем еще говорила. Ну, может, описывала его внешность или голос, ну хоть что-то…

Виктор Андреевич задумался.

– Ну, разве что вот это… Она сказала, что у него какое-тостранное имя. Да, конечно, она его назвала как-то… Не могу вспомнить, какое-тостаринное имя, по святцам его называли, видно… Но какое конкретно…

Он наморщил лоб, мучительно пытаясь припомнить странное имя.Мальчики затаили дыхание.

– Не то Евграф, не то Спиридон… Аверкий! Точно, Аверкий!Да-да, именно Аверкий!

– Вы уверены? – осторожно осведомился Петька.

– На все сто! Аверкий! Аверкий Степанович!

– О, это здорово! – обрадовался Хованский. – Вотвидите, а говорили, ничего не помните.

– Сам не знаю, откуда-то всплыло… Ребята, а может, я простозаявлю в милицию, скажу – пропала невеста, и все дела?

– Нет, – покачал головой Петька. – Они же сразуобратятся к родной сестре, а та скажет, что Лида в Испании, и все, милицияумоется. Нет, тут надо как-то иначе действовать. И притом очень осторожно.Хватит с нас Кристины. Меня и так совесть мучает. Хорошо еще обошлось, а то иподумать страшно.

– Мне Кристина понравилась. Она хоть и с характеромдевчонка, но к Лиде хорошо относилась, я это почувствовал. Немножко свысока,как к провинциалочке, но в то же время нежно. Ну, братцы, что делать-то будем?Сидеть сложа руки нельзя.

– Эх, вот бы узнать, проходила ли Лида паспортный контроль ваэропорту! – мечтательно проговорил Хованский.

– Что? – встрепенулся Виктор Андреевич. –Паспортный контроль, говоришь?

– Ну да, по крайней мере, было бы ясно, уехала она в Испаниюили это туфта.

– Слушай, парень, ты гений! У меня есть такая возможность! Яснимал когда-то фильм о шереметьевской таможне… Я попробую к ним сунуться!

– Вот это да! – закричал Петька. – Это было быпросто здорово! Молодец, Хованщина!

– Погодите, а в какие числа примерно это могло быть?

Они прикинули и решили, что надо проверить, по крайней мере,шесть или семь дней.

– Нет, пусть уж проверят все две недели, – сказалВиктор Андреевич. – С компьютерами это несложно.

– Конечно! – радостно кивнул Петька, который простомечтал, чтобы следы Лиды обнаружились в Шереметьеве.

– Так, это я выясню. Что еще, по-вашему, я мог бы сделать?

– Да пока этого достаточно. Если выяснится, что Лидадействительно улетела в Испанию, то больше ничего и не надо делать, –резонно заметил Хованский.

– Черт возьми, я уж и соображать перестал, – улыбнулсяВиктор Андреевич. – Только я не уверен, что смогу все выяснить в одночасье.Надо еще найти все телефоны, а главное, надо, чтобы знакомые мне люди оказалисьна месте. Но как только я что-то узнаю, сразу свяжусь с вами.

– Договорились! Запишите наши телефоны! – и Петькапродиктовал ему номера телефонов всей компании.

– Ух ты, сколько вас! – удивился ВикторАндреевич. – Вы молодцы. Куда вас отвезти?

– Не надо, мы и сами доберемся, нам тут недалеко…

– Да зачем, я вас отвезу!

И он довез их до Петькиного дома.

– Как он тебе? – спросил Хованский, когда синий«Фольксваген» скрылся из глаз.

– Нормальный мужик, по-моему. А ты что скажешь?

– Да он-то нормальный, а я насчет этого Аверкия подумал…Помнишь, Лавря с Жучкой закорешились с какой-то теткой из Занудиного подъезда?