Безмятежное зло - Яна Розова

– Это Хвостов.

– Что сказал?

– Лада убита. Хочет, чтобы я завтра дал показания. А сейчас – сидел дома и не мешал экспертам на месте преступления.

– Так не пойдет! – Возмутилась Феня. – Я хочу увидеть, как ее убили!

– Место убийства, – поправил детектив.

…И они увидели все, что хотели. С самым недовольным видом Хвостов разрешил детективу и консультанту войти в квартиру Лады. Мрачного вида криминалист выдал детективам бахилы, показал, где можно стоять и куда ходить, а сам вернулся к своим делами.

– Замок не сломан, – заметил Валерка тихонько. – Сама убийцу впустила.

Феня уже побывала в квартире Лады, похищая ноутбук Вадима. Только в тот раз она не успела оценить интерьеры – спешила удрать с добычей. Теперь же время нашлось на все.

Оглядевшись, Феня поняла, что в квартира Лады вполне подошла бы и для Эллочки Людоедки. Как и Эллочка, Лада мечтала жить в роскоши, но средств на то не имела. Осваивая суммы, которые ей удавалось выцарапывать у мужа, она украшала жилище заплаточным методом: простенькие флизелиновые обои уродовали неряшливые проплешины, а вот занавески в гостиной выглядели так, будто их сперли из Версаля времен мадам Помпадур. Резной индийский столик с обиженным видом соседствовал с креслами из польского гарнитура конца эпохи застоя. Светильник со стразами Сваровски рассыпал брильянтовые брызги по давно не беленому потолку.

В спальне Феня увидела тело Лады. Увидев, забыла о дурном вкусе погибшей – это не повод убивать человека. Тем более – так жестоко…

Окончив осмотр и не сняв перчаток, патолог делал записи в блокнот.

– Она сопротивлялась? – Спросил Валерка, присаживаясь рядом с ним на корточки.

– Да, и весьма активно, – патолог протянул детективу локоть для рукопожатия. – Семь ножевых ран и только одна – смертельная. Все раны, кроме этой, поверхностные. Она убегала – он догонял. Вот тут она упала, возможно, поскользнувшись на собственной крови. И он вонзил нож в область печени.

Феня содрогнулась от ужаса, стараясь не думать, как была испугана перед смертью эта красивая женщина.

В соседней комнате один из оперативников разбирал бумажки в секретере. У столешницы валялся перевернутый стул, поэтому Феня решила, что до прихода убийцы Лада сидела здесь. Здесь же лежали документы, кошелек, ключи и косметичка погибшей. Осмотренные клочки бумаги оперативник бросал на пол. Феня присела рядом.

В бумажной горке скопилось множество чеков – из гастрономов и магазинов одежды, аптеки и (фанфары!) из оптики! За день до убийства мужа Лада покупала цветные линзы. Запоздавшая улика подтвердила сговор между убийцами.

С самым равнодушным видом Феня отдала чек Валерке, а он – Хвостову. Змеиные глазки расширились, но поблагодарить следователь позабыл.

… – Чертов мерзавец этот Хвостов! – заявил Валерка, когда они с Феней погрузились в его «Патриот». – Он только сейчас понял, что Лада организовала убийство мужа, но сделал вид, что знал это давно!

Разговор происходил в машине Валерки, который раздраженно курил и все бубнил про вредность Хвостова. Присмотревшись к другу, Феня вдруг поняла – дело не во вредной игуане, детектив нервничает по другому поводу, а поделиться проблемой не желает. И если так, то расстроили его какие-то вещи, связанные с его женой, то есть, Фениной сестрой Майей. А что с Майей не так?.. Кажется, теперь, когда Майя находится в колонии, ничего «не такого» произойти уже не может.

– Я поеду к Олегу, – сказал Валерка. – А ты, давай, домой.

– Но зачем тебе к нему?.. Пусть туда полиция едет!

Нехотя Валерка признался:

– Олег позвонил мне, пока ты в мусоре Лады рылась. Он не собирался Ладу убивать, хотел, чтобы она перестала его закапывать. Они поссорились и… Он хочет, чтобы мы помогли ему избежать пожизненного срока, нашли адвоката, собрали улики и так далее. Готов заплатить.

– Теперь он твой клиент?..

– Знаешь ли, меня еще никогда не нанимали убийцы…

Бывший муж резко остановил машину у Фениного подъезда. Феня вышла, «Патриот» рванул прочь. Небо было темно-серым, воздух – остро-холодным. Неожиданно тишину утра прорезал вой сирены «скорой», которая пронеслась по дороге за спиной.

Варька уже встала, а часы на кухне показывали 6.15. Она пила чай, грызла сушки, обнаруженные в глубинах холодильника, и читала книгу о правильном питании. Приезду хозяйки девочка обрадовалась:

– Феня, я пью чай без сахара! Я начала худеть!

– Вот и молодец. Книга понятная?

– А то…

Пока хозяйка переодевалась, гостья приготовила для нее чай.

– А почему мама назвала тебя асексуалом?

Феня поперхнулась чаем.

– Кхе… гм… ну…

– Феня, я не маленькая! Если слово с корнем «секс», то вы, взрослые, просто давитесь от ужаса! От разговора я не развращусь!

– А от чего развратишься?

– От вашего ханжества!

Фене вдруг стало легко говорить – ханжой себя чувствовать совсем не хотелось.

– Весомо. Хорошо, я скажу тебе, почему я асексуал. Просто я не хочу никаких брачных отношений, мне и так хорошо.

– Но это ненормально!

– Это не сразу пришло. Сначала я была почти как все, только почему-то не влюблялась в твоем возрасте. В институте я подружилась с Валерой, отцом моих племянников, решила, что это и есть любовь, и вышла за него замуж. Но он влюбился в мою сестру, а я вдруг поняла, что мне одной очень даже неплохо. Насчет нормальности скажу, что асексуальность ненормальна для целого общества, а для одного из нескольких тысяч индивидов – вполне нормально.

– Просто ты боишься полюбить, чтобы потом тебя не бросили и не сделали больно!

– Это умный вывод. Только не для меня. Конечно, я чувствую обиду, восторг, радость, но не влюбляюсь, не ищу отношений. А чтобы быть как я, нужно точно знать, что именно такой образ жизни тебе подходит, что ты хочешь вот так проводить дни и ночи. Поняла?

Варя кивнула, а потом спросила:

– Ты поможешь мне похудеть?

– С большим желанием. Только сначала высплюсь, хорошо?

Выспаться, как мечталось, Фене не удалось. Едва она задремала, как пришла Наташа. Подруга понятия не имела, что полночи Феня провела на месте преступления, а Варя не догадалась предупредить маму.

Пришлось Фене встать.

Разговор вышел сумбурным, но не сердитым. Как и предвидела Феня, Наташа винилась за «стерву» и больше ссориться не хотела. И вообще, от Фени никто ничего не требовал, все претензии Наталья предъявила к неблагодарной девчонке, своей дочери. Но и тут ссора не случилась – Варька уже успокоилась, и обида на мать, родившую ее толстушкой, слегка разветрилась.

Через полчаса Варька и Наталья удалились. К этому моменту спать Фене уже расхотелось, при этом она ощущала себя вялой и разбитой, будто ее переехал трактор. Помочь могла только йога. Расстелив коврик, обрядившись в шорты и майку, Феня приняла позу лотоса и закрыла глаза.