Сожженные цветы - Яна Розова

— Ну, прости, прости… Наташ! А ты сказала Сандро, что выяснила про его фамилию?

В голосе подруги звучало такое дружелюбное любопытство, что раздражение Наташи потихоньку растворилось.

— Сказала.

— И что?

— Он обрадовался, что я догадалась о его «мальенькая тайна». Оказывается, он настоящий потомок Беатриче Портинари! Сандро сказал, я похожа на нее. Не внешне, конечно! Но в сути! Я такая же одухотворенная, и возвышенная, и чистая, и все такое, как она. Тебе смешно?

— Даже не знаю.

«То ли он больно хитрый, то ли они действительно подходят друг другу! — подумала Света. — Но зачем ему врать ей? Взять у нее нечего…»

— Света, он пришел. В дверь звонит. Позвони мне, как поговоришь с Ванечкой!

— Ладно, пока!

— Пока.

26 июля

— Pronto!

— Бонжорно, сеньор Портинари! — Светка душилась от смеха, но старалась говорить нормальным человеческим голосом.

— Здрав-ствуй-те, — старательно выговорил мужчина на том конце провода.

— Наталью можно услышать?

— Uno momento! Наташа!

Света услышала несколько итальянских слов и торопливое чмоканье.

— Да!

— Наташа, это я!

— Ага! Ну что?

— Ванечка просто истекает любопытством.

Вся квартира в гадких лужах.

— Хочет увидеть Сандро?

— Представь себе только!

— Тогда завтра встретимся. До субботы! Эй, Свет!

— А?!

— Ты в чем пойдешь?

— Еще не решила…

— Я хочу платье в бутике «Скарлетт» прикупить. Как ты думаешь?

— Там тряпки ненастоящие. Они выдают за фирменные вещи турецкое барахло.

— Ты опустила меня ниже плинтуса! Сандро сказал, чтобы я выбрала себе что-нибудь стоящее, а я решила пойти в «Скарлетт»…

— Прости, но…

— Ладно, придумаю что-нибудь!

— Да, пока!

27 июля

— Привет, Наташа.

— Откуда ты знаешь, что это я? — удивилась Наталья.

— Больше некому. Ванечка со мной не общается, а так почти некому звонить!

— У тебя нет других подруг, кроме меня?

— Ты еще считаешь себя таковой? — шутливо спросила Светка. — После того, как разрушила мою семью?

— Свет, я тут ни при чем! И я тоже пострадала: Ванечка меня чуть не сожрал с потрохами!

— Что ты называешь страданием? Тебя Ванечка только куснул пару раз, а меня ест живьем уже сутки! Он для встречи с Сандро даже свой мерс помыл! Теперь и это записано мне в упрек.

— Никто не виноват, что Ванечка говнистый такой! Даже Сандро ни в чем не виноват! Его срочно вызвали в Москву. Он не успел позвонить, как оказался в самолете. А связь в России сама понимаешь какая.

— А Сандро еще в Москве?

— Нет, уже вернулся. Я жду его, мы решили сегодня просто погулять по городу. Вдвоем.

— Очень мило. Ладно, тогда тебе надо подготовиться. Не буду отвлекать.

— Ты не отвлекаешь.

— И все-таки пока!

— До свидания.

28 июля

— Да, слушаю!

— Наталья? Это ты?

— Я, конечно!

— Ты молодильных яблочек откушала, что ли?

— Сандро сделал мне предложение! Представляешь, я поеду с ним во Флоренцию! Нет, так не бывает! Боже мой, как хорошо!

— Поздравляю!

— Он подарил мне кольцо! Старинное, с большим бриллиантом!

— Сразу и навсегда уедешь?

— Вернусь, но не раньше чем через полгода. Мы оформим брак, потом я получу гражданство, освоюсь и приеду за Димкой!

— А здесь вы свадьбу справлять будете? Очень хочется выпить на дармовщинку!

— Потом, потом, когда за Димкой приедем!

— Все уезжают! Ирка, Гелька со своим «не то, что ты думаешь», ты с итальянцем! Останемся мы с Сонькой, две старые кобылы, в занюханном Гродине, одни, печальные.

— Не ной! Ты же можешь приехать ко мне в Италию! И Сонька тоже может! У вас обеих бабки есть, так что милости просим!

— Спасибо. Но я не о визитах, а о жизни, вообще. Может, и нас с Соней ждет поворот?

Они помолчали. Наташа улыбалась своим мыслям, Света, чувствуя их трепет и нетерпеливую пульсацию даже через все телефонные кабели, провода, розетки и разводки, пыталась представить себе, как будет жить дальше Наташка. Для трехмерной картинки не хватало информации.

— Ната, а какой он вообще? Ну, что любит, что ест?

— Любит меня, а ест что дадут. Совсем неприхотливый. Говорит, что его мать не держит кухарок и готовит дома, а времени у нее на это дело маловато, потому что она еще имеет свой маленький книжный магазинчик и помогает дочери смотреть за ее тремя детьми. Поэтому они в семье не избалованы изысками.

— А кто его родственники?

— Отец Сандро инвалид. Когда-то давно участвовал в любительских скачках, упал с лошади и сломал шею. Выжил, но теперь парализован. У Сандро еще целая куча дядей, тетей, братьев, сестер и прочего. Все живут на одной улице. Но у нас будет свой дом за городом.

— Почему не со всеми?

— Сандро сказал, — с гордостью за все, что говорил любимый, ответила Наташка, — что мне будет трудно жить в такой огромной семье. Они часто ругаются, это на самом деле несерьезно, но меня будет пугать. Ну представь: дядя Сандро, не запомнила, как его зовут, пырнул ножом свою сестру! Он сам этого не ожидал, но разгорячился и набросился на нее. Ужас! Поднялся вой, гвалт, крик! Его увезли в милицию, а он рвет на себе волосы, проклинает свой характер и день, когда родился, просит жандармов пристрелить его как бешеную собаку! Сестра на самом деле не очень пострадала. Несчастный дядя только царапнул ее, даже в больницу не обращались. Она потом сказала в милиции, что сама на нож наткнулась, и его освободили. Так дядя отказался ехать домой, а прополз всю дорогу до дому на коленях!

Света рассмеялась:

— Ну, что я тебе говорила по поводу итальянских семей!

— Только, надеюсь, насчет свекрови ошиблась.

— И не надейся.

Наташу кольнуло ощущение потери. Она привыкла к телефонным переговорам, возможности поупражняться в остроумии, не боясь обидеть или нарваться на скандал. Она так скучала по прежним временам, когда все беды делились на пятерых, а радость пятикратно увеличивалась от возможности разделить ее с подругами!