Холодные сердца - Алексей Наст

Включился селектор. Оксана мило прощебетала:

— Артем Петрович, звонит некий Аксенов. Говорит, вы заботились о нем, вы друг его отца.

Артем повеселел. Как же, как же, Аксенов Иван — его подопечный, почти сын. Давно они не общались. Лет двадцать назад лучший кореш Артема, Аксенов Степка, приревновал Артема к любимой супруге Наталье. Сдуру приревновал. Не было между ними ничего и быть не могло. Наталья любила Степана, он, Артем, — свою жену Анну. Но так получилось. Степка-козел до такой степени набычился, что порвал с Натальей, уехал на край света и сгинул там, оставив жену с двумя сыновьями — десятилетним Иваном и семилетним Сергеем. Артем, чувствуя, что все-таки виноват перед умными, добрыми мальчишками, не оставлял Наталью все годы, пока парнишки росли, — навещал, помогал деньгами, дарил мальчишкам хорошие подарки на дни рождения, такие, какие бы мог подарить их отец. Артему было больно, что Степан разрушил жизнь всем близким людям своей болезненной ревностью, а вернее сказать, дуростью! Конечно, эта помощь совершалась в глубокой тайне от Анны — она бы не поверила, что между ним и Натальей все-таки ничего не было. Он был другом — благородным и преданным.

Когда Иван, а после и Сергей поступили в институты на бюджетные места, да еще со стипендией (молодцы ребята!), Наталья нашла себе мужчину, и Артем с той поры не лез в их жизнь, слышал только краем уха, что Иван после института и службы в армии пошел в ФСБ. И вот звонок.

— Здравствуй, Ваня.

— Артем Петрович! Здравствуйте! Это чудо. Я просто не надеялся, что смогу дозвониться до вас!

— Для тебя я всегда открыт.

— Обидно, дядя Артем, столько лет мы с вами не общались.

— Не хотелось тебе мешать… Может, и зря, что не выходил на тебя… Если что, прости…

— Артем Петрович…

— Дядя Артем.

— Дядя Артем, я ведь в отчаянии вам звоню — выгнали меня из ФСБ… Не сошелся характером с новым начальником управления. Вот. А делать я ничего не умею, хм, разве что выполнять специфические задания…

— Ну, ну, так мрачно.

Артем забарабанил пальцами по крышке стола. Само Небо посылало ему профессионала-сыскаря, обязанного ему за отеческую заботу… умеющего выполнять «специфические задания». Это удача.

С Иваном можно было не запираться, как с зятем Игорем, открыть ему карты, показать запись, из которой следовало, что человек по имени Антон желал продать свои акции иностранному покупателю. Пусть пошуршит, выяснит, сын ли это Антошка и акции ли это их завода, или просто липа, чья-то гадкая попытка дискредитировать сына в глазах Артема.

— Алло, Иван, ты можешь со мной связаться сегодня вечером? Я дам тебе место в службе безопасности завода, хорошую зарплату. Позвонишь к шести вечера по этому же телефону — я буду еще здесь, снова скажешь секретарше, что ты Аксенов, она тебя сразу переключит на меня. Встретимся, поговорим.

— Спасибо, дядя Артем. — Голос Ивана звучал теплыми нотками.

— Как мама?

— Нормально. У нее все нормально.

— А Сергей? Я про тебя-то слышал краем уха, а о нем совсем ничего…

— Сергей теперь американец. Живет в США.

Артем ухмыльнулся:

— Что вас всех тянет туда, в эту Америку? У меня друг-товарищ, Самуил Боголов, тоже все меня в Америку манит съездить, говорит, трахнем пару-тройку голливудских звезд!

— Го-го! Ау! — восторженно вскричал Иван. — Пару-тройку звезд? Здорово!

— Да, у него все здорово, он миллиардер, космополит — для него весь земной шар место обитания. Не то что мы с тобой, Ваня!

— Артем Петрович! Как можно меня с вами равнять! Вы-ы… — Слово «вы» Иван произнес таким тоном, словно отзывался о самом великом и могучем божестве.

Это приятно пощекотало слух Артема. Он спросил с интересом:

— А отец? Не появлялся?

— Отец? Нет, не появлялся… — Голос Ивана зазвучал глухо, с обидой.

— Ладно, Иван, мне сейчас некогда. — Артем понял, что надо закругляться — обо всем по телефону не переговоришь. Сказал, усиливая голос: — Обязательно звони.

— Хорошо, дядя Артем.

— Бывай.

Артем опустил трубку на аппарат. Даже если Иван сегодня не сможет связаться с ним, Артем обязательно его найдет, велит архаровцам — из-под земли достанут. Ивана он не упустит. Иван дотошный пацан, он раскопает эту грязь, обязательно раскопает.

После неприятных мыслей, навалившихся в приемной, Антон, не дождавшись, пока отец снизойдет до него, спустился в кафе, взял рюмку водки, выпил без закуски, неторопливо пошел по заводскому двору — пусть нашепчутся, он Игоря после расспросит, что этот кабан затевает: Игорь у Антона в руках, именно он поможет отомстить. У Игоря были хорошие завязки в «Охтинском фарфоре», где он раньше с успехом работал заместителем коммерческого директора. Когда Антон за распитием бутылки рома поведал ему свою ненависть к заводу и отцу и пьяным голосом попросил совета, как насолить Бардакову-старшему, Игорь Огурцов, зять и управляющий предприятием, серьезно посоветовал продать свой пакет акций конкурентам, то есть охтинцам.

— Гы-ы, шутишь?

— Нет, серьезно. Они тебе хорошие бабки отвалят. Представь, возьмут сорок процентов здесь, твой отец со злости локти себе отгрызет. Им это выгодно. Но решающий голос все-таки останется за Артемом Петровичем, ведь на нем числится сорок процентов и двадцать — на твоей сестре, итого — шестьдесят.

— Разве это месть?

— Потерять сорок процентов доходов? Ужасная месть!

Антон сначала так не думал, но с каждым днем, общаясь с отцом, видя алчные всполохи в его глазах, все больше убеждался в правдивости слов Игоря. Потеря доходов ударит отца посильнее кувалды. Пусть расплатится за удовольствие трахать невестку!

Продать акции было легко. Отец после выкупа завода позаботился о налоговом иммунитете. Все акции были разделены на три неравные части — сорок, сорок и двадцать процентов, каждый пакет акций перешел в собственность офшорной фирме, зарегистрированной в зоне, свободной от уплаты налогов. Чтобы продать акции, нужно было лишь переоформить через нотариуса свою офшорную фирму на другого, и все, никаких других формальностей.

Антон загорелся идеей найти хорошего, заинтересованного покупателя, сбыть ему фирму с пакетом акций и навсегда уехать куда-нибудь на банановое ранчо во Флориду.

Охтинцы обязаны были клюнуть: собрать в одних руках промышленную отрасль — мечта любого магната, а все они, такие как отец, спят и видят себя королями фарфора.

В кармане запиликал трелью вызова смартфон. — Да. — Антон приложил к уху трубку.

— Привет, Артемыч.

— А, это ты. Чего?

Звонил кореш Валерка Кашин, парень небогатый, но умный и преданный. С ним Антон сошелся в институте. Получив диплом, Валерка после нескольких попыток заняться бизнесом оказался совсем на мели, и Антон взял его сторожем на отцовскую дачу.