Выстрел на Рождество - Чингиз Абдуллаев

— Тогда сделаем так. Пока я буду проводить расследование вГоффорде, ты будешь показывать Джил окрестности Эдинбурга.

— Договорились, — согласился Вейдеманис, — только учти, чтоона захочет быть с тобой, а не со мной. Ты еще не спросил, какие номера язаказал. Себе одноместный, а тебе сюит. Мог бы и поблагодарить.

— В следующий раз постарайся не делать мне подобных сюрпризов.Ты мог бы соврать, что мы улетаем куда-то в Сибирь или на Дальний Восток.Необязательно было говорить про Эдинбург.

— А если бы она захотела полететь в Сибирь? —поинтересовался Эдгар. — Ты ведь знаешь ее характер. Она вполне могла полететькуда-нибудь в Якутск. Что бы ты тогда делал?

— Полетел бы за ней. Ладно, закончим. Только учти, что вШотландии тебе придется все время меня выручать. Сам виноват, не нужно былоничего рассказывать.

— Только не звони ей сегодня. Она хочет сделать тебесюрприз, — напомнил Вейдеманис.

— Не позвоню. Надеюсь, что это ваш последний сюрприз.

На следующий день они вылетели в Лондон. Сделав короткуюостановку в Хитроу и переехав из четвертого терминала в первый, они вылетели ввосемь вечера в Эдинбург, чтобы через час прилететь в Шотландию. Получивчемоданы, они взяли такси и отправились в отель. После двух перелетов Дронгочувствовал себя не очень хорошо, тем более что во время последнего рейсасамолет трясло изо всех сил. До отеля «Георг Интерконтиненталь» от аэропортабыло около тринадцати километров, и они довольно быстро оказались на месте.Дронго вошел в холл отеля, оглядываясь по сторонам. Подошел к стойке портье.

— В моем номере еще никто не остановился? — уточнил он.

— Нет, — ответил портье, — никто не приезжал. Но ваш номерготов, сэр, и вы можете к себе подняться. Фрукты и шампанское от нашего отеля.

— Спасибо, — он достал телефон, набрал номер Джил. Иразочарованно опустил руку. Телефон был выключен, возможно, она еще была ввоздухе.

Он попрощался с Эдгаром. Его беспокоило молчание Джил, онадолжна была оказаться в Эдинбурге гораздо раньше их. Он забрал ключ, открылдверь в свой номер. И сразу услышал ее голос:

— Я жду тебя с трех часов дня.

Джил бросилась ему на шею. Он всегда испытывал некотороечувство неловкости в ее присутствии. Какое-то подсознательное чувство вины. Онне мог просто так остаться рядом с ней, поселиться в Риме, где жила Джил и двоеих детей. Джил была из состоятельного и известного дворянского рода графовВальдано. Он вполне мог остаться и жить в этом римском доме, вдали от всехтревог и волнений. Но ему казалось постыдным оставаться в огромном особнякесвоей супруги, фактически на ее иждивении. И хотя он был далеко не беднымчеловеком, а продав свои квартиры в Москве и в Баку, мог вполне вложить большиесредства в какое-то дело в Италии и открыть собственный бизнес, он избегалподобных соблазнов. Они казались ему недостойными взрослого и здоровогомужчины, который обязан кормить свою семью и заботиться о своих близких. Может,поэтому он чаще оставался один и не отказывался от частных расследований. Ноиметь при этом рядом с собой семью было бы непозволительной роскошью. И ему ненравилось, когда Джил иногда решалась прилететь к нему, чтобы провестинесколько дней рядом с ним.

Он обнял ее, вдыхая знакомый аромат ее парфюма, ее роскошныхволос. Она подняла голову.

— Ты, как всегда, меня обманул, — укоризненно произнеслаДжил.

— Почему обманул? Я еще несколько дней назад даже неподозревал, что прилечу в Шотландию. Насколько я помню, это одно из твоихлюбимых мест.

— Поэтому ты хотел скрыть от меня свое путешествие вШотландию, — шутливо погрозила ему Джил.

— Я приехал сюда не путешествовать, — пожал он плечами.

— Мне уже рассказали, — она отпустила его, сделала шагназад, — мне уже рассказали об убийстве в замке Гоффорда. Там какой-то русскийолигарх зарезал свою подругу, и ты приехал, чтобы выручить его. Извини, но мнекажется, что такой мерзавец просто обязан сидеть в тюрьме.

— Начнем сразу с нашего дела. — Дронго устало сел в кресло.Он услышал, как в дверь позвонили. Джил пошла открывать. Молодой человек вфирменной одежде внес чемодан, получил чаевые и, поклонившись, удалился.

— Кто тебе обо всем рассказал? — спросил Дронго.

— Ты забыл, что я училась в Великобритании, — напомнилаДжил, — у меня полно друзей не только в Лондоне, но и в Эдинбурге. Междупрочим, завтра мы приглашены на ужин к лорду…

— Завтра я поеду расследовать случай, произошедший в замкеГоффорда, — перебил ее Дронго. — Теперь дальше. Тебе рассказали неправду. Никтои никого не резал. Дело в том, что этого русского олигарха, как ты его назвала,обвиняют в убийстве. А он отрицает, что убил свою знакомую. Кто-то в неевыстрелил из его пистолета. Но он уверяет, что сам не стрелял. Вот поэтому ясюда и приехал. Может, он действительно не виноват.

— Английская полиция должна была все проверить. Не можетбыть, чтобы они арестовали невиновного человека. Они такие профессионалы.Наверно, они проверили это оружие.

— Проверили, — устало согласился Дронго, — и тамдействительно нашли его отпечатки пальцев. Но только на стволе. А на рукояткеих не было. И на курке их тоже не было. Он же не мог стрелять, держа оружие заствол. И пистолет нашли выброшенным в окно совсем с другой стороны. Ты и правдасчитаешь, что мы должны обсуждать этот вопрос в первые минуты нашей встречи?

Джил замерла. Повернула голову.

— Извини, — сказала она, — я не хотела тебя обидеть. Простомне показалось обидным и несправедливым, что такой человек, как ты, долженвыгораживать преступника. Это было бы не совсем правильно.

— Я пытаюсь установить истину, — мягко возразил он,поднимаясь и обнимая Джил, — кажется, я готов отправиться в ванную после этихдвух перелетов.

В этот момент позвонил его телефон. Он достал аппарат,нахмурился, покачал головой.

— Я не успел позвонить, — прошептал он.

Телефон продолжал звонить.

— Из дома? — поняла Джил.

Он кивнул.

— Да, — ответил Дронго, — я слушаю тебя, папа.

— Ты прекрасно знаешь, что мы всегда волнуемся, когда тыкуда-то летишь, — услышал он в трубке голос отца, — у нас уже два часа ночи, имы с мамой не спим, ждем, когда ты позвонишь. Раньше ты не забывал позвонитьсразу после прилета. А теперь стал забывать.

— Так получилось, — виновато ответил Дронго. Ондействительно звонил родителям и Джил сразу после каждого перелета. А сегоднязабыл. Ему было стыдно, что он не позвонил прямо из аэропорта, но он большедумал о приезде Джил и совсем забыл позвонить в Баку.