Казино ты мое, казино - Марина Серова

Я быстро увеличила громкость.

«…труп девушки. На теле обнаружены три огнестрельных ранения. Если кто-то может что-либо сообщить…»

Я выключила телевизор. Упавшая сигарета уже прожгла хорошую дыру на гобелене кресла. Постучала ладонью, плюнула даже — пожар предотвращен.

Так, что же делать? Нужно получить больше информации. Подбежала к телефону, набрала номер. Если Генка на месте, он мне скажет.

— Здравствуйте, а Геннадия Ивановича можно? Это Иванова из рыбнадзора. Да-да.

Генка Петриченко — старинный знакомый, сейчас заметный чин в прокуратуре. Пообщавшись с ним минут пять, я уже знала побольше утренних телезрителей и дикторов, но все равно мало. Мало!

Тело Светы обнаружили в пять утра. Женщина-дворник вышла на работу, хотела подмести пораньше и уехать на дачу. Проходя через посадки за автовокзалом, эта дворничиха и наткнулась на Свету. Два выстрела в область сердца, третий в голову. Смертельным был уже первый. Следов насилия нет. Сумочки нет. А может, и спер какой-нибудь бродяга, забыв сообщить об этом в милицию. Застрелили не здесь, а где-то в другом месте. Сюда тело бросили потом, очевидно, привезя в машине. Все, пожалуй.

Захотелось закурить. Сунула палец в пачку — пусто. Сходить и прогуляться заодно; скверно, скверно на душе.

Попадись Голда сейчас — точно освоила бы высший пилотаж. В ближайшем ларьке выбор — на любой вкус! От «Примы» до «Космоса». Что за бред! Вернулась, села в машину, поехала искать. Любимых в этот период жизни сигарет «Пьер Карден» нет, хоть тресни. Покрутилась по закоулкам, вырулила на Привокзальную площадь. Здесь-то точно должны быть, видела позавчера, или когда я здесь была в последний раз? Не помню.

Оставила машину, пошла бродить. Слева — ряд киосков, справа — ряд лотков. Слева — все что угодно, справа — ассортимент небогатый: семечки, пирожки, сигареты, но не те.

В третьем же киоске нашла необходимую мне отраву. Подумала и взяла две пачки, это называется тактикой верблюда. Может, еще и мороженое взять? Я посмотрела по сторонам.

Напротив, за двумя ящиками, восседали две тетки самого простого вида.

Обе предлагали товар: у одной были семечки и жевательная резинка, а у другой — сигареты. Разные группы товаров отрицали наличие конкуренции, и тетки мирно беседовали. Точнее, говорила одна, а вторая, приоткрыв рот, издавала звуки эмоциональной поддержки: «А? Ну? Ух, ты! Сволочи!!»

Та, что делала сообщение — плотная, в красной плисовой юбке и серых босоножках, — помогая себе руками, рассказывала действительно интересные вещи:

— …девчонка, ничего особенного. Вон там, через дорогу, говорила по телефону, а я как раз от Маши выходила…

— Как она?

— Не знаю, на даче живет уже неделю, дома зять был.

— Тот самый?

— Ну да, дурак. Смотрю, машина резко так от гастронома отъехала и к той будке… Из машины парень выскочил, значит, и хвать эту девчонку.

— А она?

— Она как-то сникла сразу, он ее и потащил к машине. И так быстро!

— Да что это такое?! И не кричала?

— Нет, с нею вроде как обморок приключился, а парень высокий такой, машина иностранная, светлая, серебристая.

— Муж ее, что ли?

— Не похоже, да сейчас и не поймешь у них, у молодежи-то. Я потом мимо той будки проходила, смотрю — бумажка лежит.

— Ну?

— Я, значит, ее взяла и в карман.

— Ну?!

— А там просто телефон записан и адрес. Куда же я ее дела?..

Тетка пошарила в своей юбке и вытащила несколько грязноватых бумажек. Взяв самую смятую, она развернула ее и прочитала:

— Т. Иванова. Тая или Таня.

Я перестала рассеянно крутить головой по сторонам и шагнула в ее сторону.

— Извините. Я случайно услышала… Мне вчера подружка звонила, и мы не договорили, это вы про нее, наверно, говорите.

Я описала Свету. Тетка подтвердила — вроде она. Я продолжила:

— Муж у нее страшно ревнивый, все следит за нею, машина у него вон на ту похожа, да? Белая? Ну да, серебристая.

Показывая на машину, я перевела взгляд чуть дальше. На меня смотрела вывеска казино «Грейтхолл». Гастроном «Пингвин» — соседняя дверь.

Я поблагодарила и медленно пошла к «девятке». Ситуация поворачивалась другой гранью. Теперь уже жених Нины Гудковой мне просто необходим.

Напротив моего подъезда, через пешеходную дорожку, стояла машина Игорька. Он, развалившись на переднем сиденье и открыв дверь, слушал кидающийся из магнитолы музыкальный кошмар и довольно улыбался. Глаза закрыты, голова поматывается в ритме, посреди лба — заметное утолщение.

Одухотворенные лица всегда симпатичны. Я приставила «Жигули» рядышком.

Игорек открыл глаза, убавил звук.

— Куда тебя носило? Привет.

— Ездила договариваться о второй серии. Пошли, обсудим роли.

Подойдя к своей двери, я, заметив кое-что, не стала торопиться открывать.

— Игорек! Ты заходил ко мне?

— Ты с дуба рухнула? Как я зайду, если дверь закрыта?

Я не спускала глаз с его лица, но что на нем прочтешь, если мысли у него и рождаются, и умирают только одновременно с разговором?

Однако мою дверь открывали именно в то время, пока я каталась в поисках сигарет.

Я культивирую в себе полезные привычки. Не курить натощак — это мелочи. Уходя из дома, аккуратно кладу спичку на верхний торец двери. Очень удобно. Вот сейчас я гляжу на нее, лежащую на полу, и думаю: открыть дверь сейчас или через пару часов?

Нельзя напрягать людей без необходимости — это еще одна полезная привычка.

— Готовься, Игорек: внутри, возможно, меня ждет любитель нежданных встреч.

— Не понял!

— Ничего, поймешь.

Я медленно открыла дверь и осмотрела прихожую. Если внутри кто-то есть, то прятаться он может или в удобствах, что маловероятно, но возможно, или сразу же за ближайшей дверью в комнате. Я резко дернула дверь и с разворотом нырнула в комнату. Никого.

В туалете раздался шум сливаемой из бачка воды. Игорек, решив, что у меня блажь, спокойно пошел облегчиться. Значит, и там чисто. Подумав так, я улыбнулась двусмысленности и сразу же подосадовала на себя. Неполная неделя, как я знакома с этим кадром, а уже научилась мыслить в его штиле.

В ванную я заглянула, слегка приоткрыв дверь: в зеркалах она отразилась вся. После чего, уже не осторожничая, я обошла всю квартиру и даже выглянула на балкон. Действительно никого.

Значит — проруха и невезуха.

Игорек устроился перед телевизором в кресле.

— Ты там чего, на балконе, воздушные коридоры изучала?