Любовь к деньгам и другие яды. Исповедь адвоката - Шота Горгадзе

Как получилось, что для NN человеческая жизнь имеет меньшую ценность, чем подряд на строительство дороги?

Поймите меня правильно, я знаю, что наш мир несправедлив. Более того, я полагаю, что таким он и задумывался.

Яблоко раздора было съедено потому, что существовало и предположение, что всезнающий Создатель мог не знать того, что за этим последует, (что?) входит в некое противоречие и, я бы сказал, даже оскорбительно для Него.

Возможно, все беды, тревоги, несправедливости этого мира существуют для того, чтобы дать нам выбор?

В зал вводят убийцу.

— Адвокат потерпевшего, Горгадзе Шота Олегович, может приступить к допросу обвиняемого.

Это судья городского суда Врушева. Голос у судьи приятный.

Я выхожу к трибуне.

Все в зале смотрят на Саркисяна не отрываясь. И только NN смотрит на меня.

— Самвел Саркисян, 1965 года рождения?

— Да.

— Вы родились в Москве?

— Возражаю! — проснулся, голуба. Один из адвокатов NN, невысокого роста, круглый человечек с карими, чуть навыкате глазами, совершенно лысый, в хорошем костюме, до блеска начищенных туфлях и с галстуком-бабочкой, подскочил на своем месте, зачем-то вытянув руку вверх, будто бы боясь, что судья его не заметит. — Место рождения обвиняемого к делу не относится.

— Возражение принимается!

Лицо Врушевой-Фемидовой строгое, неподвижное, и сама она — одно сплошное «не»: неподвижная, непредвзятая, неподкупная.

— Адвокат Горгадзе, будьте точнее в своих вопросах.

— Конечно, ваша честь. Однако хотел бы просить моего коллегу быть также более точным в формулировках. В контексте сегодняшнего судебного разбирательства Самвел Саркисян не обвиняемый, а осужденный, пусть и выступающий в роли свидетеля. Также хотел бы отметить, что мой вопрос имеет прямую связь с обстоятельствами дела, в чем можно будет убедиться по окончании допроса. Могу я продолжить, ваша честь?

Я знаю, что могу. И Врушева знает. И круглый адвокат. Но такова игра. Судья кивает.

— Как хорошо вы знаете Москву?

Саркисян думает. Что задумал этот Горгадзе? При чем тут Москва? В чем тайный смысл вопроса?

Тайна тут, конечно, есть. Она состоит в том, что никакого смысла в этих вопросах нет. Честное адвокатское, никакого. Вообще. Но пусть противоположная сторона его ищет.

— Знаю… немного.

— Значит ли это, что вам доводилось раньше убивать людей в этом городе?

— Возражаю!!! Убийство не было совершено…

— По независящим от осужденного причинам, — успеваю ввернуть я прежде, чем молоток падает на доску: «БАЦ!»

— Возражение принято! — Голос судьи ледяной, как у Снежной Королевы из детского мультфильма. — Адвокат Горгадзе, подойдите ко мне.

Иду. Рядом с Врушевой-Фемидовой заметно холоднее, чем в остальном зале: от судьи исходят волны ледяной справедливости, на лице ее лежит печать гражданского долга, ее изящная ручка небрежно держит судейский молоток. Судья смотрит на меня сверху вниз и говорит со мной так же.

— Господин адвокат, если вы намерены и дальше продолжать в том же духе, я прерву заседание суда. Задавайте вопросы по существу дела.

— Ваша честь… — говорю я, — существо дела требует именно таких вопросов. Уверяю вас.

— И я уверяю вас, адвокат… — судья отклоняется назад и отводит от меня взгляд: аудиенция окончена, — я не стану повторять дважды. Проследуйте на свое место и продолжите процедуру допроса.

Проследуйте. Процедуру.

Интересно, как судьи общаются со своими домашними?

«Алло! Это состоящая со мной в родственной связи супруга? Осуществила ли ты кормление отпрысков в полной мере?»

«Алло, супруг! С сожалением констатирую, что в данный момент имеет место существенное перерасходование картофеля, колбасных и сырных изделий (ГОСТ 123456/7,8 и 9 соответственно), вызвавшее острое отсутствие всего вышеперечисленного. Также помимо вышеупомянутых имеют место и другие нарушения регламента существования семейной ячейки, к каковым не могу не отнести необходимость осуществить срочный поиск плацентарного млекопитающего отряда хищных семейства псовых по вызывающему у вышеозначенного существа устойчивое рефлекторное узнавание звуковому сочетанию Шарик (в транскрипции кириллицей [ша́р’и^ек]), осуществившего несанкционированный выброс мочевины на ковровое изделие (ГОСТ номер 654321/0) и по неизвестным мне причинам более не имеющего своего места на закрепленной за ним территории. Настоящим удостоверяется. Ф.И.О. трижды. Подпись дважды. Дата. Город. Индекс».

— Осужденный Саркисян, верно ли то, что в момент операции задержания, в ходе которой вы активно сотрудничали со следствием, во время передачи денег за исполнение убийства вас попытались убить?

— Да.

— Как вы думаете, почему?

— Не знаю.

— Как по-вашему, это была спонтанная реакция? Или, возможно, ваше убийство, как и убийство господина Левина, было заказано одним и тем же человеком?

— Возражаю!

— Я закончил, ваша честь.

Я возвращаюсь к своему месту. NN смотрит на меня, и судья тоже смотрит. И сидящий где-то в зале человек Левина тоже.

Свидетеля допрашивает адвокат защиты. Тут все очевидно.

Помогал следствию? Да.

Раскаялся? До мозга костей.

Участвовал, рискуя жизнью, в операции задержания? Да, и даже был ранен. Спасибо, это все.

Все время, пока идет заседание суда (а это — более пяти часов), прокурор молчит, делая пометки в тетради.

И когда настает его время, прокурор краток и укладывается в две минуты: перечисляет факты и требует наказания — пятнадцати лет лишения свободы.

Все идет по плану, и все же что-то не так, но я никак не могу понять, что именно.

Пока не замечаю, что обвиняемый NN не слушает речь прокурора. Не слушает, и все. Неинтересно ему. Вместо этого он смотрит на меня. Нет, не смотрит. Разглядывает.

Я вдруг понимаю, что проиграл.

Судья удаляется для вынесения приговора. И я уже знаю, каким он будет.

Удар молотка.

Продано!

* * *

Из материалов прессы:

Новостной портал «НОВОСТИ СЕГОДНЯ»:

«12 декабря 2013 года на заседании суда судья Ирина Врушева постановила оправдать установленного заказчика убийства, гендиректора строительной компании «ИнПрофСтрой» гражданина NN. При этом обвиняемый еще до оглашения приговора в особо тяжком преступлении не был ограничен в передвижениях и благополучно вылетел на новогодний отдых на египетском курорте прямо из зала суда, купив путевку за неделю до оглашения приговора».