Ярость валькирии - Ирина Мельникова

Кирилл сначала посмеялся, а после подумал: сколько проблем можно было бы решить, делая предупредительный выстрел в голову. Поймать бы, к примеру, этого гада, что режет женщин, и раза два пальнуть ему промеж глаз. Или три. Очень хорошая профилактика!

Поднимаясь на лифте на седьмой этаж, Кирилл думал о том, что вряд ли теперь получится отвезти Женьку в автосалон, и хорошо, что он не успел позвонить Юле с утра. Пробки к вечеру если и уменьшатся, то ненамного, а раньше он просто не освободится.

Лифт остановился. Миронов вышел на площадку и сразу увидел приоткрытую дверь. Посторонние мысли улетучились мгновенно. Майор подобрался, как перед решительным броском. Запахи горя и отчаяния витали в подъезде. Кирилл шагнул через порог и кожей ощутил беду.

Дверь из просторной прихожей с зеркальными шкафами и полосатыми персидскими кушетками вела в гостиную, но там никого не было. Кирилл бегло оглядел большую квадратную комнату, пол которой устилал белый, с длинным ворсом ковер, и подумал, что в его берлоге белый ковер очень быстро стал бы серым, невзирая на все старания Ольги поддерживать чистоту. Здесь же веяло совершенно другой жизнью, другими деньгами, на которые покупались дорогая итальянская мебель, картины в тяжелых рамах, экзотические растения, шикарные шторы на окнах, телевизор в половину стены. В кресле лежала кудрявая болонка. Она подняла голову и с тоской глянула на Миронова, а он неожиданно подумал: «Вот и осиротела без хозяйки!» Почему-то ему было неловко перед собакой. Развернувшись, Кирилл пошел на голоса, доносившиеся из кухни, вернее из просторной столовой, совмещенной с кухней.

Капитан Навоев из следственного комитета опрашивал двоих: небритого мужчину лет пятидесяти с нервным худым лицом и девушку лет двадцати пяти — растрепанную, пухлощекую, с заплаканными глазами. Девушка покосилась на Кирилла и шмыгнула носом, который тоже покраснел от слез. Кирилл перевел взгляд на мужчину.

Муж! А девушка — дочь погибшей! Наверняка вчера вечером долго ждали ее возвращения, но так и не дождались, звонили на мобильный, но, увы, телефон молчал. Кирилл поймал взгляд следователя, кивнул на паспорта, которые лежали с краю стола. Навоев дернул подбородком в ответ и переключился на родственников погибшей.

Майор взял паспорта.

Погибшую звали Тамарой Ильиничной. Мужа — Анатолием Леонидовичем, а дочь — Ларисой Анатольевной. И фамилия у них была общая — Чупиловы, и регистрация по одному и тому же адресу. Значит, и здесь маньяк не изменил своей привычке: подкараулил жертву буквально на пороге ее дома. Кирилл вернул паспорта на стол и, опершись на дверной косяк, замер, слушая ответы дочери и мужа, надеясь, что сможет выловить в них нечто рациональное.

— Ваша жена всегда так поздно возвращалась? — спросил Навоев. — Кстати, вы в курсе, как она до дома добиралась? На своей машине или на такси?

Чупилов молча сжимал и разжимал кулаки и тупо смотрел перед собою. Вопрос он точно не слышал.

— На своей машине она только летом ездила, а зимой или на такси, или на служебной. А задерживаться стала только последнюю неделю, — вместо отца ответила Лариса и всхлипнула. — Говорила, что после праздников много документов скопилось.

Кирилл глянул через плечо следователя в протокол и прочитал, что Тамара Чупилова служила в городской администрации в хорошей должности — начальником архитектурно-строительного отдела. А там, как известно, почти не бывает энтузиастов трудиться сверхурочно. После пяти вечера в казенных кабинетах задерживались лишь мелкие служащие. Поэтому заявление дочери погибшей, несомненно, насторожило майора. К тому же появилась слабая, но зацепка — такси!

— Что за такси она обычно заказывала?

Лариса пожала плечами:

— Года три уже как «Скороход». Диспетчеры ее хорошо знали и всегда быстро подавали машину.

— Какое такси? Мужик у нее появился. На стороне! Он ее и подвозил, что тут скрывать? — буркнул Анатолий и подтвердил подозрения Миронова, что не все так невинно с задержками Чупиловой на работе. Зато к звену «Таксист» короткой пока цепочки подозреваемых автоматом прицепилось еще одно — «Любовник».

Дочь вскинулась и гневно вскрикнула:

— Папа! Не болтай чепухи!

— Что папа? — взвился Анатолий. — Говорю вам: любовник у Томки был. Она домой возвращалась, как сытая кошка, довольная, глаза блестели. Белье кружевное стала носить, это зимой-то. Не боялась, что застудит нижний этаж! — и яростно стукнул кулаком по столешнице. — Допрыгалась, дрянь блудливая!

— Папа! — Дочь зашлась в плаче. — Как ты можешь… так… о маме!

— Могу! — с вызовом выкрикнул Анатолий и вскочил со стула. — Имею право!

Он снова взмахнул кулаком, но потерял равновесие и едва не свалился на Навоева, который вовремя отклонился и подхватил со стола бумаги. Майор понял, что хозяин квартиры пьян в стельку и что, похоже, у них появился главный подозреваемый.

— Вы ночью из дома выходили? — быстро спросил Кирилл, не давая Чупилову опомниться.

Тот неопределенно мотнул головой, что могло означать и «да» и «нет».

— Выходили! — ответила Лариса. Она перестала плакать и лишь без конца вытирала платком глаза и нос. — По очереди. Я — чаще, потому что сильно беспокоилась. Но на улице такой густой снег шел, сугробы повсюду. Я возле подъезда постою и — домой! Кто знал, что мама… — Она судорожно сглотнула. — Что мама совсем рядом лежала… А папа… Один раз всего выходил! Часов в десять вечера. Просто он… Ну…

— Выпил? — уточнил Навоев. — Просто немного выпил? Или все-таки много?

— Да, выпил! — рявкнул Анатолий. — С соседом! Кому какое дело? Мы, может, развестись хотели! Когда она не пришла, я подумал, что она у мужика своего до утра осталась и домой не вернется.

Несмотря на сильный сивушный выхлоп, Анатолий излагал свои мысли связно. Мужчиной он был высоким и крепким, кулаки — внушительными. Такому хватило бы сил сжать горло супруги пальцами, и она испустила бы дух. Резона кромсать ей лицо в клочья у него явно не было. Однако ж следовало проверить Анатолия Чупилова на факт знакомства с остальными жертвами.

— Есть еще вопросы? — недовольно глянул Навоев.

— Буквально парочка! — ответил майор и спросил: — Вы знаете мужчину, с которым, по вашему мнению, встречалась жена?

Анатолий и Лариса отрицательно качнули головами. Дочь гораздо быстрее отца, да к тому же отвела взгляд в сторону. Кирилл немедленно взял это на карандаш. Уж если кто в семье и был в курсе нежного увлечения матери, то, скорее всего, дочь Тамары Чупиловой.

Навоев нервно дернул щекой и с недовольным видом уставился на Миронова, видно, терпение истощилось, но тот снова быстро спросил:

— Ваша мама принимала сердечные средства?

— Да, — тихо ответила Лариса. — В детстве она болела ревматизмом. А в последнее время часто случались сердечные приступы. Она дважды ездила в Израиль, в клинику, лечилась там, но лучше не стало.