Прыжок ягуара - Наталья Солнцева

Злой на себя, на Зорина, на Каретникову и больше всех на Глорию, он потянулся к графину. Тихо, чтобы не разбудить спящую рядом девушку. Рука замерла на полпути, и Лавров передумал пить. Что-то было не так…

Он вдруг почувствовал запах смерти. Сладковато-приторный, тошнотворный, с привкусом шоколада. Духи Камиллы…

Он медленно повернулся и оторопел. Девушка лежала на спине, совершенно нагая, прекрасная, как юная языческая богиня. Ее волосы разметались по подушке, одеяло сбилось и сползло на сторону. Лампа с желтым абажуром окрашивала все в цвет слоновой кости. Такого же цвета было тело, лицо и губы Камиллы. На ее шее поблескивало колье из зеленоватых поделочных камней. Дешевка, купленная в отделе бижутерии. Безвкусица.

Эти мысли текли в сознании Лаврова, минуя главное. В груди Камиллы торчал нож! Вернее, его рукоятка. Лезвие вошло прямо в сердце, и умерла она мгновенно, ничего не успев сообразить. Крови было мало, небольшое пятно вокруг раны и потек, попавший на простыню.

Лавров оцепенел, не понимая, явь это или сон, воспаленный ночной бред.

– Господи…

По температуре тела Камиллы и степени окоченения он определил, что смерть наступила примерно полтора-два часа назад. Когда ее убивали, он лежал рядом и… ничего не слышал? После любовных излишеств и выпитого на пустой желудок коньяка – ничего удивительного. У него крепкий здоровый сон.

Но ведь и Камилла не проснулась. Хотя… она тоже занималась любовью и пила коньяк.

– Бог мой, кто?.. – вырвалось у него. – Кто…

В голове зашумело, горло свела судорога. Кто мог войти в квартиру и прикончить девушку прямо в постели с любовником? И этот любовник – он, Роман Лавров, сыщик, который взялся за деньги соблазнить Камиллу и отбить ее у Каретникова. Его подставили! Грубо и нагло. Вернее, тонко и хитро. Сыграли на его самоуверенности и репутации отъявленного ловеласа.

– Твою мать!..

Голый, он вскочил, нашел в ванной свои брюки, схватился за телефон, начал было набирать номер Зорина, но передумал.

«Не торопись, Рома, – осадил его второй Лавров. – Сначала все обмозгуй. Только не долго. У тебя на все про все не больше десяти минут. Надо сматываться отсюда!»

В ванне стояла вода, в которой они с Камиллой вчера бултыхались. Они забыли ее спустить. Вода еще слабо пахла травами. Роман оделся, быстро обошел комнаты и, естественно, никого не обнаружил. Проверил дверь. Заперта, следов взлома нет.

– Черт…

В прихожей на полочке под зеркалом валялись ключи, которыми он вчера открывал квартиру. Значит, убийца воспользовался своими. Откуда у него ключи? Может, хозяин квартиры – маньяк, который убивает жильцов? Или же это сделал Зорин? Он единственный, у кого были ключи. Второй комплект он мог оставить себе. Он мог дать второй комплект ключей Каретниковой, по ее просьбе. Может, в этом и состоял замысел? Убить соперницу руками частного детектива. Ловко!

«Все улики против меня, – разозлился Роман. – А Каретникова с Зориным – чистенькие. Они тщательно продумали план, подготовились и осуществили его. Я осел! Тупой самодовольный лошара! Стоп… Зачем тогда она нанимала громил с кислотой?»

«Верный расчет, – отозвался его внутренний оппонент. – Зная твою натуру, нетрудно предположить, как ты поступишь. Нападение на Камиллу быстро привело ее в твои объятия. Каретникова могла следить за тобой, и…»

Его ум работал сразу в двух направлениях. Он напряженно думал и ходил по квартире, уничтожая следы своего пребывания везде, где они могли остаться. В кухне он увидел на столе блюдце с нарезанными дольками лимона. Одной долькой он украсил бокал с мартини, который принес Камилле…

Он вернулся в ванную, забрал бокал, вымыл и поставил на место. На столе чего-то не хватало. Ножа! – догадался он. Нож, которым он резал лимон, исчез. Вернее, теперь он торчит в груди убитой девушки. А убийца, разумеется, орудовал в перчатках.

Лавров поспешил в спальню и зачистил там все, что можно. Он старался не смотреть на окоченелое и холодное тело Камиллы. Выходит, что он не спас ее, а погубил. Погубил!..

«Пора сматываться, – бубнил второй Лавров. – Пошевеливайся! Кто знает, какой еще сюрприз ждет тебя? Вдруг убийца позвонит в полицию, чтобы тебя взяли на трупе тепленьким? Иначе зачем ему было устраивать весь этот спектакль?»

– Зорин, скотина…

Лавров чувствовал себя отвратительно. Его загнали в ловушку, и он теперь вынужден из нее выбираться. Что делать с мертвым телом? Избавиться или оставить здесь? В конце концов, эту квартиру снимал Зорин. Пусть он и расхлебывает!

«Он расхлебает, – саркастически изрек оппонент. – Держи карман шире. Он не станет тебя выгораживать. Он тебя утопит».

– Это мы еще посмотрим…

За окнами было темно. На востоке над крышами высоток небо уже позеленело. Скоро начнет светать, и тогда улизнуть незамеченным будет труднее. Люди проснутся, кто-то выйдет с собакой, дворник будет махать метлой и пялиться на раннего прохожего. Пожалуй, как назло, запомнит, в какую машину тот сел, и доложит ментам.

Часы на его руке показывали четыре утра. Опыт бывшего опера подсказывал Лаврову, что у него есть шанс выкрутиться. Если он поторопится.

Почему в башке такая муть? Неужели от коньяка? Выпили они с Камиллой не так уж много. Может, коньяк паленый?

Кажется, он все прибрал за собой. С этой мыслью сыщик остановился на пороге спальни и в последний раз посмотрел на Камиллу.

– Прости… я не хотел, чтобы так получилось…

Она лежала немая и неподвижная, красивая даже в смерти. Вокруг головы – темный ореол волос, груди идеальной формы, плоский живот с золотой рыбкой, длинные ноги с точеными икрами и узкими ступнями. Теперь все это великолепие – кусок мяса, уже тронутый тленом.

– Прости… – повторил он. – И прощай…

«Что бы ни случилось, не трогай камни!» – прозвучал у него в ушах голос Глории.

«Беги, Рома, – подгонял его внутренний голос. – Иначе будет поздно».

Какие камни? Что она имела в виду? Могла ли она предвидеть, что…

«Беги! – запаниковал второй Лавров. – Ты теряешь время. Спасай себя. Камилле ты уже ничем не поможешь!»

Какие камни?

Его взгляд упал на колье на шее мертвой девушки. Вот они, камни! Камни, черт побери…

Он продолжал стоять, не отрывая глаз от дешевых зеленых камешков. Украшение, которое стоит копейки. Его может носить только непритязательная молодая девушка, работающая официанткой в баре, или продавщица, или художница, рисующая портреты на Арбате.

«Не трогай!» – раздалось у него в ушах.

Почему он делает все наоборот? Не слушает предупреждений, игнорирует здравый смысл. Зачем он ввязался в эту историю? Согласился отбить у какого-то неверного мужа любовницу? Нужда в деньгах заставила? Денег у него достаточно на первое время. И вообще…