Фатальная красота - Марина Серова

После всех возлияний Сафонов вскоре и двух слов связать не мог. Вот так и закончилось мое свидание с возможным подозреваемым. Он ничем не намекнул даже на род своей работы, не говоря уж обо всем остальном. А у меня появился целый ряд вопросов.

Поскольку мой спутник пришел в непригодное для продолжения разговора состояние, то мне ничего не оставалось, как отвезти его домой и даже подняться вместе с ним до квартиры. Благо ключи находились у него в кармане брюк. Я спокойно уложила его спать, но по окончании миссии самаритянки меня одолело искушение заглянуть еще разок в книжицу Юрика.

Это я и не замедлила сделать, пролистав записную книжку. Догадаться о значении разных знаков напротив имен было практически невозможно, но путем элементарных умозаключений легко было понять, что я держу в руках обычный список типового донжуана. Юрик вел строгий учет всех своих знакомых девушек, телефоны с адресами хранил, а также ставил даты расставания. Для расследования эти записи никакого интереса не представляли, и я с тяжелой душой покинула квартиру Сафонова.

Раз не получилось выведать все нужные сведения из Сафонова, значит, пойдем другим путем. Первым делом надо найти человека, знающего Сафонова.

Погруженная в бесперспективные думы, я сначала не обратила внимания на оживший сотовый, надрывающий тишину двора.

— Алло, — ответила я наконец на звонок, достав телефон из сумки.

— Добрый день, Татьяна Александровна, — услышала я знакомый голос и чертыхнулась. Звонил мой клиент и, судя по всему, вновь с какими-то претензиями. — Что-то вы пропали, хоть бы раз пришли ко мне, отчитались о проводимом расследовании. Я привык быть в курсе дел, за которые плачу деньги.

— Иван Александрович, в данный момент я занята очень важным делом и заехать к вам никак не могу. Зато у меня к вам имеется вопросик.

— Ну вы и штучка, Татьяна Александровна! Прошло уже два дня, и все, что вы мне изволите сказать, заключается в трех словах: «ответьте на вопрос»?

— Вы знакомы с неким Юрием Сафоновым? Молодой красивый парень, — проигнорировала я возмущенную нотацию клиента.

— Лично — нет, — недовольно ответил Иван Александрович. — Вы его подозреваете в убийстве Кузьмы?

— Никаких конкретных доказательств у меня нет, — сделала я чистосердечное признание. — Поймите, в ходе расследования подозреваемые появляются и исчезают. И если бы я перед клиентом отчитывалась, то он ненароком мог бы наделать таких бед, в которых в конечном счете винили бы меня.

— Вы, случайно, не намекаете ли на то, что я сам начну вершить правосудие? Думаете, я такой дурак, чтобы расправляться с возможными убийцами моего друга?

— Ничего подобного я не говорила, Иван Александрович. Вы превратно поняли мои слова. Считайте мою скрытность естественной предосторожностью.

— От чего? — возмущенно крикнул клиент, мне даже пришлось убрать трубку подальше от уха.

— Вы слышали поговорку: «По секрету всему свету»? Так вот она в данном случае актуальна, потому что человек, порой не задумываясь, может поделиться со своим знакомым важной информацией. Их услышит третий, и все планы рушатся.

— Успокойтесь, я вас понял и вынужден пойти на небольшие изменения в нашем договоре. Плату за свои услуги вы получите только после завершения дела, ни днем раньше.

— Вот и отлично, — с облегчением произнесла я, наконец-то он перестанет мотать мне нервы. — Так что по поводу Сафонова?

— Знакомство с подобными типами не вожу, но, кажется, я о нем слышал кое-что. Ходят слухи, якобы этот красавчик является наводчиком.

— То есть он проникает в квартиры и высматривает ценные вещи?

— Точно, и, насколько мне известно, работает он с двумя дурнями вроде него по кличке Сухарь и Боксер. Систему их я не знаю, но не советовал бы вам связываться с этими домушниками.

— Иван Александрович, я не вчера стала детективом и прекрасно осведомлена, как вести расследование.

— Иногда я в этом сильно сомневаюсь, — позволил себе ехидно заметить клиент.

Вот что значит поддаться на уговоры подруги! Если бы не она, я сразу бы разглядела в нем скупердяя и по совместительству напыщенного индюка, обожающего указывать людям на их ошибки и злорадствовать по этому поводу. Ладно, займусь-ка я лучше делом, это верный способ поскорее избавиться от наставлений Ивана Александровича.

* * *

От дома Сафонова я прямиком направилась к одному старому знакомому, порой выполняющему для меня функции осведомителя — Генке Курносому. Обращалась я к нему лишь в случае крайней необходимости, не имея намерений подставлять парня своими визитами под разборку. Позволить себе подобное и испортить жизнь приятелю мне не позволяла совесть, поэтому я, стараясь быть незамеченной, прошла к квартире Генки Курносого и постучала.

— Проходи, — не поздоровавшись, прошептал стоящий на пороге Генка, — только тихо, у меня парни отсыпаются.

— Я ненадолго, Гена. Мне надо узнать, где обитают два типа — Сухарь и Боксер.

— Твои поручения становятся все более интересными…

— Геночка, — попросила я, не повышая голоса, — я же без тебя не обойдусь.

Устоять перед моими просьбами, да еще в сочетании с явным подхалимством, Генка никогда не мог, и я бессовестно воспользовалась его слабостью.

— Курносый, ты чего там застрял? — раздался из дальней комнаты басистый голос.

— Сейчас, ребята, иду, — ответил Генка. — Ты подожди у дальних сараев, а я тебе записочку принесу. Разговаривать некогда.

Я кивнула в знак согласия и покинула квартиру Генки, после чего, выйдя из подъезда, обошла кругом дом и остановилась у наполовину развалившихся сараев. Видно, дружки Курносого оказались спокойными ребятами, поскольку он пришел через пять минут после меня. Я двинулась за ним следом и вовремя увидела выпавшую из его рук бумажку. Остановившись якобы вытряхнуть камешек из туфли — вдруг кто-то наблюдает за нашими маневрами из окна, — я подняла с земли записку и сразу пошла к машине. В это время двор выглядел очень оживленным: бегала шумная ребятня, старушки прогуливались возле подъездов, но никто не обращал на меня совершенно никакого внимания. Значит, маловероятно, что я была замечена кем-то чересчур подозрительным. Данный факт, не скрою, порадовал — профессиональный детектив не станет мозолить окружающим глаза и афишировать свой визит к товарищу-уголовнику.

Воодушевленная собственной удачей, я села в машину и тронула ее с места. Отъехав на несколько километров от двора Генки Курносого, я наконец развернула его записку. Он, как обычно, не подвел и добросовестно подошел к моей просьбе, подробно перечислив все заведения, в которых бывают Сухарь с Боксером. Большинство из этих заведений были мне знакомы. Судя по записке Гены, Боксер занимал главенствующее место в тройке жуликов, был мозгом их компании, а Сухарь (прозванный так наверняка из-за худобы) являлся всего-навсего исполнителем. Функции Юрика в этой шайке были просты: войти в доверие к женщинам, облюбовать наиболее ценные предметы и стоять на шухере во время их экспроприации.