Пропавшая девушка - Тесс Герритсен

Адам смотрел не на нее, а в окно.

– Надеюсь, в погребе осталось еще немного вина.

– Для бокальчика перед сном хватит.

– Я жутко устал. Думаю, сразу завалюсь спать.

Возникла пауза.

– Но этот вечер не единственный. Завтра у тебя другое торжество. Ты о нем не забыл?

– А что у меня завтра?

– Обед у мэра. Адам, разве можно забывать о таких вещах?

– Представь себе, забыл.

– Ты произведешь фурор, – засмеялась Изабель. – Явишься с боевыми ранами. Настоящий мачо. Говорят, шрамы украшают мужчину.

– Или свидетельствуют о его глупости, – бросил он.

– Да что с тобой?

– Ничего. Не пропусти поворот на Бельмид.

– А почему я должна сворачивать на Бельмид?

– Я там живу, – напомнила Кэт.

Никак Изабель забыла о ее существовании?

– Да, конечно. – Изабель свернула. – Милое местечко.

– Близко к городу, – нейтральным тоном заметила Кэт.

Пусть понимают, как хотят.

Еще несколько кварталов, несколько поворотов, и «мерседес» остановился возле дома Кэт. Она гордилась своим домом. Четыре комнаты, симпатичное переднее крыльцо и лужайка, которую она возделывала без химических удобрений. Конечно, это не Сарри-Хайтс, но она здесь была вполне счастлива. Тогда с чего ее вдруг потянуло оправдываться?

Адам вышел, открыл заднюю дверцу. К удивлению Кэт, он протянул ей руку. Кэт вышла. Свет уличного фонаря красиво золотил волосы Адама.

– А как вы попадете в дом? – спросил он. – Вы же его заперли.

– У меня под цветочным горшком лежат запасные ключи.

– И машины у вас теперь нет.

– Поеду на автобусе.

– Это безумие. Я что-нибудь придумаю.

– Не беспокойтесь, Адам. У меня не всегда была машина.

– Все равно я виноват. Вы же из-за меня вляпались в эту историю. Так что я позабочусь, чтобы вы не ездили на автобусе. На худой конец, такси.

Кэт чувствовала: Адаму очень хотелось, чтобы она приняла его помощь.

– Хорошо. Но всего на один-два дня. Пока я не куплю новую машину.

Она пошла к крыльцу и через несколько шагов, не выдержав, оглянулась.

Адам наблюдал за ней. Наверное, ждал, пока она не войдет в дом.

Только когда она оказалась внутри и зажгла свет, он вернулся в машину. Кэт встала у окна прихожей, глядя вслед удалявшемуся «мерседесу».

«Возвращается в Сарри-Хайтс, – подумала она. – В свой мир».

И в мир Изабель.

Она заперла переднюю дверь и потащилась наверх.

Отправив Изабель домой, Адам уединился в кабинете с рюмкой долгожданного бренди. У него болела голова, перед глазами плыл туман. Каждый глубокий вдох отзывался болью в ребрах, но Адам не мог заставить себя лечь.

Память снова и снова воспроизводила жуткую картину. Кэт Новак на коленях, ее волосы откинуты назад, а к горлу приставлен автоматический нож. Адам закрыл глаза, постаравшись усилием воли стереть этот страшный эпизод, но не смог. Когда он увидел это в первый раз, у него мгновенно пропал страх за себя. Собственная жизнь перестала его волновать. Адам понимал, что какие-то подонки могут убить Кэт, а он совершенно бессилен их остановить.

Схватив рюмку, он залпом выпил бренди.

«Она держалась лучше, чем я», – подумал он.

Получалось, что Кэт Новак – личность уникальная. С высоким уровнем выживаемости, позволяющим ей каждый раз подниматься на ноги. Учитывая ее корни, выживаемость у нее наследственная. Интересно, а каким он предстал в ее глазах?

Наконец Адам заставил себя подняться с кресла. Выходя из кабинета, он зацепился взглядом за фотографию Мэв на боковом столике. Падчерица улыбалась ему со снимка. Часто ли улыбается Мэв сейчас?

Он должен был это предвидеть. Должен был заметить первые признаки надвигающейся беды.

Ему нечем оправдаться. Разве что традиционным мужским аргументом: он пропадал на работе. Заслонялся работой от своего положения отца-одиночки. От дочери. Смерть матери вышибла Мэв из детства. Улыбчивый ребенок превратился в хмурого подростка. Хуже всего, что Мэв застряла на этой стадии. Все попытки Адама откровенно поговорить с ней кончались ничем. Точнее, все более агрессивными требованиями не соваться в ее жизнь. Отчаявшись, он прибегнул к последнему родительскому средству – попытался надавить отцовской властью. Но и это не принесло желаемого результата.

Когда он понял, что Мэв в беде, было уже слишком поздно. Она постоянно находилась под кайфом, возбуждая себя выпивкой, таблетками. Всем чем угодно.

Как и Джорджина.

Возможно, генетическая предрасположенность. Трагический сбой в коде ДНК, вызывавший зависимость. А может, и мать, и дочь просто не могли совладать с жизненными трудностями и так защищались от стрессов?

Или причина в нем?

Адам закрыл дверь кабинета, поднялся в спальню. Снова один в постели. А ведь так не должно быть. Изабель сегодня не скрывала своей готовности и желания остаться у него на ночь. Ее больно задело его равнодушие. Они были знакомы не один год. Несколько месяцев подряд регулярно встречались. Не пора ли делать дальнейшие шаги?

Но сегодня, когда Изабель привезла его домой, он внимательно пригляделся к этой женщине. Слов нет, она совершенна во всем: от волос и платья до улыбки. Тем не менее он не испытывал никакого желания укладываться с ней в постель. Он смотрел бы на нее, а видел бы Кэт Новак и ее прощальную горделивую улыбку. Выглядела она как победительница женских боев без правил.

«Ну и ну, – подумал Адам. – После стольких лет я наконец решил, что готов к романтическим отношениям… но с кем? С женщиной, чуть не погубившей меня из-за своего задрипанного „субару“».

Трудно было вообразить менее подходящую пару.

Кэт проснулась с болью во всем теле. Чтобы встать с кровати, ей понадобилось призвать всю свою силу воли. Зеркало в ванной показало ей следы вчерашней потасовки: три аккуратных шва на шее и лицо, сплошь покрытое ссадинами и сияющее синяком. Значит, все это не кошмарный сон.

Кое-как она умылась и завязала волосы в конский хвост. Никакой косметики. На работу она поедет во всей боевой красе.

Спустившись в кухню, Кэт взбодрилась чашкой крепчайшего кофе «Юбен» и занялась неотложными делами. Перво-наперво она заблокировала все свои кредитные карточки и банковскую карту. Затем подала заявку на новое водительское удостоверение. Естественно, снять деньги по ее карточкам эти тупые парни не смогут. Но она и сама на время лишилась доступа к своим финансам. Хорошо еще чековая книжка осталась дома. Последний звонок Кэт сделала в слесарную мастерскую, умоляя как можно скорее поменять ей замки. Затем она налила себе вторую чашку крепчайшего кофе. Кофеин действовал на нее самым благотворным образом. Она снова почувствовала себя человеком. Правда, злым и раздраженным. Но она не слышала, чтобы избиение и ограбление приводили кого-то в благодушное состояние.