Депутат за семь миллионов - Кирилл Казанцев

– С вами… – женщина вдруг запнулась, но тут же поправилась, – ой, то есть с тобой так легко, – это прозвучало так непринужденно, словно Андрей был ее давнишним другом.

– Аналогично, – бросил Ларин и уставился в иллюминатор.

Только теперь он увидел, что вертолет летит уже не над городом, а над сельской местностью. Перед глазами то и дело мелькали квадраты полей, полоски леса, лужицы озер. И никаких тебе урбанистических пейзажей, закатанных в асфальт.

Но вскоре внизу показался роскошный особняк, смахивающий на игрушечный замок, сложенный из конструктора «LEGO». Аккуратные башенки, зубчатые стены, арка ворот с опущенной на них декоративной ковки решеткой. Разве что стражников нигде видно не было. Оно и понятно – их заменяли десятки видеокамер наружного наблюдения. А рядышком со стилизованным под фортецию особняком виднелась и вертолетная площадка – обыкновенный заасфальтированный круг с жирной белой точкой по центру.

Пилот пошел на снижение.

– Красиво жить не запретишь, – заметил Андрей, рассматривая все это великолепие.

– По правде, Нил Константинович хотел особнячок поскромнее построить, без всяких там наворотов. Но куда там? Пришлось замок возводить, чтобы от товарищей по партии не отставать. И то невзрачненько получилось по сравнению с их византийскими дворцами, – Медникова вдруг сделала серьезное лицо, подалась вперед и положила руку на колено Андрею.

«Что ж, вполне предсказуемо, – даже не удивился произошедшему Ларин. – Сейчас клеить начнет, рассказывать, как ей в жизни с мужчинами не повезло. Что я, мол, ее идеал и все в таком духе. Знаем, проходили уже».

Но Андрей ошибался.

– Даже и не знаю, почему это делаю, но что-то мне подсказывает – я просто обязана тебе об этом сообщить. – Катя перешла на заговорщицкий шепот. – Даже и не надейся, что Стариканов тебя с распростертыми объятиями примет и сразу работу предложит. Все будет зависеть от того, как ты проверку пройдешь, – сказала она, подкупая своей откровенностью.

– И в чем заключается эта проверка? – насторожился Ларин.

– Пока тебе о ней лучше не знать. А то начнешь волноваться и тогда точно все завалишь, – не стала вдаваться в подробности Медникова.

Вертолет приземлился. Останавливать турбину пилот не стал.

– Все. Пока. Мне в город возвращаться надо, – Катя взялась за ручку сдвижной дверцы и потянула ее на себя.

В салон ворвался сильный ветер вперемешку с мощным гулом двигателя, перекричать который не представлялось возможным. А потому Андрей лишь кивнул секретарше Стариканова в ответ. Наскоро выбрался из вертолета и, пригибаясь под напором гонимого лопастями ветра, побежал к кромке взлетно-посадочной площадки.

Дугообразные полозья оторвались от асфальта, и вертолет, набрав приличную высоту, понесся прочь. Ларин смотрел на него до тех пор, пока тот не превратился в микроскопическую точку на фоне голубого неба.

«И что это было? Какая, к черту, проверка? И если таковая действительно будет, то почему она меня о ней предупредила? Но так толком ничего и не сказала? Одним словом, бред какой-то», – недоумевал Андрей, сжимая в кулаке малюсенькую бутылочку с морковным соком.

– Идемте за мной, – обронил подошедший к Ларину высоченный амбал, одетый во все черное.

Мужчины прошли по мощенной булыжником дорожке и замерли у арочных ворот особняка. Проводник Андрея поднял голову и посмотрел в объектив одной из видеокамер. Коротко кивнул. Не прошло и секунды, как преграждавшая им путь решетка беззвучно поползла вверх.

«Мог бы сказать и «сим-сим, откройся», – ухмыльнулся Ларин.

Не дожидаясь, когда решетка полностью поднимется, амбал поднырнул под нее и тут же поманил рукой Андрея – мол, чего встал, пошли.

Когда двое мужчин оказались в живописном внутреннем дворике особняка, Ларин сразу обратил внимание на необычную инсталляцию, возвышающуюся над низкорослыми пирамидальными туями и карликовыми деревьями. Причем необычной она была не только по форме, но и по содержанию. В ней чувствовался подтекст, креатив. Андрей даже на мгновение задержался у нее, чтобы получше рассмотреть – ведь где еще увидишь гипсовую скульптуру трехглавого орла, вцепившегося своими когтистыми лапами в прозрачную урну для голосования, набитую доверху долларами и евриками. Притом что средняя и она же центровая голова хищной птицы была с человеческим лицом. Лицом Нила Константиновича.

Амбал и не отстающий от него ни на шаг Ларин пересекли внутренний дворик и остановились у массивной деревянной двери с бронзовым кольцом вместо привычной ручки.

– Вас уже ждут, – сказав это, накачанный великан развернулся и зашагал прочь.

Андрей переложил бутылочку с соком в левую руку и освободившейся правой потянул за кольцо. Дверь приоткрылась. Он переступил высокий порог, сделал с десяток гулких шагов по слабо освещенному коридору, повернул за угол и тут же очутился в комнатушке, своими крохотными размерами напоминающей скромную келью монаха.

Мрачноватый лысый мужичок, сидевший за компактным письменным столом, словно бы и не заметил появления Ларина – насупив густые брови, он продолжал пялиться в экран ноутбука. И лишь когда Андрей негромко кашлянул в кулак, чтобы обозначить свое присутствие, тот спохватился, поднял голову. Мужчины встретились взглядами.

– А, это вы?! – немного растерянно произнес лысый. – Нил Константинович предупредил, что вы придете. Располагайтесь, пожалуйста, – и он указал рукой на табурет у стола.

Ларин присел, скрестил руки на груди и выжидающе посмотрел на мрачного мужичка без единой волосинки на голове – дескать, ну, и что дальше? Тот не заставил себя долго ждать, сразу же перешел к делу:

– Будьте добры, снимите вашу сорочку, – прозвучала более чем странная просьба.

– А это еще зачем? – удивился Андрей.

– Не задавайте лишних вопросов. Просто сделайте то, о чем я вас попросил, – ответил лысый и нетерпеливо забарабанил пальцами по столешнице.

Немного поколебавшись, Ларин все же подчинился – снял рубашку, положил на колени.

Мрачноватый мужичок одобрительно кивнул. После чего выдвинул верхний ящичек письменного стола и достал оттуда небольшую прямоугольную пластмассовую коробочку с множеством лампочек, смахивающую на допотопный модем. Но на этом все ее сходство с последним и заканчивалось. Ведь от странного прибора тянулось с десяток тоненьких и длинных проводков с присосками на концах.

– Это «детектор лжи», так называемый полиграф, – объяснил лысый, подключив устройство к компьютеру.

Вот тут-то Ларин и прозрел, понял, на какую именно проверку намекала ему Катя Медникова. Но даже скажи она ему тогда о ней открытым текстом, его бы это все равно не спасло. «Полиграфу» же не соврешь, как Стариканову, – вмиг выведет тебя на чистую воду. В общем, агент тайной организации по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти, как говорится, попал, причем конкретно. И уже ничто не могло спасти его от провала. Хотя где-то в глубине души у Андрея теплилась надежда, что еще не все потеряно. Существуют же люди, которых «детектор лжи» не берет. Конечно, их единицы. Но вдруг он один из избранных? Чем черт не шутит? А потому стоило рискнуть.