Страсть на предохранителе - Владимир Колычев

– Зато мы работаем, да, Каштанов? – застегивая наручники, проговорил Максим. – Сначала акробата искали, который к Дарье под колеса бросился, потом Антонову физиономию начистили.

– Так и Жаров на Антонова работал.

– А тебе какое до этого дело? – спросил Максим, схватил Каштанова за плечо, оторвал от стены, толкнул в кухню.

Ему нравилось ощущать свою силу на глазах у восхищенной Юли. Но при этом он не исключал ее причастности к преступлениям.

– Как это какое? Даша память потеряла, ничего не помнит!

– Да?

Максим окинул взглядом стол. Бутылка виски, сыр, колбаска. Неплохо Юля гостя встретила.

– А что ж ты ей не помогаешь вспомнить? Почему ты здесь, а не в больнице?

– Я только что оттуда, – усаживаясь на стул, буркнул Каштанов.

– Ну да, пришел, привет, сказал, передать, – проговорила Юля.

– От кого?

– От Даши.

– Так она же ничего не помнит.

– Я так ему и сказала.

– Сказала! – повторил Каштанов. – А откуда она это знает? В больнице она у Даши не была.

– Как это не была? Была! Да и на работе все только об этом и говорят!

– На работе! Антонов у них главный! – Каштанов посмотрел на Юлю с ожесточением, прямо как кастрированный кот на кошку.

– Ему вообще пить нельзя! – заявила Юля, схватила бутылку и убрала ее в холодильник. – Пришел нормальный, я ему, дура набитая, налила как другу.

– Как другу?

– Так мы же с Дашей дружим. А у него крыша съехала с трех стаканов.

– У кого съехала? – выкрикнул Каштанов и вдруг резко успокоился, заставил себя осознать простую истину. – Может, и крыша. Мне реально пить нельзя. Да я в общем-то и не пью.

– Я с тобой как с человеком! – Юля почуяла слабину и дала волю эмоциям.

– А если ты и правда работаешь на Антонова? – спросил Каштанов.

– Да не работаю я!

– И не спишь с ним?

– Чего? – Юля, чуть не плача, глянула на Максима.

Она так трогательно просила о защите, что у него сжалась душа.

– Ну вот как с ним с таким можно!

– Даша говорила, – сказал Каштанов и скривился.

– Даша?… А она ничего тебе… – начала, но тут же осеклась Юля.

Однако Каштанов дослушал ее и без слов.

– Да, говорила! – озлобленно прохрипел он. – Я убью вашего Антонова!

– Братец, да тебя закрывать надо! – заявил Максим и вынул из кармана телефон, вроде как собираясь вызвать наряд.

На самом же деле рано еще было звонить в дежурную часть. Он же не просто так к Юле заглянул. Ему нужна информация, а зерна истины сами по себе не появляются, это дураков не сеют. Каштанов устроил Юле отличный обмолот. Глядишь, что-нибудь из нее и выскочит.

– Да я уже все, больше не буду, – угрюмо пробурчал Каштанов.

– Это ведь не просто слова, дружок, а реальная угроза. После того, как ты Антонова избил.

– Правильно я сделал! Кто-то же должен был наказать этого ублюдка. Это ведь он Дашу заказал. А вы его не посадили!

– Доказательств нет.

– Он ведь и в начальника вашего стрелял!

– Что ты об этом знаешь? – резко спросил Максим.

Он и хотел, но не смог охладить пыл собеседника.

– Ну а Сажин чей, по-вашему, человек?

– Сейчас он вам все расскажет! – заявила Юля. – Сажин – человек Антонова, а я – еще и Сажина. Значит, во всем и виновата!

– Если честно, мне все равно, кто стрелял в Малахова! – заявил Каштанов. – Меня интересует только Даша! А если это ты навела на нее Жарова?

– Я навела?

– И про деньги ему сказала!

– Вас, кажется, Максим зовут, да? – спросила Юля и снова приятно провела рукой по его спине.

– Да, Максим, – ответил Павлов.

– Товарищ капитан Максим, избавьте меня от этого психа!

– Это называется правда глаза колет! – выдал Каштанов.

– Какая правда? Не знала я ничего про ваши деньги!

– Про наши деньги! – вскинулся Каштанов. – Они ваши с Антоновым!

– И о том, что вы с Дашей свалить хотели, не знала!

– Мы? Свалить? Ты что несешь?

– Каштанов, нельзя тебе в таком состоянии говорить с женщиной, – сказал Максим, снова вынимая телефон. – Давай, ты сначала протрезвеешь, а завтра мы с тобой поговорим. Сядем рядком, как говорится.

На этот раз он вызвал наряд. Никак нельзя было отпускать Каштанова. Вдруг он отправится к Антонову и приведет свои угрозы в исполнение? Кто тогда останется крайним?

– Никуда мы не собирались сваливать, – заметно присмирев, негромко проговорил Каштанов.

– А Даша говорила! – сказала Юля.

– Что Даша говорила? – подбросил дров Павлов.

– Да бросить бы все и уехать, говорила.

– С Каштановым?

– Ну да. Она его по имени называла.

– Куда конкретно уехать? – с усмешкой спросил Каштанов.

– Нет, не конкретно, а вообще. Куда-нибудь.

– Куда-нибудь, стало быть! – буркнул Каштанов и осведомился: – А сама ты никуда не хочешь уехать? В Америку, например?

– Почему в Америку?

– Потому что по Фрейду. Кто хочет уехать в Америку, тот хочет жить не там, а в кино.

– Можно и в Индию, – сказал Максим.

– А что? Я, между прочим, хорошо пою и танцую! – сказала Юля, загадочно глядя на него.

– Стриптиз? – спросил Каштанов.

– Мы обязательно продолжим разговор на эту тему, – сказал Павлов. – С Юлей. Но без тебя! – Он схватил Каштанова за руку, потащил его на выход.

– Непременно поговорим! – донеслось вслед.

– Это она тебя соблазняет, капитан, – уже за дверью сказал Каштанов.

– Да замолчишь ты когда-нибудь! – Максим неприязненно поморщился.

Он и сам не идеализировал Юлю, но выслушивать гадости о ней от какого-то полупьяного хама не желал.

– Будь осторожен с ней, она точно заодно с Антоновым!

– Разберемся!

– Или ты тоже заодно с ним?

Максим заставил себя промолчать.

Он вывел Каштанова во двор, сдал его наряду, подъехавшему в этот самый момент, и вернулся к Юле.

– Так что, продолжим разговор? – спросила она, оглаживая на себе шелковый халат. – Назло Эдику.

– Дарья его по имени называла?