Батумский связной - Наталья Александрова

– На, покури, тебе станет легче…

Она протянула ему толстую, странно пахнущую папиросу. Борисвзял ее машинально, затянулся… Теплая розоватая волна разлилась по всему телу,качнула комнату… Борис поплыл куда-то, легко покачиваясь. Душевная боль, толькочто казавшаяся невыносимой, притупилась, смягчилась, отступила. Мир вокругслегка дрожал, как дрожит воздух над нагретой полуденным солнцем землей…

Девушка прильнула к Борису всем телом. Ее влекло к нему тойже розовой нежной волной, тем же теплым потоком. Она скользила по его телудушистым шелком волос, осыпала его мелкими горячими поцелуями, шептала безумныеласковые слова. Она взяла всю инициативу на себя, нежно опустившись на его телои постепенно, понемногу ускоряя темп движений, пока они не превратились вбешеный неистовый танец. Окутывающий их наркотический туман придавал всемунереальный оттенок, необыкновенный, пьянящий аромат.

Борису казалось, что он то погружается в морскую пучину, товзлетает к облакам…

Лиза была необыкновенно искусна в любви, но Борис не думалсейчас о том, где она обучилась этому искусству, о том, сколько мужчин до негопогружались в те же пучины, возносились в те же небеса… Он летел вголовокружительной бездне, и наконец ослепительный, всепоглощающий свет залилвсе его существо, пронзил его позвоночник, рассыпавшись миллиардами сверкающихискр…

Они лежали рядом, счастливые и опустошенные. Розовыйнаркотический туман все еще плыл вокруг них, не давая реальности запуститькогти в их израненные души. Лиза приблизила губы к уху Бориса и прошепталачто-то. Смысл ее слов не доходил до него, он ощущал только нежное, щекотноеприкосновение ее губ, ее волнующее дыхание на своей щеке. Он почувствовал, чтожелание снова заполняет все его существо – неожиданное, дикое, ошеломляющее. Оннабросился на нее и овладел яростно, бешено – так, как махновская конницаовладевает маленькими степными городками, возникая на горизонте в облаке пыли,налетая с диким воем и улюлюканьем, сметая все на своем пути…

Потом он опомнился, отрезвел и увидел Лизины глаза. В нихбыл страх и отчаяние. Борис понял, что она почувствовала в нем такого же насильника,завоевателя, как все те мужчины, которые владели ее телом, начиная с тойстрашной ночи в степи… Она испугалась, что Борис такой же, как все.

Он прижал к себе девочку из той, довоенной, жизни, он осушилпоцелуями ее слезы, он просил у нее прощения за всех, кто причинил ей боль…

Они снова лежали рядом и говорили, говорили… Они вспоминалиПетербург-Петроград, свежий запах первого снега, скрип санок, огоньки на берегуЕкатерининского канала, рождественские елки, пасхальный благовест…

Лиза встала, раскурила опять душистую папиросу и протянулаБорису.

– Пожалуй, мне нужно сохранить ясную голову, –неуверенно отказался Борис.

– Да, действительно, – согласилась Лиза. –Итак, расскажи мне, как ты здесь очутился?

– Случайно. – Он отвел глаза.

– Случайно заплыл в Батум, случайно зашел в кофейнюСандаракиса, случайно встретился там с Исмаил-беем, – саркастическипродолжила Лиза. – Знаешь, я поверю, что тебя случайно прибило кбатумскому берегу, как Робинзона Крузо, но что ты случайно встретился с Исмаил-беем– никогда! Это, знаешь ли, не такой был человек, чтобы встречаться с кем бы тони было случайно, за чашечкой кофе.

– А что он был за человек?

– Таинственный и жестокий. Каким-то образом он сумелподчинить себе тот ужасный сброд в кофейне. Так что тебе пришлось бы худо, еслибы они застали тебя на месте убийства.

– Но кто его убил? – встрепенулся Борис. –Надеюсь ты не думаешь, что это я? Ты видела кого-нибудь?

– Я видела двоих, но не узнала. – Борисупоказалось, что голос Лизы звучал неуверенно.

– Лиза, – Борис взял ее руки в свои и заглянул вглаза, – ты веришь, что я не убийца? Все случилось так быстро, я толькослышал в темноте странный такой звук, как змея шипит…

– Ты думаешь, если бы я знала, что это ты убилИсмаил-бея, то стала бы хуже к тебе относиться? – Она сопроводила своислова пренебрежительным смешком.

– Ну хорошо, можешь не верить. Но у меня действительноположение хуже губернаторского. У меня нет ни денег, ни документов, меня ищут вКрыму за убийство, которого я не совершал, и теперь будут искать здесь, вБатуме, по тому же поводу.

– Я достану тебе денег и документы и переправлю внадежное место!

– Я не могу брать от тебя денег, – решительновоспротивился Борис.

– Ты что, с ума сошел? – поинтересовалась онаспокойно. – Как будто у тебя есть выбор…

– Мне нечего делать в твоем надежном месте! –Борис повысил голос. – Мне нужно быть здесь, чтобы… выяснить одну вещь, апотом мне нужно вернуться в Крым, чтобы искать там Варю…

– Но ты не можешь долго здесь находиться, и выйтиотсюда ты тоже не сможешь незамеченным, потому что те, в кофейне, должно быть,уже нашли тело и подняли тревогу. Тебе нужно скрыться хотя бы на несколькодней. Я знаю, что нужно делать, и ты со мной не спорь. Борис, – онамгновенно сменила тон, заметив, что он нахмурился, – ты не представляешь,как здесь опасно. Хотя что я говорю, раз ты пришел в кофейню, значит, знал, чемрискуешь. Сейчас у тебя просто нет иного выхода, как довериться мне.

Она обвила руками его шею и заглянула в глаза.

– Ну хорошо, – улыбнулся Борис. – Не думай,что я тебе не доверяю, ты уже один раз вытащила меня из того подвала, просто…

Он хотел сказать, что ему ужасно стыдно брать у женщиныденьги, заработанные таким путем, что он чувствует себя альфонсом, но вовремяприкусил язык – незачем еще больше обижать Лизу.

– Слушай, – Лиза вскочила с кушетки и уселась застолик наводить красоту, – скоро придет сюда один такой человек… Онвообще-то с гор, так что немного диковатый. Но неплохой, и если я попрошу, товсе для меня сделает.

– А что он в горах делает – пастух, что ли?

– Нет, он абрек. Вроде как разбойник, сидят они там вгорах и грабят честных путешественников, – смеясь пояснила Лиза.

– Кто же сейчас по горам путешествует? – удивилсяБорис.

– Турки-контрабандисты опиум везут из Турции, ещекто-нибудь… Они редко убивают, товар только отберут. Конечно, если большой обозили поезд на железной дороге, они не трогают – опасно, солдаты охраняют, а так,по мелочи…

– А у нас на Украине поездами уже и ездить нельзя –всех грабят и убивают, – вздохнул Борис.

– Так вот, Самвел раз в неделю спускается в город запродовольствием, ну и ко мне заходит. Уедешь с ним в горы, переждешь там днятри, а потом я весть пришлю, когда тут все успокоится. Да еще постараюсьразузнать кое-что…

– Будь осторожна, Лиза. – Борис сжал ее руки.