Дело толстых - Оксана Обухова

Михаил Валерьевич посмотрел на фотографию серьезного толстяка и подумал: «Я бы на его месте тоже отказался». Если бы не астма Марьи Филипповны, капитан и сам попросил бы путевку в среднюю полосу поближе к водоему.

— Сейчас пара моих ребят обходит туристические агентства, выясняют, где Гольдман мог купить путевку. Думаю, к полудню управятся. Но, — полковник развел руками, — сам понимаешь, сейчас частных пансионатов развелось как комаров на болоте. Гольдман мог узнать адрес у кого-то из приятелей и отправился отдыхать по звонку. Кстати, машину Борис Аркадьевич не водит. Что-то с рефлексами не сложилось. Когда ребята закончат с агентствами, возьмутся за таксистов. Человек таких габаритов, как Гольдман, уйти пешком с чемоданом не мог. Частников ловить он тоже не будет. Так что остаются такси.

— А кто обычно его возит?

— Шофер. Но Гольдман отпустил его до утра пятницы.

Михаил Валерьевич поднял брови:

— На работу собирался?

— Да. Но когда шофер приехал в назначенный час, двери ему не открыли.

— А экономка?

— Она приходит, вернее, приезжает позже. Приводить себя в порядок и завтракать Борис Аркадьевич тоже любит в одиночестве.

«Многое Иваныч узнал за полтора дня. Видимо, сверху давят», — подумал Тарасов, потянулся за сигаретами, но доставать из кармана «Яву» не стал: беседа почти закончилась.

Головной офис фирмы «Гелиос» занимал половину старинного особняка в тихом центре города. Прежде чем идти представляться директору и жене владельца Марте Игоревне, Тарасов побродил вокруг дома. «Почему Гольдманы, богато скупившие недвижимость во время дефолта, не переехали в отдельное строение, а делят дом с нотариальной конторой и районным отделением пенсионного фонда?» — думал капитан. Потом огляделся как следует и понял — месторасположение офиса было исключительно удобным: в ста метрах от крыльца транспортная развязка, у самого крыльца обширная парковка в тихом дворике и вообще спокойно, прилично. Старые деревья окружали особняк, под ними не кричали, не бегали дети, только несколько пенсионеров грелись под осенним солнцем на уютных лавочках.

Толкнув массивную деревянную дверь, капитан вошел в вестибюль и сразу попал из XIX века старинного двора в век XXI: в воздух, очищенный кондиционерами, в качественный евроремонт, на покрытые коврами полы. Несколько современных (но приятных) картин висело на светлых стенах, за конторкой у входа сидел молодой мужчина в черном костюме, белой рубашке и темном галстуке. На посетителя в сером мешковатом пиджаке и успевших измяться брюках охранник взглянул исподлобья. Потом увидел под мышкой капитана толстую кожаную папку и несколько подобрался — визитеры из дойных инстанций не всегда выглядят как денди. Встречаются и толстяки в затрапезных костюмах. Но тем не менее «Добрый день, рады вас видеть в фирме «Гелиос» охранник не произнес. Приветствия и раздача слонов — прерогатива секретаря.

Подумав секунду, Валерыч достал из кармана удостоверение и протянул его охраннику:

— Капитан Тарасов к Марте Игоревне.

Визиты милиции негативно сказываются на служащих, но скрывать звание и место службы в этом случае не имело смысла. Офис небольшой, и через час каждый сотрудник будет в курсе — шухер, братцы, органы с проверкой нагрянули.

— Второй этаж, налево, — произнес парень, и капитану показалось, что в лице охранника что-то изменилось.

Сделав несколько шагов по направлению к лестнице, Михаил Валерьевич вдруг развернулся и спросил:

— Извините, не подскажете, кто дежурил вечером в пятницу?

— Я, — коротко ответил охранник.

Капитан потоптался на месте, оглядел вестибюль и произнес:

— Если позволите, позже я к вам спущусь. Поговорим?

— Поговорим, — вздохнул парень.

На первом этаже офиса располагались подразделения фирмы, занимающиеся поставками, маркетингом и рекламой. Тарасов поднимался на второй, так сказать, начальственный уровень.

Первая дверь налево оказалась заперта. «Юрисконсульт Семен Абрамович Фельдман», — говорила бордовая с золотом табличка, прибитая к бордовому же дерматину. «Мне дальше», — понял Тарасов и потопал вперед по неширокому, но светлому коридору.

Второй по счету двери слева не было. Обогнув выступ стены, капитан увидел то, что принято называть офисным предбанником: диван и кресла для посетителей, журнальный столик с рекламными проспектами, кадки с цветами и улыбающуюся остроносенькую красотку за секретарским столом.

— Добрый день. Вы к кому?

— Здравствуйте. Капитан Тарасов к Марте Игоревне, — доложил Валерыч. В его тоне было что-то от «Извините, но так уж получилось».

Секретарская улыбка слегка завяла, голубые глаза распахнулись до невероятных размеров, и красотка икнула:

— Минуточку.

За процессом поднимания офис-менеджера из-за стола было приятно наблюдать. Сначала, изгибаясь, взвилась верхняя часть корпуса, потом из-под заголившейся короткой юбки мелькнуло стройное бедро, но, когда подол отъехал вниз, попка, обтянутая какой-то искрящейся материей, подарила еще один дивный вид.

«Плейбой», — вздохнул Тарасов. Кусок искрящейся материи скрылся за бордовым дерматином, и Михаил Валерьевич без стеснения огляделся. От предбанника в разные стороны расходились две двери. На одной висела табличка: «Гольдман Борис Аркадьевич», на второй, за которой скрылась секретарша, висело объявление: «Гольдман Марта Игоревна. Коммерческий директор». Над секретарским столом прибили натюрморт с набором полезных для жизнедеятельности продуктов — виноградом, персиками и бутылкой красного вина. Рядом с нарисованной бутылкой стоял почему-то пустой хрустальный бокал.

— Проходите, пожалуйста, — возникло на пороге видение из «Плейбоя», мечта из снов озабоченного юнца. — Марта Игоревна вас ждет.

Тарасов одернул пиджак, сделал лицо более значительным и перешагнул порог.

Госпожа Гольдман могла дать своей секретарше сто очков форы. Аттракционов с подниманиями ей не требовалось. Холеная, зреющая (не зрелая, а именно зреющая) красота и обаяние ума поднимали женщину до высот далеких от видений юнцов, стареющих ловеласов и пожилых, толстых милиционеров. Марта Игоревна — миф, такие даже во снах не являются, так как им некогда, они мужчинами правят.

Тарасов невольно втянул живот и почти строевым шагом прошествовал к предложенному стулу.

— Капитан Тарасов Михаил Валерьевич, — на ходу представился он, — добрый день.

— Здравствуйте, Михаил Валерьевич. Я Марта Игоревна Гольдман, — улыбнулась женщина. — Извините, у меня очень мало свободного времени, поэтому без предисловий, сразу к делу.

Валерыч положил на стол перед собой папку, устроился поудобнее, достал из папки блокнот и дешевую пластмассовую ручку.

— К делу так к делу, — буркнул Тарасов немного смущенно. — Марта Игоревна, вас не насторожило внезапное исчезновение мужа?