Мисс Марпл из коммуналки - Оксана Обухова

– Не знаю, – вальяжно развалясь на стуле в комнате Софьи Тихоновны, не уступал амбал. – Сказал: вызвал его кто-то.

– Кто?

– А я забыл. Софья Тихоновна подкладывала наглецу уже второй кусок Алешиного торта. Бубенцов только что зубами не скрипел от сожаления, что не успел договориться с Настей на завтра о прогулке по Москве. Суббота – день свободный.

– А-а-а… ваш дядя завещал комнату вам? – вроде бы беспечно интересовался лейтенант.

– Эту комнатушку? – в тон ему вворачивал Роман. – Зачем? У меня коттедж под Москвой.

И смотрел на Настю так, словно уже предлагал ей стать хозяйкой заморского замка с бассейном, дельфинарием и апельсиновой рощей.

Скромный лейтенант с двумя микроскопическими звездочками в погонах на фоне апельсиновой рощи совсем терялся.

– Куда вызвал?

– Не знаю.

– Надолго? Роман пожал плечами. Он не смотрел вовсе на лейтенанта, а нагло пожирал глазами Настю, и оттого докучливые расспросы участкового выглядели особенно глупыми и липко-приставучими. Так, словно на чинно-культурное чаепитие залетела назойливая муха и приставала к благородным людям противнейшим жужжанием.

И если бы не своевременная поддержка бабушки Губкиной, так бы и остался Алеша в набитых дураках, так бы и выставил его племянник на посмешище.

– Ты, Ромка, тут не отвиливай! Человек тебя не просто так спрашивает, а по делу!

Ссориться с Надеждой Прохоровной Губкиной еще никто на памяти Алеши не осмеливался. «Эх, все равно пробью этого громилу сегодня же по всем базам!» – решился Алеша.

Роман чуть подсобрался. Сел прямо и произнес:

– Да что вы все пристаете: куда да куда?! Не знаю! Пришел еще летом. Принес ключ и предупредил, если позвонит, что отправил на свой адрес посылку, а сам задерживается, чтоб я, значит, получил.

– И он тебе не сказал, куда отправился? – прищурилась баба Надя.

«Эх, бабу Надю бы да в розыск взять… Любого братана расколет! С таким талантом-то…»

– Нет! Он на работу приходил! А у меня парень разрыв связки перед чемпионатом получил! Не до того было! Сунул ключ, и адью – уезжаю!

– Не ори. Не глухие, – строго буркнула соседка, и Алеша какое-то время любовался видом пристыженного громилы.

Синяк на лбу Романа грозил превратиться в симпатичную фиолетовую блямбу и к завтрашнему вечеру сползти на глаза енотовой маской. От таких ударов так обычно и бывает: кровоподтек расползается вокруг глазниц и заставляет обладателя фингала не снимать солнцезащитных очков при любой погоде.

Но амбал Рома будто бы совсем о красоте не думал (если только о чужой и безусловно ангельской). Положа локти на стол, он склонился к Настеньке и спросил:

– А вы, Анастасия, уже где-то в Москве побывали?

– Я только… – успела вымолвить Настенька, как тут же была перебита вездесущей бабушкой Губкиной:

– На кладбище она побывала. Как приехала в тот раз, так только к нотариусу да в похоронную контору…

– А хотите… – в один голос вступили два мартовских кота, осеклись, и первым, чувствуя безмолвную соседскую поддержку, продолжил Алексей: – Хотите завтра прогуляться? В Третьяковку или парк Горького…

Громила презрительно фыркнул, но услышав от Анастасии: «С удовольствием!» – насупился.

Две хитрые тетушки скрестили под столом пальцы на удачу и пожелали Насте хоть одного, но стопроцентного жениха.

Поздним вечером того же дня участковый Бубенцов пробил громилу по всем базам.

Пробил и, мягко выражаясь, приуныл. Роман Владимирович Савельев оказался мастером спорта международного класса и попросту боксером-супертяжем. Шесть лет назад Роман Владимирович распрощался с большим – огромным! – спортом, открыл школу бокса – удачно, надо добавить, открыл – и пару тренажерных ВИП-залов. Какой-то еще фитнес-центр за ним вроде бы числился…

А в остальном – не привлекался. Кроме нескольких оплаченных штрафов ГИБДД, за ним ничего не числилось. В смысле криминала Роман Владимирович был девственно чист и лучезарен, как горсть медалей высшей пробы. И ко всему прочему, Роман Владимирович был безмятежно холост и девственно бездетен.

«Эх, пропадай моя телега».

Такие девушки-ангелы-эльфы-нимфы в среде накачанной молодежи котируются не хуже подруг-бодибилдеров. Тут уж, как говорится, дело вкуса: кто любит подобия, кто контрасты.

А Роман Владимирович, судя по вздыбленной на загривке шерсти, предпочтения отдавал как раз противоположностям. Тут не поспоришь. Вкус у супертяжа оказался хорошим.

«Пробью-ка я его еще в понедельник у налоговиков, – решил Алеша. – Вдруг повезет. Запутался в долгах… Точнее тьфу, тьфу, тьфу, дай бог здоровья Вадиму Альбертовичу». Алеша оставил заботы на потом и отправился замазывать черным маркером свежую царапину на старой кожаной куртке.

В одиннадцать часов утра Алеша встал перед соседским подъездом: ботинки сияют под осенним солнцем гуталиновым блеском, еще вполне приличная куртка небрежно расстегнута поверх лазоревой, под цвет глаз, водолазки, о стрелки брюк обрезаться можно.

В 11.01 к тому же подъезду подкатил роскошный черный джип, и участковый Бубенцов чуть слышно выругался.

О том, кто поведет Настеньку в картинную галерею, в точности оговорено не было. Анастасия только сказала, что выйдет во двор к одиннадцати часам, и равно улыбнулась обоим кавалерам.

Соперник, как не без малодушного ехидства подумал Алексей, сильно напоминал агента похоронного бюро. Из огромного, как катафалк, джипа он выбрался в кожаном укороченном пальто, рубашке оттенка закаленной стали и в мрачном, чуть поблескивающем костюме, без галстука. Лезвийно острые концы воротника рубахи топорщились на бычьей шее…

– Здорово, брат, – сказал, чуть усмехнувшись.

– Приветствую, – скупо обронил Бубенцов и придержал дверь подъезда, откуда выпорхнуло не земное создание, приодетое в светлокрылый матерчатый плащ и длинную, почти свисающую до мягких бежевых ботинок юбку.

Шарфик ангела был подобен белопенному облаку, спустившемуся из поднебесья, чтобы укрыть нежные зябнущие плечи. В податливой золотистой сумочке, наверное, хранился запасной комплект невесомых крыльев и пудра, подобная солнечной пыльце…

– В Третьяковскую галерею, я думаю, мы сегодня не пойдем, – сказала Настя после церемонно-смущенных приветствий. – На свидание с картинами я хочу сходить в одиночестве.

– Тогда куда направимся? – наморщил ум браток.

– А поедемте в парк, – улыбнулась девушка. – Я никогда не каталась на настоящих американских горках…

– Отличная идея! – одобрил Роман и распахнул перед гостьей столицы переднюю дверцу джипа. – Прошу!

– В пробках застрянем, – вредно, не удержавшись от укола, вставил Бубенцов. – На метро быстрее будет…