Наследство Марко Поло - Наталья Александрова

– Кто этот друг? – взволнованно осведомился Рустичано.

– Он не велел говорить! – отрезал тюремщик.

– Но я должен знать, чье вино пью…

– Успокойся, друг! – остановил его господин Марко, отрывая ножку от каплуна. – С нас довольно того, что мы не умрем с голоду. А этот друг, думаю, найдет случай представиться.

Едва закончив трапезу, Рустичано достал свои письменные принадлежности и повернулся к товарищу по несчастью:

– Продолжайте свой рассказ, господин Марко! Вчера вы закончили на том, что отправились из Бухары вместе с татарским посланником…

– Совершенно верно… Никколо, Матео и Марко покинули Бухару вместе с послом хана Хулагу и отправились на северо-восток. Много разных диковин видели они по пути, о чем я расскажу тебе в свое время. По прошествии года они пришли наконец в город Ханбалык, столицу великого хана.

Великий хан Хубилай – правитель и государь всех татар во всем мире, владыка множества царств, городов и селений, повелитель великой империи, занимающей почти всю Азию. Пришли Никколо, Матео и Марко к великому хану, и принял он их с почетом и удивлением, ибо прежде никогда не видел он латинян. В их честь устраивал он пиры и праздники и одарил их драгоценными подарками. И итальянцы тоже одарили великого хана, чем могли, и отвечали на его вопросы.

Великий хан спрашивал их о королях и императорах, о порядках и обычаях христианского мира, особенно о Его Святейшестве. И Никколо отвечал за всех и рассказывал великому хану о том, что знал, особенно же – о Его Святейшестве папе, и о Святом престоле, и о порядках в Риме, и передал ему грамоты Его Святейшества, и передал на словах то, что в грамоте не уместилось.

И великий хан был милостив и спрашивал еще о многом, что его занимало.

Когда же Никколо замешкался с ответом и не знал, что сказать, Марко, его юный сын, подсказал отцу правильный ответ.

Тогда великий хан обратил на него внимание и спросил Никколо, кто этот смышленый юноша.

– Это мой сын Марко! – отвечал Никколо с гордостью. – Мой сын и твой верный слуга!

– Добро пожаловать! – сказал великий хан.

Он устраивал ради своих гостей богатые пиры и многие праздники и был к ним очень милостив.

Марко же не терял времени зря и очень быстро научился татарскому языку и всем четырем азбукам, которыми пользуются в государстве великого хана. И когда великий хан увидел, какой он ловкий да смышленый, приблизил к себе Марко и наделил его своей милостью, и одарил его великими подарками, и давал ему разные важные поручения, чтобы проверить его верность и способности. И когда он убедился в его верности и смышлености, он послал его гонцом в далекую страну, до которой шесть месяцев дороги.

И Марко отправился в путь и сделал все, что велел ему великий хан, быстро и толково.

А когда Марко был при дворе великого хана, он видел, как к нему приходили посланники, и они докладывали государю о своих делах и о том, как исполнили его поручения. Но никогда не рассказывали, что видели в дороге и в иных странах, и великий хан был этим недоволен и называл своих посланников глупцами и невеждами.

Поэтому, когда Марко вернулся ко двору, он рассказал великому хану не только о том, зачем его посылали, но и о том, что видел в той стране, об обычаях и порядках, там заведенных, о жителях страны, о тех зверях, что там водятся, и о растениях, что там произрастают.

И великий хан был очень тем доволен, и хвалил Марко, и одарил его дорогими подарками, и приблизил к себе, как никого другого. И все, кто слышал его рассказ, хвалили Марко и говорили промеж себя, что он умен и смышлен не по годам и что будет он великим человеком.

И с тех пор стали его называть господином Марко Поло…

Господин Марко перевел дыхание и продолжил свою повесть.

– Надо сказать, что Марко провел при дворе великого хана целых семнадцать лет, и великий хан был им очень доволен и часто посылал его в разные страны с важными поручениями, потому что знал, что он и поручение исполнит, как подобает, и расскажет по возвращении много интересного о тех странах, где побывал.

И так полюбил господина Марко великий хан, что осыпал он его своими милостями и одаривал подарками, как мало кого из своих приближенных, и многие от такой милости стали господину Марко завидовать.

А надо сказать по правде, что в стране великого хана был такой порядок: когда кого-то посылали с поручением, то непременно давали ему дощечку, на которой татарскими письменами написано, чтобы по всей земле тому человеку не было задержек и чтобы помогали ему, чем нужно, и давали бы тому человеку ночлег, и коней, и продовольствие. Дощечка та называлась пайцза, и человек, которому она дана, носит ее на шее с великим почтением и бережет ее как зеницу ока. И если посылали с поручением простого воина, то пайцзу ему давали деревянную, если посылали сотника или тысячника, то пайцза была серебряная, если посылали темника – так в стране великого хана называют того, кто командует десятью тысячами воинов, – то пайцза у него золотая. Если же посылали начальника над большим войском, или знатного князя из рода великого хана, или другого важного государева вельможу, то пайцза была золотая с тигриною головой, и написано на ней было, чтобы все повиновались владельцу той пайцзы как самому великому хану.

И надо сказать по правде, что когда великий хан посылал господина Марко в далекие страны, то непременно давал ему золотую пайцзу, какую положено давать темнику.

В камере начало темнеть, и Рустичано с сожалением прервал свои записи…

Раздался гонг, призывающий пассажиров на ужин. Соня с сожалением оторвалась от книги.

К ужину капитан выдал из собственных запасов бутылку греческой водки под названием «узо» и лично налил Соне большую рюмку. И чокнулся с ней за удачное ее спасение: как видно, ему не давала покоя мысль, что Соня на берегу пожалуется в круизную компанию.

После водки все пассажиры необычайно оживились, заказали еще вина, и вечер закончился танцами на палубе. Две сестрицы явились к ужину в одинаковых платьях в цветочек, только у одной цветочки были голубые, а у другой – розовые. У кого уж там были какие цветочки, у Кэти или Хэти, никому из пассажиров не приходило в голову выяснять.

Соню пригласил пару раз тот самый англичанин, бывший моряк, танцевал он несколько старомодно, но хорошо. Алекс, как обычно, отбивался от сестер, Соня смотрела на него с непонятным самой себе злорадством.

Ночью наступила разрядка. Едва Соня закрывала глаза, перед ней оказывалось лежащее на тропинке тело долговязого злодея, и кровь впитывалась в песок. Когда Соня с трудом уснула, ей приснился тот же злодей, она подкрадывалась к нему, чтобы вытащить нож и перерезать веревку, а он вдруг вскочил и схватил ее за плечо. Соня беззвучно закричала во сне и проснулась.