Ноу-хау палача - Алексей Макеев

– Песня хорошая, – ответил Васин. – Может, споем?

– Хочешь сказать, ты уже дошел до песенной кондиции? – усмехнулся Стас. – Значит, я опоздал.

– Раз так говоришь, то пришел не пивка с давним приятелем попить, а свои полковничьи нужды справить, – выдал Васин.

– Собирался совместить, но раз ты против, перейду сразу к главному. Дело неизвестной, найденной в лодке, помнишь?

– Вспомнил! Уж месяц, поди, прошел, – присвистнул Васин.

– Так помнишь или нет?

– Память пока при мне.

– Тогда рассказывай. Все, что было в рапорте и что туда не попало, – попросил Крячко и заказал капитану и себе еще по кружке пива.

После второй кружки беседа пошла куда оживленнее. Рассказывал капитан обстоятельно, можно сказать, в лицах, отчего слушать его было одно удовольствие. Тело неизвестной обнаружила парочка влюбленных во время романтической прогулки по местным заводям. Арендовав лодку, они решили уединиться в укромном уголке, подогнали лодку поближе к камышам, и в самый интересный момент борт их лодки начал биться обо что-то твердое. Молодой человек слегка раздвинул камыши и обнаружил, что их лодка уперлась в другую. Бросив взгляд на дно лодки, он позабыл о романтических планах. Его подруга, недовольно ворча, поднялась на четвереньки и со словами «что это так мерзко воняет» ухватилась за борт чужой лодки, подтянув ее ближе. От движения содержимое лодки заколебалось, создавая странный эффект. Молодой человек смотрел на полуразложившийся труп, который приветливо махал ему рукой. Это же увидела и девушка. От шока ли, от запаха ли, но девушка не выдержала и потеряла сознание.

Бедный парень совсем растерялся. В одной лодке лежит труп, во второй – бездыханное тело его возлюбленной. Что делать? Звать на помощь или везти девушку на берег? Рассудив, что мертвецу он уже не поможет, парень схватился за весла. Как только лодка причалила к берегу, он достал телефон и вызвал сначала «неотложку», а затем и полицию. Опергруппа во главе с капитаном Васиным прибыла первой. К тому времени возлюбленная парня пришла в себя, но от пережитого шока дрожала как осиновый лист и наотрез отказывалась говорить.

Пришлось парню бросить ее на попечение супруги хозяина лодочной станции, а самому все на той же арендованной лодке везти капитана к месту происшествия. Когда добрались до места, парень зажмурил глаза и не открывал их до тех пор, пока снова не вернулся на берег. И за такое малодушие капитан его не винил. Много он в своей жизни повидал покойников: и удушенных, и на лесопилке порубленных, и в печи обуглившихся, и от газа вспучившихся, но такого мерзкого зрелища видеть еще не приходилось.

Собственно, человеческого в девушке осталась только правая рука, движение которой так напугало влюбленную парочку, да плечи, прикрытые толстым матерчатым платком. Васин заставил одного из прибывших с ним оперативников перебраться в лодку к покойнице и отогнать ее на лодочную станцию, где их поджидали эксперты. Сам же взялся за осмотр места происшествия. Осматривать в камышах особо было нечего, но Васин, не привыкший делать дело наполовину, все же загнал лодку в освободившийся проход, прочесал камыши вдоль и поперек и ничегошеньки там не нашел.

Тогда он вернулся на лодочную станцию, снял показания с парня и его девушки и отпустил их на все четыре стороны. После этого допросил хозяина станции и его жену. Те ничего о пострадавшей сказать не смогли. Лодку тоже не признали, а больше их и расспрашивать было не о чем. Эксперты, сделав свою работу, отправили тело в морг для вскрытия и занялись лодкой. Ее как улику приобщили к делу, сняли отпечатки пальцев, сделали необходимые смывы. Затем сняли на фотокамеру во всех ракурсах и отбыли в отдел. Васин решил, что лодка им еще пригодится, поэтому договорился с хозяином лодочной станции о временной стоянке. Хозяин не возражал. Он загнал ее в крытый ангар и выделил кусок брезента, которым собственноручно накрыл лодку. В свою очередь, капитан Васин опечатал помещение, пообещав вскоре вернуться, и тоже отбыл в отдел.

В ожидании результатов вскрытия он проверил все заявления о пропаже, поступившие за последние шесть месяцев, но так и не смог идентифицировать труп. Родственники не нашлись, личных вещей при жертве не было, а вердикт патологоанатома гласил: смерть наступила в результате остановки сердца. На этом следствие закончилось. Васин подписал стандартный рапорт об отсутствии состава преступления, и спустя десять дней тело неизвестной отправилось в Лианозовское трупохранилище.

– Ну хорошо, – выслушав доклад капитана, проговорил Крячко, – родственников девушки вы не нашли, но ведь хозяина лодки можно было попытаться отыскать?

– Да ладно! Вот неожиданность, а я-то до этого и не дотумкал, – съязвил Васин. – Хорошо, что ты появился, наставил меня на путь истинный, а то бы захрясло дело.

– Не нашли? – понял Крячко.

– Разумеется, не нашли. Знаешь, какое количество заявлений об угоне водного транспорта поступает от владельцев за сезон? До тысячи штук. Не ожидал?

– Честно? Никогда не интересовался, – признался Стас.

– Вот! А я с ними работаю. О владельце лодки я первым делом подумал. Даже радовался поначалу, что тело в лодке нашли. Она, лодка эта, весьма приметная. Белоснежная, с тонкой красной полосой по борту, и название имела, на манер иностранных яхт. Знаешь, как называлась? «Удача». Только название на английском написано.

– А вот от девушки удача отвернулась, – печально вздохнул Крячко.

– Это да, – поддакнул Васин. – Да и владельцу она не много удачи принесла. Так о чем я? Ах да, лодка и ее владелец. Я думал, что стоит мне только данные по этой лодке в базу забить, как владелец тут же отыщется. Но нет, ни одного совпадения не нашлось. Я тогда еще подумал, что девица та, видно, не своей смертью померла, раз хозяин лодки не объявляется. В противном случае совсем непонятно получается. Лодка-то дорогая и новая почти. Почему он ее не ищет? Ответ напрашивается сам собой: он знает, что в лодке труп, вот и помалкивает.

– Мог бы заявить, что ее угнали, – заметил Стас.

– Заявить-то может, только где гарантия, что мы, следаки и опера, не раскопаем его связи с погибшей девушкой? Нет, не может он так рисковать. Ни одна лодка того не стоит.

– И то верно, – вынужден был согласиться Крячко. – Открываться рискованно.

Дальше разговор пошел о делах посторонних, совершенно не относящихся к оперативной работе. Просидев в баре до полуночи, Станислав с чистой совестью поехал домой. Утром ему предстояло держать отчет перед Гуровым, а перед этим следовало хорошенько выспаться.

Гуров сидел за рабочим столом в кабинете, перед ним лежал телефон. Крячко по привычке взгромоздился на подоконник, его пальцы выбивали монотонный ритм по оконному пластику. Это был единственный звук, нарушавший тишину в комнате. С момента их прихода на работу прошло уже больше четырех часов. Все варианты обсуждены, выводы сделаны. В работе оперативников периодически наступает такой момент, когда единственное, что им остается, – это только ждать. Сейчас в расследовании, проводимом Гуровым и Крячко, наступил как раз такой момент.