Наследство бизнес-класса - Татьяна Полякова

Через несколько минут я была на улице, спустившись по той самой лестнице, что и ночью. Двор все так же пуст. Я пошла вдоль здания в том направлении, где вчера скрылась машина, и вскоре оказалась на хозяйственном дворе: трактор для расчистки снега, еще какая-то техника… Ворот нет, потому что забора тоже нет. Деревья и заросли кустарника скрывают двор от постояльцев, чтоб вид не портить. «И ни одной видеокамеры», – отметила я. Можно запросто проехать до центрального здания и потом так же спокойно смыться. И зачем тогда ворота на въезде? Впрочем, они ведь тоже открыты. И на парковке камер я не заметила. Отель непуганых идиотов.

В большой досаде я побрела назад. Можно было пройти через ресепшен и подняться на лифте, но я свернула во внутренний двор и вот тогда заметила пятна на асфальте, – цепочка пятен растянулась на метр, примерно в том месте, где ночью стояла машина. Я было решила, что это машинное масло. Хотя если уж масло течет, то, как правило, остается целая лужа. Присев на корточки, я дотронулась до ближайшего пятна, на руках остался едва заметный след, ничем особо не пахнет… И тут до меня дошло: мама дорогая, это же кровь, кровь, которая успела подсохнуть…

– Ничего себе, – пробормотала я ошарашенно и быстро выпрямилась.

Воображение услужливо рисовало самые жуткие картины. Шаги ночью, странный звук «точно что-то волокли по полу», машина, которой здесь совершенно нечего было делать, а теперь еще и кровь.

«Проворонила, – в панике подумала я. – Эти гады ее убили».

Я бросилась в гостиницу, бегом поднялась на третий этаж и затарабанила в дверь триста двенадцатого номера. Никто и не думал открывать.

– Вероника! – зачем-то крикнула я и опять принялась стучать.

Может, все не так плохо и она ушла завтракать? Я припустила к лифту. В зале – ни души, на веранде – несколько человек за столами, Вероники среди них нет. Мой внутренний голос то кричал «караул!», то призывал не валять дурака и прекратить панику. Я кинулась на ресепшен и обратилась к девушке:

– Подругу потеряла. Можно от вас позвонить в номер? – Девушка молча кивнула, я назвала номер комнаты, и она вскоре протянула мне трубку. Бесконечные гудки. – Не отвечает, – возвращая трубку, сказала я.

– Может быть, ушла куда-нибудь? Вы на мобильный позвоните.

– Он у нее еще вчера сдох, а подзарядку она забыла.

– Тогда ничем помочь не могу.

– Скажите, а она заплатила за сутки?

Девушка посмотрела с недовольством и вроде бы даже головой покачала, но ответила вполне доброжелательно:

– Номер снят на двое суток. До двенадцати часов понедельника.

– Спасибо.

«Зря я ношусь как угорелая, – думала я, нервно расхаживая в холле. – Волков сказал, Вероника очень любит этот город, вот она и отправилась прогуляться, я просто ее проворонила. Весь город обойдешь за несколько часов, глупо брать машину, здесь в центре на каждом шагу знаки «стоянка запрещена».

Однако кровь на асфальте не давала покоя. Я решила взглянуть на нее еще раз. Но опоздала. Во дворе стоял мужчина в комбинезоне и из шланга поливал туи, а вместе с ними и асфальт. На том месте, где я видела кровь, теперь была лужа. Я так разозлилась, точно у меня кошелек свистнули. Дались мне эти пятна… и чета Волковых в придачу.

Я вернулась в номер. Через час его придется сдать. Ни малейшего желания еще тратить деньги у меня не было. Надеюсь, Вероника до той поры появится.

Но она не появилась. Я сдала номер, перебралась на веранду, заказав чай со льдом, и дала ей еще два часа. Два часа прошли. В конце концов здравый смысл победил, и я отправилась на парковку. Шаря в сумке в поисках ключей от машины, я обратила внимание на парня в ветровке. Капюшон, темные очки и шарф, намотанный на шею, скрывали практически все лицо. Руки он держал в карманах. Выше среднего роста, худой. Что-то в его фигуре было не так… Но больше всего насторожил наряд: жарковато для ветровки.

Парень скрылся с глаз, я распахнула дверь своей «Хонды» и огляделась, чтобы понять, куда он исчез. Заработал двигатель машины, а вслед за этим мимо промчался «БМВ» Волковой.

– Да что за черт! – завопила я и бросилась следом.

«БМВ», вылетев за ворота, скрылся в переулке напротив. А мне пришлось притормозить: как назло, машины следовали одна за другой, и когда я наконец оказалась в переулке, «БМВ» и след простыл. Пытаясь его отыскать, я еще с полчаса колесила по улицам.

«Неужто у этой дуры машину угнали? – со злостью думала я. – А если все проще, и Вероника попросила кого-то перегнать ее машину? Зачем, спрашивается, а главное – куда? В Берестове она ей вряд ли понадобится, а возвращаться домой, не сдав номер, она тоже бы не стала. Точно, угнали… Черт с ней, с машиной, где сама Вероника?»

Понемногу я успокоилась, но вместо того, чтобы отправиться восвояси и спасти остатки выходного, вернулась в гостиницу. Поднялась на третий этаж с намерением во что бы то ни стало заглянуть в триста двенадцатый номер. Если мне не откроет Вероника, придется подкупить горничную, главное, убедиться, что Волкова не лежит в луже крови.

Дверь оказалась приоткрыта. Не зная, как к этому отнестись, я осторожно вошла в номер. Он был точной копией моего. Возле туалетного столика на ковролине – большое красное пятно. Удивительно, как я в обморок не рухнула, перевела взгляд на кровать, она была тщательно заправлена, дверь в ванную распахнута, но там, безусловно, кто-то был.

– Вероника! – испуганно позвала я. На мой вопль появилась горничная. – Простите, я думала моя подруга здесь, – сказала я.

Горничная кивнула, считая излишним отвечать. Я внимательно оглядела номер: на консоли – косметичка, на спинку кресла небрежно наброшена кофта.

– Что это за пятно? – спросила я, кивнув на ковролин.

– Вино, – ответила горничная. – Теперь оттирать замучаешься.

– Вы сегодня видели женщину, которая здесь остановилась?

– Нет. Постучала, убедилась, что в номере никого, и стала убирать.

– Значит, это вино. Как же Веронику угораздило?

– Бывает. В ванной еще и кровь на плитке, и штопор валяется, наверное, им порезалась.

– Кровь? – я уже влетела в ванную. На белой плитке пола – ни пятнышка.

– Я все убрала, – пояснила горничная.

– Где вы видели кровь? – заволновалась я.

– Вот тут, на полу, и немного на раковине.

– Вы уже сообщили администратору?

– Зачем? – нахмурилась женщина.

– Вдруг что-то случилось? Нехорошее?

– А чего может случиться? Я же говорю: поранилась штопором… еще и вино пролила, бывает…

– Часто?

– Что? – не поняла она.

– Часто такое бывает?

– Гости разные… кто-то любит выпить. Мое дело – все убрать, – добавила она и отвернулась.