Всадница без головы - Лариса Соболева

Обоих разбудил звонок, Аля спросонок хотела вскочить, как-то сразу вспомнились убийства и погоня, да ремень безопасности крепко держал ее. Она достала телефон, а позвонила Тося:

— Алька, с ума сошла? Я вся переволновалась! Ты где?

— Со мной все нормально… Скоро приеду.

— Я на работе, ребята одни. И голос мне твой не нравится — как не твой. Признавайся: что случилось? Тебе плохо?

— Устала… и заснула в машине. Не волнуйся, я еду.

Состояние Альки не позволяло делать резких движений, тело задеревенело, внутри обосновалась пустота, словно вынули все внутренности. Зашевелился и Ник, подал вялый голос с заднего сиденья:

— Кто звонил?

— Убийца, свидание назначил, — мрачно пошутила Аля, отстегивая ремень. Она попробовала открыть дверцу. — Блин! Заблокирована.

— Дурацкая шутка, — промямлил Ник.

— Мне выйти надо…

Она пересела на место водителя, изучала приборы с кнопками, водя по ним пальцем, правда, не дотрагиваясь. Принял сидячее положение и Ник, зевнул, потянулся, насколько это было возможным, и вдруг заметил, что Алька собирается методом тыка открыть дверцы!

— Э, э, э! — подался он корпусом вперед. — Остановись! Ничего не трогай! Это не твоя таратайка, у Петьки крутой джип, нажмешь не на ту клавишу, заблокируешь все, что нельзя, он и снаружи не откроет.

— Что же делать? — резко отдернула руки Аля. — Я должна ехать…

— Не ной! У меня и так голова трещит, как после перепоя. Сейчас позвоню. — Через минуту он уже разговаривал с Петей. — Алло… мы проснулись. Эта дикая кошка рвется наружу, ей куда-то ехать надо… а тут закрыто. Выпусти ее, а?

Петя не заставил себя ждать, снял блокаду, Алька тут же открыла дверцу и буквально вывалилась из авто, да неудачно: прямо в лужу встала.

— Фу… — скривилась она, вынимая ступни из лужи и ставя их на более-менее сухую землю. — Могли бы скинуться и заасфальтировать двор. Ладно, как-нибудь и так… Открой гараж.

— Куда собралась? — полюбопытствовал невозмутимый Петя.

— На квартиру. Мне срочно надо.

— Ты хоть кофе выпей, не спала же толком…

— Не могу! — вскипела она. — Понимаешь? Не мо-гу.

— Не понимаю. А как ты поедешь, как собралась вести машину? Бензин почти закончился, права потеряны.

— О, черт! — взялась за голову Аля. — Я совсем забыла…

Но Аля из любого положения найдет выход, причем долго не думая. Она схватила сумочку, открыла ее и копалась там, доставая из кармашка деньги.

— Вызови такси, — попросила Петю. — Я не знаю ни одного номера…

Из джипа медленно вылез Ник, поежился, посмотрел на серое небо, его не интересовал диалог Алики и Пети ни в малейшей степени. А она, застегнув сумочку и зажав в кулаке деньги, шагнула в сторону каменной арки, которая должна была рухнуть еще в прошлом веке, тут вдруг Петя встал у нее на пути:

— Стоп, стоп!

— Я должна ехать и уеду, пусть хоть камни с неба…

— Ты сначала должна послушать умных людей типа меня, раз боженька забыл вложить мозг в твою голову, когда тебя делал!

— Я слушаю, слушаю… Только мне некогда. Пожалуйста…

— Ты можешь сделать себе только хуже! Даешь гарантию, что убийца не поджидает тебя по адресу регистрации? Мы же говорили об этом, забыла?

Аля оперлась руками о капот, свесила голову, ей необходимо подумать, как быть, но чтобы никто не мельтешил перед глазами, не отвлекал. Она не очень понимала, зачем ее смерть нужна убийце, с другой стороны, чужими жизнями легко распоряжаются лишь конченые психопаты, может, он решит и ее прикончить на всякий случай. Это худший вариант. А есть логичный и позитивный: убийца сделал дело и уже далеко-далеко.

— Я поеду, — выпрямилась Аля.

— Ты больная? — опешил Петя.

— Нет. Там дети. Они одни.

— Какие дети? Чьи?

— Мои, чьи ж еще!

Услышав про детей, Ник обалдел:

— Про детей она мне ничего не говорила…

— Ты тоже не сказал мне, что работаешь альфонсом, — огрызнулась Аля и передразнила, покручивая кистями рук в воздухе: — «Пока я постигаю тайны земных недр в офисе отца, это наиболее перспективное направление на ближайшие двадцать лет». Ах, да! Еще ты постигаешь азы бизнеса у мамочки, она же у тебя ас.

— Какая ты злая, — буркнул Ник. — Ну да, я рисовался…

— Видя легкую добычу! — хмыкнула Аля.

— Ты ведь тоже… лгунья. Наплела про папу, Англию…

— Я вынуждена! А ты с жиру!

Петя не успевал осмыслить сказанное обеими сторонами — с такой скоростью бросались фразы, ему осталось прикрикнуть на них:

— Молчать! Оба! Теперь спокойно: сколько детей и какой возраст?

Аля скрестила руки на груди и теперь упиралась плечом о джип, не хотелось ей смотреть Пете в глаза. Почему она позволила себя задержать? Все предельно просто: боялась ехать одна на квартиру и встретиться в подъезде с убийцей, надеялась, что мужчины окажут ей честь и будут сопровождать, чтобы обеспечить безопасность. Ну, а не получится, сама как-нибудь справится, ей не привыкать, отсюда и вызов прозвучал в интонации:

— Двое. Миша и Маша, близнецы, им по шесть лет.

После сказанного Ник с театральным пафосом, схватившись обеими руками за голову, застонал:

— У нее двое детей! Двое, Карл! Ей двадцать три годика, а у нее уже двое шестилетних детей! Шестилетки, Карл! — И на Альку наехал: — Это ж когда ты произвела их на свет? В шестнадцать? Ну, даешь! А ко мне чего приставала? Папашку искала своим чморикам, м?

В следующий миг он попятился, потому что Аля резко развернулась к нему, выставив указательный палец и сверкнув глазами, как дикая кошка, готовая вцепиться когтями прямо в его глаза. А предупредила без всякой театральщины, зато убедительно:

— Еще одно поганое слово о моих детях, Альфик, и я тебя закопаю!

— Отпусти ее, Петя, она вообще… неадекват, — посоветовал Ник.

— Пойми… — повернулась теперь к Пете Аля, притом к кошачьим особям уже отношения не имела. — Они одни в квартире, Тося ушла на работу. Короче, мне срочно нужно забрать Мишку с Машкой и искать другую квартиру. Моя машина пусть побудет у тебя, ладно? Я заберу, когда получу временное удостоверение, Черновой обещал уладить этот вопрос…

— А сейчас я тебя отвезу, — сказал Петя, что и требовалось Але. — Но сначала давай зайдем в квартиру, подберешь шляпу или кепку, очки… ну, чтобы узнаваемость снизить.

— Ой, Петя, спасибо, а то пока такси приедет… — растрогалась она.

— А я? — растерялся Ник. — Мне куда?

— С нами поехали, — усмехнулся Петя, неплохо зная сибарита Колясика, не любившего ради других напрягаться.