Следствие по щучьему велению - Владимир Сотников

Наверное, Нинель так не считала. Она замедляла шаг, все чаще поглядывая на Тяпу – не меняется ли у той настроение. Время от времени она наклонялась и вглядывалась в ошейник.

– Я даже отсюда могу угадать, что там за надпись, – заметил Емеля. – Прыгать или бегать, но никак не искать. Интересно, а сколько там вообще слов спрятано?

Но ответить самому себе на этот вопрос он не успел. Нинель обогнула самую большую церковь и вышла на просторную поляну – если так можно было выразиться, говоря о монастырском дворе. Огромная клумба, как гора, высилась посреди этой поляны. Цветов еще не было, но она уже была сплошь усеяна зелеными ростками, среди которых проглядывали какие-то диковинные бутоны.

– Здесь, наверное, летом красиво, – прошептала Галя, выглядывая из-за угла церкви.

Видно было, как Нинель в волнении потерла руки друг о друга. Наверное, она почувствовала, что близка к цели.

– Сравнила клумбу с жуком на рисунке, – догадался Емеля. – Удачное сравнение.

Конечно, от всякой клумбы всегда отходят дорожки, на то она и клумба.

И тут Емеля – даже, наверное, раньше Нинели – начал узнавать остальные приметы плана, ксерокопию которого он достал из кармана. Он ткнул Галку локтем, а пальцем ткнул в рисунок. На соседнем газоне стояли несколько колонн, напоминающих развалины греческого храма! Скорее всего, они здесь и были представлены как археологические находки. Перед ними даже виднелась какая-то табличка, но издалека прочитать на ней ничего было нельзя, да и не до того было.

– Фон-тан! – четко произнес Емеля, показывая на переносной резиновый шланг.

Шланг заканчивался металлической вертушкой. Из нее веером разбрызгивалась по клумбе вода.

– Какой же это фонтан? – засмеялась Галка. – Это же просто для полива. Его могли совсем недавно принести.

– А кто тебе сказал, что план сто лет назад рисовали? Всего неделю назад! В то время, я тебя уверяю, клумба уже существовала, и ее вполне могли поливать. Так что пока все совпадает.

– А скульптур я нигде не вижу, – не унималась Галка.

– Все-таки я был прав.

И Емеля показал вверх. На фронтоне церкви, над входом, были отчетливо видны два мозаичных панно с изображениями двух архангелов, которые пронзали копьями драконов.

– Но это все равно не скульптуры!

– Странные мы люди, – пожал плечами Емеля, заметив про себя, что любимое Галкино слово он стал повторять даже чаще, чем она. – Что сразу подумаем, от того потом отвыкнуть не можем. Посмотри. – Он показал на копию плана. – Здесь просто две рожицы, а в каком они виде существуют на самом деле, неизвестно. В первый раз мы решили, что это скульптуры, потому что скульптуры стояли прямо перед нами, а сейчас…

– А сейчас нам легче решить, что это картинки, – засмеялась Галка. – Значит, мы идем по легкому пути?

– Ничего не по легкому! Просто надо верить своим глазам, а не стереотипам.

Услышав такое умное слово, Галка только хмыкнула, оценив серьезность, с которой Емеля его произнес.

Пока ребята рассуждали и сверяли рисунок с действительностью, Нинель уже вовсю теребила Тяпу. Она тянула ее от одного подходящего места к другому, стараясь, чтобы собачка не пропустила ни одного квадратного сантиметра вокруг клумбы. Должна же Тяпа вспомнить, где совсем недавно на ее глазах прятали сокровище!

Но Тяпа так не считала. Ее не интересовали ни клумба, ни колонны. Нос ее шевелился, вдыхая весенние запахи, от радости она даже тихо поскуливала.

– Нюхай, Растяпочка, нюхай! Может, у тебя не зрительная память сработает, а нюхательная, – донеслись до ребят слова Нинели.

– Она точно ненормальная, – сказал Емеля. – Какие же запахи здесь могут сохраниться? Сейчас они каждый день новые! Весна, ветерок – да у Тяпы, наверное, голова от всего этого кружится.

Поначалу Нинель руководила Тяпой осторожно и поводком пользовалась аккуратно. Но с каждой минутой ее раздражение росло, и вместе с этим усиливались подергивания поводка.

– Что же она делает? – возмущался Емеля. – Так же задушить можно! Хоть бы посмотрела на ошейник – какая там надпись… Наверное, уже давным-давно написано: «Отстань!»

– Действительно, это выглядит очень странно, – ввернула свое любимое слово Галка. – Неужели она не понимает, что принуждением от собаки ничего нельзя добиться?

– По-моему, – проворчал Емеля, – эта Нинель уже ничего не добьется от Тяпы ни принуждением, ни ласковыми словами. Один ее вчерашний визит в клинику чего стоит! Очень хорошо он продемонстрировал ее умственные способности.

– Растяпины?

– Нинелины, конечно, – даже обиделся на такой вопрос Емеля. – Кстати, я Тяпу ценю не за способности. А просто так. Когда кто-то нравится, то разве можно сказать, за что? Это… необъяснимо.

Он не заметил, что при этих словах Галка внимательно на него посмотрела, потому что во все глаза наблюдал за тем, что творилось у клумбы.

Нинель уже сделала несколько кругов и, вглядываяась в листок, просто испепеляла его взглядом.

– Сравнивай, сравнивай, – шептал Емеля. – Все сходится! Нечего зря собаку мучить – сама думай, где наиболее подходящее место для тайника.

По дорожке мимо Нинели шел человек в рабочей спецовке. Она поздоровалась с ним и стала о чем-то расспрашивать.

Емеля заволновался:

– Далековато – ничего не слышно.

Тут ветерок переменил направление, и до ребят донеслись обрывки фраз, которые произносил рабочий:

– И реставрацию тоже… ремонт… продолжаем. Вот там и там… Летом надо закончить.

– Нинель расспрашивает, где проводились реставрационные работы! – понял Емеля. – Все-таки кое-что соображает.

Заулыбавшись, Нинель поблагодарила рабочего и сделала вид, что просто прогуливается по парку. Но при этом видно было: она ждет, пока рабочий скроется за поворотом. Чтобы возобновить поиски!

Теперь Нинель уже более внимательно осматривала бордюр клумбы. Уложенные уголками вверх кирпичи были совсем свежими. Наверное, таким образом Нинель использовала информацию, полученную от рабочего. А вот Тяпу кирпичи совсем не интересовали. Она все старалась дотянуться до травинок и не раскрывшихся еще цветочных бутонов.

И вдруг собачка насторожилась. А вместе с ней и Нинель. Она сразу же замерла и всмотрелась в ошейник. Наверное, на нем сейчас загорелась самая нужная ей надпись: «Искать!» Наконец-то Нинель догадалась ослабить поводок. Осторожными шажками она отступила назад, давая Тяпе простор для поисков.

Как самая настоящая ищейка или, может быть, охотничья собака – не очень еще разбирался Емеля в собачьих повадках, – Тяпа стала двигаться по дорожке, припадая на каждую лапку. Она словно подкрадывалась к добыче. Нинель такими же легкими шагами последовала за ней.

Даже издалека было видно, что рядом с клумбой в дорожку вделан люк. Самый обыкновенный, который встречается на любой дороге. Крышка этого люка не лежала плотно в углублении, а была немного сдвинута. Тяпа приблизилась к люку и замерла. Потом принюхалась, поцарапала металл лапой…