Танго на собственных граблях - Дарья Калинина

— Хорошо.

После чего Юдин что-то шепнул ушастому и разрешил тому вернуться на свое место. Парнишка брел между рядами, улыбаясь идиотски счастливой улыбкой, он пожимал руки всем желающим, его хлопали по плечу, а он выглядел так, словно бы на него снизошло откровение.

И сев рядом с Настей, он почему-то прошептал именно ей:

— Юдин пригласил меня после семинара подойти к нему! Он хочет поговорить со мной лично!

— Поздравляю.

Настя не могла не улыбнуться, глядя на раскрасневшееся, возбужденное и счастливое лицо ее соседа. И внезапно решившись, спросила:

— Скажи, а ты уже знаешь, что собирается предложить тебя Юдин?

— Да. Мне кажется, я догадываюсь.

— И что?

— Он хочет позвать меня к своему наставнику, к старцу!

Настя отчетливо услышала, что слово «старец» было произнесено молодым человеком с придыханием. Разумеется, она тут же заинтересовалась, а заинтересовавшись, спросила:

— А что за старец?

— Старец — это духовный наставник и учитель Степана.

— Вот как… И где же его можно найти?

Ушастый собирался ответить ей, но, увы, беседу, которая становилась такой увлекательной, перебил все тот же Юдин, который пожелал увидеть руки своих слушателей, для чего потребовал от них поднять их над головами. Настя послушно вскинула конечности вверх и заметила, что Борис этого не делает.

— Что же ты?

Борис неохотно поднял руки, но энтузиазма не выказывал. И вообще его первоначальный интерес уже угас, Боря заметно скучал. Этого никак нельзя было сказать о другом соседе Насти. Тот вскидывал руки, топал ногами, мотал головой, кланялся и старательно зажмуривал глаза по первому требованию Юдина. Смысл всех этих манипуляций для Насти так и остался неясным, лично она никаких изменений ни в своем сознании, ни в физическом состоянии после встречи с господином Юдиным не почувствовала. Разве что ей захотелось есть, и она с тоской подумала о том, что, наверное, дома Нюта уже приготовила для них троих ужин, а теперь ждет их. А они вместо этого проводят время за малопонятным развлечением, которое к тому же надоело не только ей, но и Борису.

И улучив момент, она шепнула ему:

— Может быть, пойдем уже отсюда?

— Нет, еще рано.

К счастью для них, Юдин и сам торопился куда-то, поэтому он закончил встречу чуть раньше положенного срока. И если большинство отреагировало хоть и с пониманием, но без воодушевления, то, по крайней мере, трех человек прощальная фраза Юдина: «Счастье с нами!» сделала по-настоящему счастливыми. Этими троими были: Борис, Настя и тот ушастый паренек, который уже удостоился внимания Юдина. Едва прозвучали слова прощания, как ушастый сорвался со своего места и опрометью понесся к Юдину. Тот встретил его радушным кивком и явно велел следовать пареньку за ним.

Настя загляделась на эту сцену и вздрогнула, когда Боря потянул ее за руку.

— Что? — спросила она у него.

— Теперь мы с тобой должны поспешить, — озабоченно произнес он. — Если мы хотим перехватить Юдина, надо бежать.

В гардеробе уже столпилась порядочная очередь, но Борис сумел пробиться вперед всех. Видимо, он неспроста шептался с гардеробщиком еще перед выступлением, потому что тот вынес их куртки сразу же, как только заметил Бориса.

Тот вернулся к Насте, кинув ей на ходу куртку и приказав:

— Одевайся и бежим!

Насте не оставалось ничего другого, как побежать следом. На улице Борис не стал долго колебаться. Он тут же запрыгнул в свою машину и тронул ее с места.

— А где же Юдин? — заволновалась девушка.

— Вон его машина.

И действительно, в этот момент из переулка за ДК выехала внушительных размеров «Тойота Лендкрузер». Была она ярко-красного цвета. Но регистрационные номера были те самые, что продиктовала Насте Елизавета Петровна.

— Похоже, мозг твоей знакомой и впрямь не воспринимает никакой информации, кроме символов. Не запомнить такую машину. Цвет у нее — просто вырви глаз!

Настя ничего не ответила. Она молча наблюдала за машиной Юдина. Интересно, откуда Борис знал, куда надо подъехать, чтобы не упустить оную?

Но когда она спросила об этом самого Борю, тот лишь пожал плечами:

— Я же не напрасно за билетами бегал. Пока бегал, осмотрелся, нашел нужную машину и запомнил, где она стоит.

Так просто? С одной стороны, Настя была разочарована, а с другой — отметила, что она сама никаких таких действий не предприняла. И значит, нечего привередничать.

Также Настя заметила, что в салоне «Тойоты» находятся два человека. Как минимум два. Дело в том, что задние стекла машины были столь основательно тонированы, что разглядеть происходящее в салоне не представлялось никакой возможности. А вот на передних тонировка была значительно светлей, так что можно было увидеть голову Юдина с его стильно уложенными волосами и еще чью-то голову с торчащими ушами.

Настя была почти на сто процентов уверена, что в машине рядом с Юдиным сидит ее давешний знакомец. Но куда же они направляются?

Она спросила об этом у Бори, но тот лишь снова пожал плечами:

— Поживем — увидим.

Насте оставалось лишь смириться с этим ответом и понадеяться, что голодное бурчание у нее в животе не станет громче. Если децибелы еще немного возрастут, то Борис обязательно их услышит. А ей казалось это страшно неприличным. И если одна часть ее сознания радовалась присутствию рядом с ней Бори, то вторая так же дико смущалась. Абсолютно естественная с точки зрения физиологии вещь казалась ей недопустимой в обществе такого героя и красавчика, каким был Боря, без всякого сомнения.

— У тебя в машине ничего пожевать не найдется?

— В машине не едят! — отрезал Боря. — Это тебе не ресторан!

И Настя смущенно замолчала и молчала всю дорогу. Впрочем, ехать им далеко не пришлось. Едва выехали за КАД, как Юдин свернул на ответвляющуюся от основной асфальтовую дорогу, а потом начал рулить по ней.

— Это мы где? — растерялась Настя, плохо знакомая с окрестностями города.

— Колтуши. Не отвлекай.

Борис так низко пригнулся к рулю, словно опасался, что Юдин может увидеть его через лобовое стекло. Он погасил все огни, и их «Форд» двигался теперь в абсолютной темноте.

— Хорошо, что они тут на освещении экономят.

И впрямь, из десятка фонарей, что им попались во время кружения по пригороду, работали всего три. И всякий раз перед тем, как приблизиться к освещенному пятну, Борис отпускал «Тойоту» на максимально дальнее расстояние. Так продолжалось до тех пор, пока машина Юдина не затормозила у ворот частного дома, какое-то время простояла там, а затем, когда ворота открылись, величественно въехала во двор.