Дом кривых стен - Содзи Симада

– И такие дырки для вентиляции устроены во всех комнатах без исключения?

– Совершенно верно. В них должны смонтировать вентиляторы, но пока их нет. Все отверстия выходят на ближайшие лестничные площадки.

И еще несколько слов. Дом спроектирован так, что расположенные в западном крыле номера восемь, десять, двенадцать и четырнадцать как бы стоят друг на друге, как кубики, поэтому вентиляция у всех выведена так же, как у номера десятого, – на восточной стене, в верхнем южном углу.

Что касается номеров девять, одиннадцать, тринадцать и пятнадцать, они точно таким же образом поставлены один на другой, но в этом случае вентиляционные отверстия расположены под потолком южной стены с некоторым смещением к востоку.

В восточном крыле номера один, два, три и четыре на третьем и втором этажах расположены так же, как соответствующие им западные комнаты. Вентиляционные отверстия в номерах один и три прорезаны в южном углу восточной стены, как и в номерах восемь, десять, двенадцать и четырнадцать, а в номерах два и четыре – как в девятом, одиннадцатом, тринадцатом и пятнадцатом.

Остались комнаты шесть и семь, в цокольном этаже. В седьмой отверстие устроено как в номерах втором и четвертом – только в западном верхнем углу южной стены, – а вот в шестом номере по-другому. Это единственная комната в доме, где отверстие находится в южном верхнем углу стены, обращенной к западу. Теперь о салоне. По планировке дома можно предположить, что там оно тоже было бы в западной стене. Но вентиляционного выхода в салоне нет. О комнатах всё. Хотя не думаю, что все это имеет какое-то отношение к нашему расследованию.

Теперь об окнах. В стенах, где имеются вентиляционные отверстия, окон нет. За исключением номера третьего, окна во всех комнатах выходят на улицу, чтобы можно было пустить в помещение свежий воздух. Вентиляционные отверстия и двери обращены внутрь, а окна – наружу. Видимо, в этом заключается главное правило, которым руководствовался планировщик здания.

Правило таково: во внешних стенах – окна, во внутренних стенах, обращенных на лестничные площадки и проходы, – вентиляционные отверстия и двери. Есть еще полы, потолки и межкомнатные перегородки, в которых проделывать дыры никто не станет.

Возьмем, к примеру, нашу библиотеку. В этой комнате дверь по отношению к коридору расположена немного странно, и все же общий принцип здесь соблюден. Смотрите, вон вентиляция! Там, где должна быть: выведена на лестницу в восточном крыле, в стене, обращенной на юг, в верхнем восточном углу. Окна в этой стене нет, потому что она внутренняя. Зато есть два окна во внешних стенах – на северной и восточной стороне.

Расположение двери здесь, как я сказал, не такое, как в номере втором над нами, номере седьмом под нами и номерах девять, одиннадцать, тринадцать и пятнадцать в западном крыле. Она устроена в южной стене и смещена к западу. Это обусловлено положением коридора. Но правило, что дверь должна находиться в стене с вентиляционным отверстием, остается неизменным.

– Ох и мудрено же! Я совсем запутался!

– Однако есть одно исключение. Это номер третий. Единственная комната во всем доме без окна во внешней стене, которая обращена на юг. Зато имеется большое окно во внутренней западной стене. В этой же стене – дверь, а в противоположной, восточной, стене – вентиляция. Видимо, так устроено, чтобы на предметы коллекции, которые там хранятся, не падали прямые солнечные лучи. А чтобы помещение лучше проветривалось, специально было врезано большое окно.

– Хорошо, хорошо. Я вижу, ты здорово поработал. Мог бы архитектором стать. У меня в голове твоя информация не помещается. Ты правда думаешь, что все это может иметь отношение к расследованию?

– Не знаю; может, и нет.

– Не хотелось бы. Уж больно все запутано. Мы в этом доме чудес как студенты-первокурсники: ничего толком не понятно, блуждаем как во сне… А все эти гости ведь уже не первый раз здесь?

– Нет, есть кто и в первый. Куми Аикура, потом Хацуэ, жена Канаи. А сам Канаи вместе с Кикуокой уже отдыхали здесь летом.

– Хм. И все же большинство, наверное, уже привыкли к этому паноптикуму, и кто-то, может быть, ухитрился использовать здешнюю безумную конструкцию, чтобы спланировать и осуществить идеальное убийство. Я все-таки думаю, что с этой дыркой для вентиляции в десятом номере что-то нечисто.

Усикоси помолчал, собираясь с мыслями.

– Ты говорил, что это отверстие очень высоко в стене. Ты смотрел из коридора на первом этаже… э-э… стоя перед двенадцатым номером?

– Ну да.

– А лестница, по которой мы сюда поднимались, металлическая, так?

– Ага.

– Лестница, ведущая из салона, сделана из дерева и покрыта красным ковром, очень красивым. А другие лестницы из металла. Почему, интересно? Даже у нас в управлении лестницы приличнее. Здесь они, конечно, новые, но материал самый дешевый, как в общественных зданиях. Чуть топнешь посильнее – сразу лязг под ногами. Как в Европе, в каком-нибудь средневековом замке.

– Верно. Но ступеньки довольно крутые, так что металл должен быть надежный.

– В самом деле… Действительно крутые. Может, и так. И площадки на лестницах, да и коридоры на всех этажах тоже вроде из металла?

– Точно.

– Коридоры на этажах – первом и третьем, кроме нашего – имеют форму буквы L.

– Да. На третьем этаже восточного крыла то же самое. Только этаж, где мы сейчас сидим, исключение.

– А вот крайние точки буквы L, то есть места, где коридоры упираются в стену… Здесь что-то не так, ошибка проекта?.. Не знаю. Они не примыкают к стенам вплотную; там, на каждом конце, щели сантиметров по двадцать.

– Да уж… Ощущение малоприятное, если прижаться головой к стене и посмотреть в эту щель вниз. Например, вы стоите в конце коридора у номера восемь на третьем этаже и через щели, которые есть на каждом этаже, видно коридор в цокольном этаже. Там, конечно, есть перила, но все равно жутковато.

– Вот потому я и думаю, что щелью могли воспользоваться, чтобы протянуть через вентиляционное отверстие веревку или проволоку, и с ее помощью провернуть какой-нибудь трюк. Ведь в десятом номере эта дырка находится как раз под щелью на третьем этаже. Верно?

– Хм-м… Я тоже об этом думал и, прижавшись к стене, попробовал через щель у восьмого номера просунуть руку вниз и дотянуться до отверстия, но не получились. Расстояние слишком большое. С метр, наверное. Вот если б работали двое… Но все равно это очень сложно.

– И заглянуть в номер десять через отверстие не получится?

– Точно нет.

– Н-да… Хотя там всего-то двадцать сантиметров. Маловата дырка.

– Да-а… Трудно через нее что-то сделать.

На этом лекция инспектора Одзаки о сумасшедшем доме окончилась.

– У вас есть что добавить? – обратился Усикоси к смирно сидевшему рядом Окуме.