Инстинкт женщины - Чингиз Абдуллаев

— Ему нравится этот писатель.

— Нет, — возразил Циннер, — не поэтому. Вы не могли сразупридумать. У вас должен был в сознании зафиксироваться какой-нибудь толчок.

— У меня был толчок, — кивнула она, — и поэтому я предложилакнигу. Как видите, я иногда помню про свою профессию, — саркастически заметилаЧернышева.

Циннер усмехнулся:

— Никогда в этом не сомневался. Вы были одним из лучшихсотрудников разведки — женщин, с которыми я встречался. У вас мужской ум.

— Это не комплимент, — засмеялась она, поднимаясь.

— Это констатация факта, — без тени улыбки заметил Циннер, —у вас женская интуиция в сочетании с мужским умом. На миллион женщин иногдавстречаются такие. Маргарет Тэтчер обладала исключительным мужским умом иабсолютной женской интуицией. Она была бы фантастическим агентом разведки.Кстати, английскую разведку несколько лет возглавляла Стелла Римингтон. Я изучалее психотип, вы очень похожи.

— Договорились, — сказала она на прощание, — я попрошу,чтобы меня сделали руководителем Службы внешней разведки. До свидания. Когдамне приехать сюда для знакомства с моим «дядей»?

— Завтра, — ответил Циннер, — после работы поедете вбольницу, а потом приедете сюда познакомиться с ним. Вы все поняли?

— До свидания, — кивнула она, — не могу сказать, что я ввосторге от нашей совместной работы.

— Не сомневался, что вы так скажете, — заметил Циннер,по-прежнему ни разу не улыбнувшись.

На следующий день Марина поехала в больницу. Адмиралоказался высоким грузным красавцем. Несмотря на инфаркт, он был чрезвычайнодоволен столь интригующей детективной историей. Ему понравилась и Марина, скоторой он с удовольствием беседовал, радуясь новому лицу. Пожилой адмиралоказался к тому же донжуаном и даже пытался подняться, чтобы проводить своюгостью.

Из больницы она поехала на конспиративную квартиру, чтобыпознакомиться со связным. Сотрудники лаборатории МВД подготовили фотографии, накоторых была запечатлена Марина в раннем детстве, в школьные годы, былифотографии родни. В некоторые снимки был вмонтирован Степан Кириллович. Втечение нескольких дней его готовила группа психологов — рассказывали о детствеМарины, ее вкусах и пристрастиях, детских шалостях. Несмотря на преклонныйвозраст, он обладал цепкой памятью и отменным здоровьем. Степан Кирилловичуспешно входил в легенду. Импонировала ему и такая деталь — он бывший рыбак сДальнего Востока.

Степан Кириллович действительно в молодости работал нарыболовном судне, после чего ушел работать в милицию, где прослужил большечетверти века. Однако работу рыбаков он знал, проведя несколько лет наСахалине, после чего работал соответственно в Томске и Новосибирске. Именнооттуда его и привезли в Москву, решив поселить в заранее приготовленнойквартире.

Квартира была оформлена на племянника Степана Кирилловича,якобы уехавшего по службе в торговое представительство в одну из африканскихстран. Легенда продумывалась в мельчайших подробностях — провал исключался.

Все шло по плану, если бы не одно обстоятельство. Два дняона выходила по утрам из дома и видела Андрея, стоявшего у ее подъезда. Онапроходила до стоянки, чтобы взять свою машину, а он сопровождал ее, следуя нарасстоянии нескольких десятков метров. И только когда она садилась в авто, онотставал и лишь взглядом провожал ее машину. Ну и рыцарь, качала она головой.

Обязанность ежедневно ходить на работу внаучно-исследовательский институт ее не угнетала. Наоборот, ей нравиласьатмосфера этого учреждения, где было так много толковых молодых людей. Конечно,ей приходилось прилагать определенные усилия, чтобы поближе сойтись сколлегами, стать своей среди сотрудников.

В пятницу наконец должна состояться встреча с Рашковским.Накануне вечером она поехала к Циннеру.

Степан Кириллович, открыв дверь, ушел в дальнюю комнату,предварительно включив радио. Он уже знал, что разговоры Циннера с его«племянницей» должны проходить без свидетелей. Циннер ждал ее в гостиной,оборудованной скремблерами, исключающими возможность прослушивания.

— Завтра он будет в больнице, — сообщил Циннер, — намудалось узнать, что завтра состоится консилиум врачей и он хочет застатьпрофессора, чтобы узнать его мнение.

— Когда мне нужно быть в больнице?

— В двенадцать. Он может приехать чуть раньше или чутьпозже. Когда он появится у больницы, вам позвонят. Книгу вы не забыли?

— Уже приготовила.

— Хорошо. Там будет одна наша сотрудница, которая заденетрукой вашу книгу, и она упадет точно к его ногам. Сумеете так сделать?

— Постараюсь.

— Что вы завтра наденете?

— Это тоже имеет значение?

— Безусловно. Обувь только на высоких каблуках. Никакоймягкой обуви, только супермодные шпильки. Это и достаточно сексуально, и привашем не маленьком росте вы будете казаться еще выше. Колготки только телесногоцвета. Черные колготки на фоне белого халата могут вызвать у него раздражение.

— Вы уверены?

— Черные колготки в сочетании с книгой делают ваш образнесколько старомодным, упрощают его. Да и не подчеркивают красоту ваших ног.Белый халат и высокий каблук — сочетание экстравагантное.

— Хорошо, я появлюсь в колготках телесного цвета, —согласилась Марина.

— Теперь платье, — продолжал Циннер.

— Неужели вы будете рекомендовать мне, какое белье я должнаносить? — позволила себе иронию Марина. Ситуация ее несколько забавляла.

— Если бы я был уверен, что он увидит ваше белье, я бы далвам рекомендации и по этому поводу. — И Циннер невозмутимо продолжал: — Юбкадолжна быть чуть ниже колен. У вас красивые ноги, но никакой вульгарности. Чутьниже колен, и белый халат расстегнут. Желательно, чтобы вы надели деловойкостюм. Пиджак, юбка. Только не черный цвет. Яркие контрасты могут нарушитьсимметрию. И конечно, не красный. Это вульгарно. Желательно цвета нейтральные,но не очень светлые — желтый, голубой, лимонный тоже исключены. Можносветло-коричневый, бежевый, темно-синий, но не очень темный. Вы меня поняли?

— Да. Вы не пробовали работать дизайнером?

— Теперь о прическе. — Циннер не понимал шуток и не любилих. — Никаких наворотов, так, кажется, говорят по-русски. Никаких сверхмодныхпричесок. Вы идете не на концерт. Вы идете в больницу. Стильное каре, четкостьлиний. Минимум косметики, но губы нужно выделить, глаза можно немногоувеличить. Чуть-чуть, не сильно. Все очень аккуратно. Никакой пудры. Можетеоттенить свои скулы.

— Спасибо за рекомендации, — усмехнулась Марина, — я недумала, что у вас такие познания в косметике.