Браслет с Буддой - Инна Бачинская

– Правильно понимаешь, Дрючин. Никого не видел?

– Никого. Все чисто. А что Эмма? Познакомился с коллективом?

– Познакомился. Теперь ждут тебя.

– Меня?

– Тебя. Я сказал, что ты рекомендовал их заведение, описал тебя, они сказали, что помнят и ждут.

– Я никогда у них не был!

– Придется навестить. Там у них мастер Кристина, очень приятная девушка.

– Думаешь, надо?

– Думаю, надо. Посмотришь свежим глазом… жесты, мимика, а вдруг что высмотришь. Ты у нас спец.

– Вот ты не веришь, а вместе с тем выдающиеся психологи считают…

– Психология – наука расплывчатая. Нос может чесаться не потому, что ты врешь, а потому что муха села.

– Ты удивительный ретроград, Ши-Бон, ты живешь вчерашним днем.

– Ага, история нас рассудит. Пей кофе, остынет.

Так, мирно пререкаясь, они выпили кофе и разошлись по своим делам. Алик Дрючин направился в их общий офис, а Шибаев – в налоговую, знакомиться с любовником Эммы Анатолием Ильичом Варгой… или Варга.

– До вечера, – сказал Алик. – Кстати, ты с этой стрижкой и очками похож на Крейга.

– Знаю, – сказал Шибаев. – А знаешь, почему ты никого не видел?

– Потому что никого не было.

– Неправильный ответ. Потому что ты торчал перед каждой витриной.

– Неправильное заключение. Я в здешних лавках не одеваюсь.

– Ты не на шмотки глазел, а на себя. Ох, смотри, Дрючин!

– Но ты ведь тоже никого не видел, – фыркнул Алик.

На том и расстались.

Табличка на двери восьмого кабинета сообщала, что здесь рабочее место инспектора А. И. Лучко. Лучко, а не Варги… или Варга. Шибаев оглянулся. Народ сидел на стульях вдоль стен молча, сосредоточенно, не глядя друг на дружку. Шибаев снял темные очки, подошел к столу информации, стал в небольшую очередь. Минут через десять добрался до барышни средних лет и спросил, где можно найти Анатолия Ильича Варгу. Та скользнула по Шибаеву внимательным взглядом и сказала, что такой здесь не работает.

Шибаев наклонился к ней и спросил, понизив голос:

– Повышение по службе? Переезд на пээмже в Европу? Что случилось?

Он видел, что барышня колеблется, и нажал:

– Он обещал помочь в одном вопросе…

– Восьмой кабинет, там объяснят, – перебила женщина.

– Он хоть жив? – пошутил Шибаев, улыбаясь. Обычно его улыбка действовала безотказно. Но не сейчас. Женщина нахмурилась, взглянула ему в глаза и, тоже понизив голос, сказала:

– Варга умер.

– Умер? – Такого поворота Шибаев не ожидал. – Как это умер? Болел? Когда?

– Автомобильная авария. Три месяца назад, в начале июня. У вас все?

– Спасибо. У меня все.

Он подумал, что неплохо бы заполучить адрес погибшего, но понял, что вряд ли удастся. Знать заранее, сориентировался бы, а так – как обухом по темечку.

И как это прикажете понимать? Эмма позвонила супруге нежеланного любовника, ладно, принимается… Сила слабых, как говорит Алик. Эмма рассталась с ним в начале мая, а в начале июня Варга погиб. Авария… Это серьезно. Насчет машины он, Шибаев, Эмму не спросил, к слову не пришлось. А что, если… А зачем? Какой смысл ей… Да и есть ли машина – вопрос. Он вспомнил растерянное лицо Эммы, синие глаза и белые волосы, вкуснейшую отбивную… Приостановился посреди тротуара. А мотив? Уклонение от уплаты налогов? Даже не смешно. Дурь всякая лезет в голову… Они расстались после ее звонка, она сама сказала… Достал он ее. Мелкий пакостник-шаровик. Мразь! Заставлять женщину спать с ним, пользуясь служебным положением. Получается, случайность? Необязательно случайность. Необязательно Эмма. Кто знает, скольким этот Варга вставил фитиля. А может, и случайность. Интересно, Эмма в курсе? Нет, иначе сказала бы. Не факт, что сказала бы. Хитрая – вишь, как сообразила насчет звонка супруге. Кто сказал, что маленькая ложь рождает большое недоверие? Кроме Дрючина, конечно. Кто-то из великих. То-то.

Он попытался вспомнить лицо Эммы, когда она сообщила ему имя бывшего любовника… Смутилась, замялась. Но не испугалась. Страха не было. Не почувствовал Шибаев в ней страха…

Около восьми вечера Шибаев был на точке. Нашел удобное местечко, откуда просматривался вход в салон и три разноцветных головы в витрине. Уселся на хромую облезшую лавочку, достал мобильный телефон, углубился. Улица была пуста. Место не бойкое, факт. Он видел, как улетела Кристина – стоя на пороге, громко попрощалась с хозяйкой. Эмма появилась в восемь десять. В бирюзовом платье и в бирюзовых серьгах. Огляделась вокруг и принялась запирать дверь. Снова огляделась и пошла по улице к проспекту Мира. Шибаев отметил, что походка у нее нерешительная, он кожей чувствовал, как ей хочется оглянуться. Но она, памятуя его инструкции, шла деревянной походкой и не оглядывалась. Что там в учебнике у Дрючина про деревянную походку? Признак хорошего человека? Да уж… Шибаев ухмыльнулся.

Он выждал минут пять, сунул мобильник в карман, поднялся и пошел следом. Так они не торопясь вышли на проспект и двинулись в сторону ее дома.

Она постояла у подъезда, и Шибаев понял: ждет, что он подойдет. Подходить он не стал, смотрел на нее издали, и она наконец исчезла в подъезде. Он выждал несколько минут и достал мобильный телефон. Она ответила сразу, в ее нетерпеливом и радостном, как ему показалось, «алло» было ожидание.

– Как вы, Эмма? Все нормально? Никаких следов чужого присутствия?

– Нет вроде. Вы… не зайдете?

– К сожалению, не получится. Я всю дорогу шел за вами, все чисто. Не бойтесь. Завтра созвонимся. Спокойной ночи. Если что… в смысле, какие-то вопросы, звоните. Можно ночью. Еще раз спокойной ночи. Кстати, – спохватился, – у вас нет машины?

– Нет. У мужа была, но мы ее продали.

– А права есть?

– Нет. А что?

– Так, к слову пришлось. Спокойной ночи!

Ее ответное пожелание спокойной ночи было полно разочарования. Не нужно быть Дрючиным, чтобы понять. Шибаев тут же спросил себя, какого черта. Ведь можно было зайти, по-людски посидеть, поговорить… чаю попить. Какого, спрашивается, черта? Он тут же одернул себя: никаких шашней с клиентками! А если она одинока, приятна на вид и… э-э-э… не против? Этика, как говорит зануда и крючкотвор Алик Дрючин. Этический код. Не лезь! Неизвестно, что придется разгребать, и тут нужны чистые руки. А то может получиться себе дороже. Вот поймаешь того типа, который таскается за ней следом, врежешь разок-другой по сусалам и спросишь, какого хрена. А потом можно познакомиться и поближе. Напроситься на чай, например.

Все ты правильно сделал, Шибаев. Молодец. Не надо путать работу с радостями жизни. Правильно-то правильно, а все-таки скребло что-то внутри, сожаления о несбывшемся, как сказал бы адвокат. Разочарованный, шел он домой, где уже поджидал его с ужином полный нетерпения друг и сожитель Алик Дрючин.