Нежный зверь - Марина Серова

Я намеревалась проверить Терехова и компанию — причастны ли они к убийству Курского. И только после этого позвоню Кире, чтобы выяснить подробности преступления. Больше всего я сейчас боялась, что менты проявят вообще-то не свойственную им прыткость и доберутся до Темыча раньше меня. Не хотелось бы потерять такой удачный шанс.

— Да? — после нескольких гудков прозвучал голос в трубке. — Алло, слушаю, — добавил голос, и я наконец узнала Артема.

— Темыч? Это Татьяна, — для начала представилась я.

— Танюх? Ты чего так рано? — кажется, Терехов удивился искренне.

— Я нашла Курского, — процедила я коротко.

— Да ты что! — ликующе воскликнул Темыч. — Ты обнаружила этого козла, кидалу позорного? Класс, Танюш, ты просто супер! Прикинь, он вчера вечером опять звонил, говорил, что встретимся и он бабки вернет. И снова продинамил.

Сообщение показалось мне интересным, но пока я решила не развивать мысль. Следовало довести до конца маленький психологический опыт.

— Ладно, Терехов, с этим разберемся позднее. Ты можешь подъехать… к горпарку? — Я продуманно предпочла встретиться на нейтральной территории.

— Да, конечно, легко, — согласился Терехов, и, условившись о времени встречи, я нажала на «отбой».

— Поехали к горпарку, — обернулась я к Павлу.

Он улыбнулся, и мотор взревел.

— Таня, и чем же вы сейчас занимаетесь? — поинтересовался Павел. — За что убили того человека?

— А с чего вы взяли, что его убили? — прикинулась я шлангом. Что-то уж слишком любопытствует мой водитель.

Тушнинский рассмеялся, закурил и выразительно произнес:

— Таня, не держите меня за идиота! Его либо закололи, либо застрелили.

О, точно! Так закололи или застрелили? Надо бы Кире позвонить, пока время есть!

И я набрала на сотовом другой номер, довольно невежливо проигнорировав вопрос Тушнинского.

Киря — это для меня, а для широкой общественности он — Владимир Кирьянов, подполковник милиции. Просто Володя — мой хороший друг, человек, на которого можно положиться. Он может снабдить меня ценной информацией и даже выйти при этом за рамки законности. Но, собственно, и отдачу Киря получает соответственную. Потому как звездочки на его погонах — частично и моя заслуга. А также уменьшение количества «висяков» на отделе. Мы с ним, дорогим моим другом, нередко пересекаемся в делах. Может быть, это судьба? Или просто Тарасов действительно очень маленький городишко?

Наконец, после многочисленных гудков, трубку сняли, и незнакомый голос осведомился, что же мне угодно. Я представилась и попросила позвать подполковника Кирьянова, и подполковника мне предоставили.

— Татьяна? — Голос Володьки звучал удивленно и смертельно устало.

— Да, Киря, я опять по твою душу, — покаялась я, косясь на Павла.

Тушнинский сделал вид, что ему все происходящее глубоко по барабану и он — лишь извозчик. Но в уголках его рта подрагивала насмешливая улыбка.

— Ну что тебе нужно? Это, наверное, ты наследила у аэропорта? — высказал глубокомысленную догадку Кирьянов.

Я не поняла только слова «наверное». Я же махала там «корочками», так неужели никто не заметил моего имени-фамилии? Ну и народ пошел.

— В каком смысле «наследила»? — притворно удивилась я, закуривая и задумчиво выдыхая струйку дыма.

— Ты же из-за этого дела по мою душу? — напирал Владимир, не собираясь отказываться от мысли расколоть меня.

— Да, — честно созналась я.

— Хочешь сказать, у тебя в очередной раз грохнули клиента?

— Ой, не надо, — возмутилась я. — Клиентов у меня не убивают, я их защищаю телом и душой. — Я в самом деле оскорбилась — людей, платящих мне гонорары, и в самом деле не убивают. Мне везет. И им тоже. — Понимаешь, Володь, убили мужа моей клиентки, человека, которого я должна была найти. И я его нашла, только в виде трупа.

— И теперь снова будешь под ногами болтаться?

Вот после этого вопроса я окончательно осознала, как плохо бедному подполковнику. Он обычно не позволяет себе подобных бестактностей.

— Что, Володь, совсем прижало? — посочувствовала я. — Только на меня свои эмоции не обязательно выплескивать, у самой жизнь не фонтан.

— Ладно, извини, — отмахнулся Кирьянов. — Говори, что тебе надо, душегубка.

И я сказала. И выслушала ответ. Курского закололи ножом, а переехали его уже мертвого. Кстати, ножевых ранений на теле несколько. Милиция подозревает, что это дело рук какого-то маньяка или убийство в состоянии аффекта. А совершено оно в промежутке между двенадцатью и часом ночи. Точнее сказать невозможно. Эксперты и так сделали все, бывшее в их силах.

Милиция не нашла ни его вещей, ни машины, на которой он приехал, ни свидетелей, кроме той парочки. Естественно, Киря и его команда вышли на Виталика и Гарика, нехороших мальчиков, ворующих водку с завода, у которых дверь открывается не туда, куда надо. Парней посадили. Потому как на дороге не оказалось тормозного пути. То есть мальчики даже не почесались, переехав человека. А вдруг ему требовалась медицинская помощь? Больше менты никого не зацепили. Да и не узнали тоже ничего совершенно. В бумажнике убитого денег не обнаружено, только документы и билеты на самолет. Можно заподозрить убийство с целью ограбления, но мне показалось, что эта версия слишком уж проста. Тогда значительно менее пыльно было бы оставить Курского в кустах заколотого, чем выбрасывать труп на дорогу.

Короче говоря, ничего полезного я не узнала. Менты начали прорабатывать окружение Курского. Но здесь пока тоже ничего не накопали.

Не слишком удовлетворенная беседой, я закурила. И тут мы приехали к городскому парку.

Попросив Тушнинского подождать в машине, я перебросила сумку-выручалочку через плечо и отправилась к месту встречи. Белобрысая голова Темыча уже виднелась.

— Танюха! — обрадованно ринулся он ко мне. Чуть не прыгал мальчик от возбуждения. Думал — вот сейчас он свои денежки получит, вытрясет их из Курского. Но по мере моего приближения к Темычу лицо его все больше вытягивалось. — А где же Илья Курский? Чего-то я не понял. Ты же его нашла, говоришь.

— Нашла, — согласилась я, присаживаясь на спинку полуполоманной лавочки, закуривая и жестом предлагая Артему последовать моему примеру.

Где-то с другой стороны парка у навороченного джипа маячили братки, так называемые подчиненные Терехова Темы. Но к нам они не приближались, что успокаивало.

— И где он? Танюш, ну не тяни ты, — Темыч в данный момент выглядел ребенком, которому пообещали, но не отдали игрушку. — В самом деле, представляешь, этот придурок недоделанный меня дважды продинамил. Вчера звонил, забил стрелку на полпервого ночи, но не явился. До этого еще…

— А где он тебе назначил встречу? — полюбопытствовала я. Мной двигал не праздный интерес. Появилась почти уверенность, что господин Курский не так прост, каким хотел казаться.