Бархатный губернатор - Фридрих Незнанский

Итак, обнаружив пропажу автомата, Коршун затосковал. Он отлично понимал, что придется отвечать и платить по-крупному, может, даже головой, а потому медлить не стал и дал деру.

Тем временем спохватились и старлей с Митьком.

– Что-то не видать его, – кивнул на экран старлей. – Сбегай глянь.

Митек вернулся моментально.

– Ушел, падла! – испуганно проговорил он, появляясь в проеме дверей.

– Не шути, Дмитрий, – бледнея, сказал старлей. – Хорошо поглядел?

– Такого слона да не заметить?! – выкрикнул Митек. – Нету! Пусто!

Старлей кинулся из комнаты, следом за ним Митек. Они обежали весь дом и, разумеется, никого не нашли. Вышли на улицу.

– Коршу-ун! – заорал старлей. – Коршу-ун!

Ответом было полное молчание. Парни побежали к проходной.

– Та-ак, – протянул старлей, обшаривая взглядом проходную. – Ну и где же твой землячок, Митя?

– Ленька-а! Грищу-ук! – в свою очередь заорал Митек. – Эге-гей! Ленька-а!

– Ты кого мне подсуропил, Митя? – ласково обратился старлей к приятелю. – Ты мне мента подсуропил.

– А ты кто?! – взъярился Митек. – Не мент, что ли?!

Справедливый вопрос Митька, видимо, обескуражил старлея, и он взял себя в руки.

– Далеко не ушли, – сказал он. – Надо взять. Не возьмем, нам хана.

– Ты о чем, старлей? – удивленно спросил Митек. – Чтобы Коршун ушел вместе с этим фраером?! Да никогда в жизни!

– Ладно, – решил старлей. – Идем.

– Это же Коршун! – не мог успокоиться Митек, еле поспевая за старлеем. – Его в Татарке каждая собака знает! Да чтобы он…

– Заткнись! – оборвал парня старлей. – Куда он мог податься? У него два пути. Или на станцию, или в сторожку к леснику… Куда двинем?

– Пожалуй, на станцию. Ему рвать надо отсюда побыстрее. А в сторожке что делать?

– На станцию, но через сторожку, – решил старлей, прибавляя ходу.

Лесник Гаврюша сидел за столом и распивал чаи, когда в сторожку влетели старлей и Митек.

– Здорово, Гаврюша!

– Здорово, здорово, – откликнулся старик. – Откуда свалились? От вас, мужики, пар валит, будто от лошадей! Чего потеряли?

– Не заходил к тебе гость, Гаврюша?

– Смотря кто…

Старлей замялся, не хотелось ему выдавать секрет.

– Ты должен понимать, Гаврюша, – солидно начал объяснять старлей. – Иной раз и невозможно назвать имя-отчество. Уж про должность молчу. Кто заходил-то?

– А я и не спросил. Зашел, покурил и угребся на сеновал. Спать.

– Он здесь? – не сразу спросил старлей, боясь поверить такому везению.

– Здесь. Небось дрыхнет. Умаялся человек. Тут уж не до расспросов. Вот выспится, отдохнет – и поговорим, чайку попьем, а возможно, чего и покрепче…

– Где твой сеновал? – рявкнул старлей.

– Ты чего орешь? – повысил голос лесник. – Нехорошо, парень. Ты в дом зашел, не куда-нибудь.

– Извини, – тихо произнес старлей. – Где твой сеновал?

Старик молча ткнул пальцем в окно, сквозь которое виднелось небольшое низкое строение.

Старлей и Митек бросились вон из сторожки. И видел старик, как они подбежали к сеновалу, взяли на изготовку оружие и скрылись. Вернулись они скоро, через пару минут и, не заходя в сторожку, пошли прочь. Вышел из сеновала маленький мужичонка, закурил, глядя вслед непрошеным гостям, потом сплюнул и поплелся досыпать.

– Слышь, старлей, до ближайшей станции отсюда не меньше десяти километров. Мы что, пешком попылим? – уныло спросил Митек.

Старлей не ответил.

– Вернемся, в машину – и вперед, – не отставал Митек. – Обратно надо.

– А я куда?! – рассвирепел старлей. – Говорил, пулю в лоб – и баста. Так нет! Сделали по-своему!

Подходя к вилле, они услышали стрекот вертолета, а вскоре увидели и сам вертолет, шедший на посадку.

– Летят, – обреченно сказал старлей. – Держись, Митя!

– Я, пожалуй, уйду, старлей…

Старлей посмотрел на товарища и, видимо, что-то решив про себя, вытащил пистолет.

– Брось оружие, Митя, – приказал он.

– Ты чего, старлей? Ты чего? – забормотал Митек.

– Быстро!

Митек бросил пистолет, который старлей поймал на лету.

– Ты чего задумал, старлей? Ты что, на меня бочку катишь?

– Отвечать будем вместе, но твоя вина, Митя, большая.

– Рванем, старлей! Ты знаешь, у них разговор короток! – глядя на вертолет, сказал Митек.

– Заткнись! – оборвал его старлей.

Вертолет сел на бетонную площадку недалеко от особняка.

– Если прилетел Муссолини, нам хана, старлей, – поспешая за товарищем, ныл Митек. – Вернул бы ты мне пушку!

– На кой? – не оборачиваясь, спросил старлей.

– Пропадать, так с музыкой!

– Не трусись, Митек! – улыбнулся старлей. – Без музыки не пропадем!

Двигатель вертолета умолк, и стало тихо. Из вертолета спустился один-единственный человек, губернатор Николай Михайлович Колесниченко. Глянув на подошедших охранников, он сразу понял: что-то случилось.

– Добрый день!

– Здравствуйте, – ответил старлей и с ходу бухнул: – Ушел! Наша вина!

Реакция губернатора была неожиданной. После некоторого молчания он облегченно рассмеялся:

– Молодец! Тогда до свидания, господа хорошие!

И губернатор пошел к вертолету.

– А нам-то что делать?! – крикнул старлей.

Губернатор обернулся, оглядел охранников.

– Что хотите. И запомните, я вас не видел, вы меня тоже. И вообще, здесь никого не было. Пока!

Тишину взорвал рев двигателя, и вертолет начал медленно подниматься. Пригнулись травы, зашелестели листья на деревьях. Забирая на левый борт, вертолет вскоре скрылся из глаз.

– Держи, – тускло произнес старлей, бросая пистолет приятелю. – И жди событий.

Они зашли в особняк, присели за стол.

– Наливай! – приказал старлей.

Не успели выпить по первой, как затрезвонил телефон.

– Докладывай, – пробасило в трубке.

– Вместе с гостем исчез Коршун.

– Сговор?

– Не знаю. – Старлей посмотрел на Митька и добавил: – Не думаю.

– Коршуна найдешь. Об остальном после. Все.

– Кто звонил-то? – спросил Митек.

– Не все ли равно, – отмахнулся старлей. – Куда может махнуть Коршун?