Цвет боли. Бархат - Эва Хансен

Фрида не стала ждать, пока она придумает, как бы возразить, и отключила телефон.

Вымыла все чашки, для чего пришлось приложить немало усилий, потому что все засохло, а пакетики с чаем в двух чашках даже покрылись серым налетом, потом кофемашину, протерла столик, за которым вообще-то собирались пить кофе и чай, но который был завален непонятно чем, потом секретарский стол, выбросив в корзину множество использованных зубочисток, скомканных салфеток и даже… упаковку от презерватива (о боже, неужели она занималась этим прямо здесь?!).

Потом отправила три письма-отчета, которые Луиза должна была отослать еще утром, сварила себе кофе и села в кабинете размышлять.

Похоже, не только на Луизу, но и на Бритт рассчитывать не стоит, у нее голова занята своими проблемами. Значит, придется справляться самой, обеим подругам — Бритт и Линн — деньги не нужны, но у Фриды все равно не было финансовой возможности нанять настоящих детективов, да и дел для них не было. Создать агентство еще не все, нужно, чтобы у него была работа.

Допивая кофе, Фрида уже решила, что справится сама. Конечно, работать в одиночку неудобно и даже опасно, но ничего другого не оставалось. Магнус, конечно, помощник, но он не может работать постоянно, только время от времени.

— Ничего, справлюсь! — успокоила себя Фрида, закрывая дверь своего небольшого агентства.

Она вспомнила о непонятном интересе Петры к Линн, надо бы спросить у Бритт, может, знает, в чем дело…

Бритт дома не было, ее ноутбук стоял на месте. Куда это она отправилась общаться со своим Юханом?

Фрида успела приготовить ужин, ответить на два звонка, которые были сделаны в агентство (снова неверные супруги, и чего людей так тянет наставлять друг другу рога или подозревать мужей просто из-за наличия симпатичной соседки?), и даже посмотреть телевизор, когда в двери начал поворачиваться ключ.

— Бритт, это ты?

— Я, кто же еще? Или ты любовника ждешь?

— Угу, и окликаю его твоим именем. Ты почему так долго?

— Он меня достал! — Бритт привычно плюхнулась на диван с ногами.

— Чем? — Фрида постаралась сдержать улыбку, прекрасно понимая, что подруга обидится, если заметит.

— О господи, можно я уже встречу нормального мужчину, а?

— Ну, что случилось, чем Юхан тебя так задел?

— Требует переехать к нему. — Оскорбление, видно, было велико, на глазах у бедолаги даже выступили слезы. Интересно, что могло Бритт так напугать в предложении жить вместе, Юхан ее тащит не в ратушу и не на венчание, а дома она уже бывала. Подруги подробно не расспрашивали, но до сих пор жилище приятеля не пугало ее до смерти.

Фрида осторожно уточнила:

— У Юхана крошечная клетушка под лестницей, угол в подвале или он вообще живет в неотапливаемом гараже?

— Какой гараж? — изумленно уставилась на подругу Бритт. — А… нет, он хочет, чтобы я переехала не в его съемную берлогу, а в дом, ну, тот, что у них с сестрой на двоих.

Та-ак… это уже серьезная заявка. Юхан решил взять подругу в руки. Честно говоря, давно пора, они с Бритт то разбегаются навсегда, которое длится пару недель, то решают начать все сначала. Судя по всему, предстоит очередная попытка, только на более серьезном уровне.

Это хорошо и плохо одновременно. Хорошо, потому что есть надежда, что Юхан все же сумеет прибрать Бритт к рукам и у них все получится. Давно пора, Линн права, упоминая о возрасте Бритт, необязательно, чтобы она выходила замуж, но обязательно иметь личную жизнь. Фрида сама страдала из-за ее отсутствия, редкие встречи с давним приятелем, ныне обремененным семьей, не в счет, это скорее физиологическая потребность.

Плохо, потому что, если у Юхана и Бритт наладятся постоянные отношения, она перестанет работать, Бритт не умеет что-то делать наполовину, работа ей нужна не ради заработка — из подруг заработок актуален только для самой Фриды, — Бритт участвует в расследовании ради самовыражения. Занявшись организацией новой жизни, Бритт попросту бросит сыск.

И все же Фрида готова вести дела сама или взять кого-то в помощники, только бы подруги были счастливы. Одиночество — это страшно, можно быть занятой с рассвета до полуночи, но после полуночи все равно наступает время, когда все с кем-то, а ты одна. Фрида не из тех, кому нужен мужчина под боком ежедневно, она способна обходиться без таких «изысков», как разбросанные по квартире мужские носки или забытый на раковине открытый тюбик пены для бритья. Ей не нужен еженощный партнер в постели, которому часто наплевать на твое состояние. Она сама способна заработать на жизнь, починить кран или сменить лампочку в светильнике, тем более многие мужчины и этого не умеют. Но это не значит, что остальные должны жить так же.

У Линн с ее Ларсом все в порядке, то, что она взбрыкивает, требуя уважения, — это нормально, с этим они разберутся, через худшее прошли. А вот Бритт никак не найдет свою половинку. Фрида вовсе не была уверена, что Юхан является таковой, скорее наоборот, но подруга должна убедиться сама и прекратить отношения, а не тянуть резину, потому что, порвавшись, эта самая резина имеет свойство больно шлепать того, кто ее тянул.

Оказалось, что Юхан предлагал Бритт перебраться в дом, в котором жила его сестра с мужем и двумя сорванцами шести и трех лет. Половина дома принадлежала ему, места больше чем достаточно, район прекрасный…

— Зачем?

Бритт кивнула:

— Этот вопрос задала и я. Оказывается, там я буду под присмотром, меня будет кому время от времени выгуливать, например, в ресторан или в кино… это когда он в отъезде.

Фрида уже все поняла, нет смысла продолжать не только этот разговор, но и отношения с Юханом.

— Я знаю, подруга, — рассмеялась Фрида, — что ты мазохистка и способна сидеть в комнате, оклеенной обоями в цветочек, любуясь портретом любимого и слушая вопли его племянников, дерущихся подушками, но как долго? Тебя больше чем на пару вечеров не хватит, потом ты вернешься сюда и будешь проклинать попытку несколько месяцев. Конечно, можешь попробовать, твоя комната будет ждать тебя.

Она не стала ничего добавлять о работе.

Бритт услышала то, что захотела услышать, оживилась:

— Ты думаешь, стоит попробовать?

«Черт! Я вовсе не это хотела сказать», — мысленно огрызнулась Фрида, но только пожала плечами:

— Попробуй, если времени и сил не жалко.

— Так я перееду?

— Рискнешь? Поезжай.

— Зато не буду жалеть, что не попробовала. — В голосе столько благодарности, словно Фрида разрешила ей разорвать цепи, приковывавшие к скале, как Прометея. — Знаешь, я боялась, что ты обидишься.

— Ты сегодня переезжаешь?

— Да. Ты правда не обиделась?

— Бритт, только не давай там никаких обещаний, ладно?