Опасная масть - Алексей Макеев

Подготовка проводилась по всем правилам криминального «бизнеса». Прежде всего была найдена охранная фирма, которая уже не раз засветилась в подобного рода акциях. Ее хозяин, имевший обширные связи в областных верхах, даже в случае заведомого провала знал, что за него есть кому замолвить словечко. Затем было достигнуто соглашение с двумя торговыми сетями, согласившимися за определенную мзду выставить «Гермесу» колоссальные неустойки, которые в дальнейшем предполагалось отозвать. Подключили к делу и местную «отморозь», но ее использовали «втемную».

В нужный день Вингров зафрахтовал две фуры для доставки из Москвы многотонной партии товаров общей стоимостью более чем на десять миллионов рублей. На обратном пути ночной порой оба тягача отчего-то разом вышли из строя и запросили подмогу, чтобы доставить груз хотя бы на буксире. Однако к тому моменту, когда помощь прибыла, обе фуры полыхали как два огромных костра. «Гермес-2007» выставил иск АТП «Феникс» в связи нарушением договора – его адвокат, доставивший в суд исковое заявление, обвинил транспортников в том, что они предоставили для перевозки особо ценного груза неисправные машины, к тому же пожароопасные – гаишники и эксперт страховой компании, разбиравшиеся с причинами возгорания, объявили, что оно произошло из-за неисправности электропроводки.

На следующий день в суд поступили еще два иска с требованием оплатить неустойку, адресованные уже самому «Гермесу». Поступили и претензии от коммерческого банка, якобы прокредитовавшего «Гермес». На основании этого адвокат «Гермеса» поставил вопрос о заоблачной сумме взыскания с транспортников, учитывая и неустойки клиентов, и упущенную выгоду, и даже моральный ущерб. И хотя все эти претензии, что называется, были «на ходулях», суд почему-то принял их во внимание и вынес решение в пользу «Гермеса», причем с формулировкой, обязывающей транспортников выплатить вмененные им суммы немедленно. В противном же случае все основные и оборотные фонды АТП объявлялись арестованными и переданными «Гермесу-2007» в счет погашения его убытков. Не дожидаясь, пока решение суда вступит в силу, Вингров приступил к заключительной фазе захвата – на территорию «Феникса» ворвались вооруженные люди в камуфляже, а еще через несколько дней в результате закрытых торгов автопредприятие ушло «добросовестному приобретателю» Вингрову, который фактически купил его у самого себя.

Иски торговых сетей из суда тут же были отозваны, милиция в «спор хозяйствующих субъектов» вмешиваться и не помыслила, а после внезапной смерти Василия Двинцова перспективы восстановления статус-кво и вовсе стали зыбки и призрачны.

– Кто же отравил Василия Двинцова? – Лев внимательно наблюдал за мимикой своего собеседника.

На лице того отразилась нерешительность и явное нежелание сознаваться. Наконец, понурившись, Шарпунин угрюмо пробурчал:

– Ну, если бы вы услышали от меня, что это – не я, вы бы поверили? То-то же…

– При каких обстоятельствах и как именно произошло убийство? – последовал очередной вопрос.

Шарпунин, громко засопев, с силой потер лицо ладонями и ответил:

– Он имел обыкновение обедать в кафе «Андрюха». Почему именно там? Мало кто знает, что это не просто кафе, а место, где можно снять проститутку и там же с ней поразвлечься. А Василий к бабам слабость имел. Конечно, не так, как Костя – тот вообще шерстил их по-черному. Ну, и этот при случае не терялся. Вот я для него и нашел самую красивую долларовую шлюху. Заплатил и сказал, что Двинцов – мой должник и его надо «подклофелинить», чтобы снять с ней в постели на видео и этим прижать. Пообещал, если все будет как надо, то получит еще два номинала. Ну, она и расстаралась…

– Где эта проститутка сейчас? Как ее зовут?

– Не знаю… По-моему, она, когда ей стало ясно, что мужик готов, сразу деру дала и даже не пришла за обещанным. Больше я ее не видел. Может, даже уехала из города…

– А Кардана как убрали?

– Алексей Халтыш, наш экономист – ну, он тоже сейчас задержан, такой сморщенный, с желтыми усами, – подлил ему в бачок с тормозной жидкостью специальную добавку, разъедающую тормозные шланги. А потом на своей машине в нужном месте подрезал Борькин «Газон». Тот сразу улетел в овраг…

На вопрос, когда и как Шарпунин познакомился с Вингровым, тот пояснил, что встретились они в покерном зале, когда еще в городе функционировали казино. Будучи заядлым игроком, Вингров там бывал довольно часто. И однажды ему довелось сыграть с незнакомцем, который, можно сказать, раздел его до нитки. Уже после игры в буфете казино за бокалом элитного французского «Кондрие Эге» они вдруг нашли общие, так сказать, точки соприкосновения. Узнав о том, что Шарпунин работает за сорок деревянных в месяц в не самой перспективной фирмешке, Вингров предложил ему заняться «настоящим делом», с куда большей прибыльностью. Шарпунин же нашел своему новому знакомому еще двух компаньонов, в том числе и Алексея Халтыша.

По поводу смерти Вингрова Шарпунин повторил уже сказанное им о некой загадочной «даме пик». Случилось это за несколько дней до того, как в «Онтарио» депутата-предпринимателя нашли бездыханным и остывающим. Тот отправился в «белокаменку» по думским делам – хочешь не хочешь, а какую-то депутатскую активность являть Вингров был обязан. Да и по своим, чисто шкурным – где-то появилась возможность урвать хороший подряд на транспортные операции, и упустить такую «мазу» он для себя считал недопустимым.

В конце рабочего дня войдя в свой кабинет, Шарпунин остолбенел, увидев сидящую в кресле молодую красивую женщину во всем черном. Как она могла туда попасть, для него осталось загадкой. Дверь была заперта на ключ, вахтер о ее появлении не сказал ни слова, хотя не заметить такую женщину он не смог бы. Казалось, незнакомка появилась или из ниоткуда, или прошла через стену, как какой-нибудь призрак. Что, в общем-то, тоже свойственно только призракам.

Увидев Шарпунина, женщина взглянула на него своим пронизывающим взглядом, и в тот же миг он почувствовал, что его язык словно отнялся, а руки и ноги ослабли и стали какими-то ватными. Он хотел спросить: «Кто вы и что здесь делаете?», но не мог даже пошевелить губами. Однако она, словно прочитав его мысли, совершенно спокойным, как будто даже доброжелательным тоном произнесла:

– Кто я такая и что здесь делаю – тебя не касается. Константин Вингров – хозяин этого предприятия? Говори!

В тот же миг Шарпунин почувствовал, что и в самом деле может говорить. Закивав, он торопливо выдохнул:

– Да-да, хозяин, на основании свидетельства на право собственности. Все законно…

Женщина в ответ снисходительно рассмеялась, но ее глаза даже в этот момент оставались непроницаемо-ледяными.

– Уж мне-то врать не надо! – сказала она и задала следующий вопрос: – Где сейчас Вингров?

– В Москве, он депутат Думы и сейчас уехал на сессию, – отчего-то внутренне дрожа, пролепетал Шарпунин.

– Где он там живет? – в глазах женщины неожиданно загорелись какие-то веселые искорки.

Узнав о том, что Вингров предпочитает останавливаться в «Онтарио» и берет там люкс на втором этаже, женщина поднялась с кресла и спросила у Шарпунина, не знает ли он, кто такой Эдуард Капылин и где он может находиться. Тот поклялся и побожился, что об этом человеке вообще слышит впервые. Уходя, женщина приказала ему забыть о ней. И он забыл. Но вот сегодня, словно по иронии судьбы, в момент сильнейшего стресса, связанного с задержанием, вдруг вспомнил о своей гостье. Теперь она постоянно перед его глазами. Даже в этот момент, когда они с Гуровым в помещении для допросов только вдвоем, ему все равно чудится, что она стоит за его спиной и, иронично улыбаясь, слушает его объяснения. Задав еще несколько уточняющих вопросов, Гуров напоследок спросил: