Дудочка крысолова - Елена Михалкова

Те, кто ее не знал, конечно же.

За выдумку о блохах она была для острастки выпорота ремнем –несильно, но и этого ей хватило, чтобы перепугаться на какое-то время ипритихнуть.

Когда Алька начала запойно читать, ее рассказы могли быобогатиться деталями и вовсе уж фантастическими, но к этому времени онанеожиданно сама остыла к выдумкам и увлеклась тем, что Людмила Федоровнаименовала «приключениями на свою задницу». В третьем классе она вдохновила мальчишекустроить бой двух кланов на стройке, причем основное сражение должно былоразворачиваться на недостроенных стенах второго этажа. Спустя полгода Алька наспор полезла на строительный кран и добралась до самой кабины. Правда, к томумоменту, когда она оказалась внизу, ее уже ждала милиция, и достались Альке непочести и восхищение ее храбростью, а очередная порка от тети. Но остановитьдевчонку это не могло.

Не изменяя обожаемым платьям, она бегала и прыгала вближайшем лесопарке наравне с мальчишками, и никто не смеялся над тем, что «уРокуновой трусы видны». Веселая, смешливая, заводила и сорвиголова,взбалмошная, но совершенно не злая, легко вспыхивающая, но так же легкоостывающая, выдумщица и фантазерка, она и осталась для приятелей «врушкойАлькой», однако прозвище было не обидным, а, скорее, снисходительным.

За что ее действительно уважали, так это за храбрость – зату ее разновидность, которой редко отличаются женщины. Алька была смелаотчаянно, безрассудно, смела той храбростью, которая бывает свойственна лишьдетям и тем из взрослых, что не верят в возможность своей смерти.

Казалось, инстинкт самосохранения временами отказывал ейначисто. Она разжимала руки, летя над обрывом на тарзанке, каталась на заднейподножке трамвая, скатывалась зимой на доске с высоченной горы, под которойпроходила оживленная трасса, дразнила стаю собак, прикормленных сторожемгаражного кооператива, и от этих же собак удирала потом по гремящим крышамгаражей…

Но Алька была и удачлива на редкость. Как будто кто-то,заботящийся о ней, оберегал девочку. Она покрывалась синяками, дважды ломаларебра, один раз, упав с подоконника в школе, заработала сотрясение мозга, но востальном ей везло. Даже от собак, к которым она все-таки свалилась, подвернувногу на скользкой после дождя крыше, ее спас взявшийся невесть откуда хозяиногромного пса, спустивший свое рычащее и скалящееся чудовище с поводка. Пес вдва счета разогнал дворняг, а Алька тем временем удрала, не зная, кого ейбольше бояться – стаю или неожиданного спасителя.

Мужчины оглядывались на нее с тех пор, как ей исполнилосьчетырнадцать лет, и к шестнадцати Алька вполне освоила весь арсенал женскогококетства. Она была влюбчива, взбалмошна, любила кружить головы, и дворовыедевчонки распускали о ней гадкие сплетни, правды в которых было не больше чемна треть.

После того как в семнадцать лет она сбежала из дома, все еелегкомыслие проявилось в полной мере. Алька засыпала где придется и просыпаласьнеизвестно где, она шаталась с сомнительными компаниями и удирала от милиции, по-прежнемуне боялась ни бога, ни черта, ни крепких мальчиков в кожаных куртках, и так же,как и в детстве, поразительным образом выходила невредимой из всех передряг.

И всегда делала что хотела. Добрейшей души женщина, соседкатетя Галя, говорила о ней: «Ох, девка, творит что хотит». Алька, оказавшись всвоем районе, всегда заходила к ней поболтать – осторожно, чтобы не наткнутьсяна братьев. После ее побега Людмила Федоровна год подряд рассказывала всем,готовым слушать, о том, какое же отродье выросло из девчонки, в которую онавложила столько труда и забот. Чувства ее были не показными, а искренними,потому что Алька никогда так и не рассказала тете о том, что Петька и Сережкапытались сделать с ней в отсутствие родителей, вернувшись подвыпившие со студенческойвечеринки. У девочки, которую Людмила Федоровна не именовала иначе какнеблагодарной тварью, были свои представления о долге и благодарности.

Так вот, творила Алька и вправду что хотела, не считаясь нис чем. Как-то раз она оказалась в загородном доме состоятельного бизнесмена,устроившего небольшую вечеринку. Бизнесмен имел виды на Альку, и приятельницыусиленно шептали ей, что такой шанс… только не упустить… Мальдивы и все, чтозахочешь… Это действительно был шанс. Алька вовсе не была дурой, и уж подавноне бессребреницей. Бизнесмен был не стар, не противен ей, и поэтому она оделасьтак, как ему нравилось: короткое золотистое платье, распущенные длинные волосы,обнаженные руки… Весь вечер в саду играл квартет, и Алька танцевала, хохотала,улыбалась худому, как бездомная собака, голубоглазому скрипачу, изредкавзглядывавшему на нее, и совсем не пила.

Бизнесмен обнимал ее по-хозяйски, уже чувствуя, что это егособственность. Когда гости начали разъезжаться, он пошел провожать их, и Алькаосталась одна возле искусственного пруда, в котором плавали толстыемедлительные рыбы с чешуей под цвет ее платью.

Скрипач подошел, остановился в шаге за ее спиной и негромкосказал:

– Поедешь со мной. Что тебе здесь делать?

Алька обернулась, рассмеялась, качнула головой:

– Глупости говоришь. Иди, скоро хозяин вернется.

– Он ни мне не хозяин, ни тебе. Скажи, что я долженсделать, чтобы ты пошла со мной?

Он улыбался, и Алька улыбалась, и почему было не пошутить втакой хороший теплый вечер?

– Радугу с неба достанешь? Достанешь – уйдем вместе.

– Тебе ее в руки дать или просто показать? – Он незадумался ни на секунду.

– Пожалуй, показать будет достаточно, – серьезноответила Алька.

Скрипач отвел ее к машине, возле которой в лужицу натекбензин, и озадаченная таким быстрым исполнением своего желания Алька увиделамаслянистую, вонючую, расплывающуюся, но все же радугу. Она постояла возле нее,подняла глаза на мужчину и сказала:

– Подожди меня здесь, мне кое-что нужно сделать. Ябыстро.

Забежав в дом, она написала записку и оставила на камине.Записка была краткой: «Извини, я передумала». После чего бегом, борясь сжеланием снять туфли, выскочила из комнаты, из дома, из сада, из жизнибизнесмена… И оказалась в постели скрипача, из которой не вылезала две недели.Вылезла похудевшая, влюбленная, счастливая, и еще два месяца жила у него, покане ушла, хлопнув дверью, из-за того, что он упрекнул ее в корыстолюбии.

По иронии судьбы ее следующий мужчина оказался бывшимделовым партнером того самого бизнесмена. Его номер попал к Альке случайно, иона позвонила, не задумываясь.

– Можно я приду к тебе переночевать? – голосомприлежной девочки спросила Алька, когда Виктор вспомнил, кто она такая.

– С чего бы это? Нет, конечно.

– Хорошо. Прости, если разбудила. – Она в самомделе почувствовала себя виноватой. – Счастливо.

Виктор перезвонил через три минуты.