Операция «Кристалл» - Фридрих Незнанский

Кондиционер вбирал в себя полуденный жар.

Реддвей и Турецкий влетели, как два смерча. Верней, торнадо по сравнению с ними был жалким ветерком.

– Итак, дети мои, нам всем подвалило работенки, – по-ковбойски оседлав стул, возбужденно объявил Реддвей. – Хватить играть в бирюльки, пора и потрудиться!

– Это мы уже поняли, – деловито сложил руки на груди Солонин.

– У него такой вид, будто Хуссейн сбросил на Израиль атомную бомбу, – шепнул Гарджулло на ушко Кати Вильсон.

Он и сам не предполагал, что случайно попал чуть не в самую точку.

– Полчаса назад в самом центре Тель-Авива сработало мощнейшее взрывное устройство, – объявил Турецкий.

– Жертвы? – подал голос Валериан Володин.

– Много жертв, – сжал пальцами нижнюю губу Реддвей. – Именно поэтому израильские коллеги за помощью обратились к нам. Мы уже получили данные с космического спутника, несколько четких снимков. Ознакомимся с ситуацией, определим, что к чему, и в путь.

– Когда? – не отрываясь от дисплея, спросил Фрэнки.

– Самолет уже ждет на взлетной полосе. Надо только домчаться до аэропорта в Инсбруке.

– Ненавижу самолеты, – поежился Мамонтов. – Убалтывает меня…

– Увы, телепортацию еще не придумали, – сочувствующе посмотрел на него Барагин.

…Однако этим поспешным сборам предшествовал разговор, который во многом и определил все дальнейшее развитие событий. А разговор этот вели политики самого высокого ранга, выше не бывает. Президенты Америки и России.

Созданный под эгидой ООН, но исключительно усилиями трех стран – России, США и Германии, «Пятый уровень» был, как это водится, на время благополучно забыт. А может быть, не забыт, может, президенты давали возможность команде как следует подготовиться к работе. Реддвею и Турецкому уже не раз приходилось пробиваться к высокому начальству с одной просьбой – используйте нас, мы готовы.

Однако даже операция в Боснии была полной самодеятельностью. Реддвею и Турецкому всякий раз отвечали, что, мол, их время еще не пришло, пусть себе спокойно живут, а когда понадобится – вызовут.

На сей раз все случилось с точностью до наоборот. Узнав о взрыве в израильской столице, первым забеспокоился американский президент. Конечно, терроризм – страшная вещь, а именно для борьбы с этим дьявольским злом и был создан «Пятый уровень». Но случавшиеся до этого не менее трагические события, связанные с террором, не вызвали такого беспокойства в Америке, как на сей раз.

Президент позвонил в Кремль и напомнил русскому коллеге, что созданная ими команда почему-то бездействует (!), не пора ли ее направить на настоящее дело.

Российский президент особого удивления американскому не высказал, но тут же запросил сведения о взрыве, узнал, что произошло в Тель-Авиве, узнал, что «Пятый уровень» уже давно просится в бой, и дал на то согласие.

С израильскими властями договаривался уже американец.

Русский же президент подумал, что у «вашингтонского саксофониста», очевидно, есть особые причины беспокоиться по поводу теракта. Впрочем, подумал об этом как бы вскользь, не заостряясь.

Дальнейшие события показали, что эта мимолетная мысль была в самую десятку.

И причин беспокоиться у русского президента было ничуть не меньше…

Команда переместилась в просмотровый зал, где на огромный видеоэкран подавалось цифровое изображение.

Снимки действительно были четкими. Все как на ладони. Обрушившиеся стены домов, развороченные автомобили и автобусы, огромная воронка посреди мостовой и люди… Живые и мертвые. Мертвых гораздо больше.

– По-видимому, взрывчатка была в припаркованном грузовичке вот здесь, – Турецкий ткнул указкой в эпицентр взрыва. – Разумеется, от него ничего не осталось. Версий может быть множество. Сейчас полиция опрашивает свидетелей, но…

Он замолчал, и все поняли, что на показания свидетелей рассчитывать не придется. Надо будет самим раскапывать, песчинку за песчинкой, собирать информацию, внедряться, вести наблюдение… Словом, применить на практике все те знания и навыки, что они получили в «школе».

Тягостному молчанию Турецкого можно было найти и еще одно объяснение – это было их первое настоящее антитеррористическое дело, не считая боснийского. И права на ошибку они не имели.

– Кто-нибудь взял ответственность? – нарушил тишину Солонин.

– Пока нет.

– Задницей чую, это «Хэсболла». Их стиль. У них жалость отсутствует как таковая.

– Может быть… – не стал возражать Турецкий. – Нам предстоит все это выяснить.

– А какая сейчас погода в Тель-Авиве? – осведомилась Маргарет Ляффон.

– Ох уж эти бабы… – закатил глаза Гарджулло. – Самое главное – узнать погоду, чтобы подобрать подходящие туфельки.

– Действуем по пятому варианту, дети мои, – сказал Реддвей.

В общем– то больше ничего объяснять было не надо. Пятый вариант -это когда все члены группы должны работать как бы порознь, каждый за себя. Никаких собраний и совместных действий. Разумеется, до тех пор, пока не поступит команда приступить к другому варианту.

– Я останусь здесь, – продолжал Питер, – буду держать с вами круглосуточную связь, а заодно попытаюсь выйти на ребят из ЦРУ, Интеллидженс сервис и других разведок. Наверняка у кого-нибудь да окажется кое-какая информация. Турецкий возьмет на себя контакт с ФСБ, ему в этом смысле проще. – Он выдержал паузу, после чего торжественно произнес: – И да поможет нам Бог!

Все поднялись и хором выпалили:

– Служим Отечеству!

– Каждый своему… – тихо добавил Гарджулло.

Лишь Фрэнки не изменил своего положения, остался сидеть, заложив ногу за ногу. Джек был одиночкой по жизни, ему было чуждо всяческое проявление коллективизма. Людям искусства, а он себя к таковым причислял, противопоказано ходить строем.

– А погода сегодня в Тель-Авиве сказочная, – проговорил Фрэнки, перелистывая страницы Интернета. – Вот, пожалуйста. Двадцать восемь выше нуля по Цельсию, солнечно, ветер южный, умеренный.

– Я успею заскочить за купальником? – взмолилась Марго.

– Я одолжу вам свои плавки, мадам, – хмуро процедил сквозь зубы Реддвей, но, смягчившись, ласково хлопнул девушку по упругой попке. – Ты иврит-то еще не забыла?

В 13.29 вылетели с аэродрома австрийских ВВС. В 15.54 приземлились на секретную посадочную полосу близ Тель-Авива и пожимали руку представителю службы Моссад Соломону Берковичу, встречавшему их у трапа.

– Восемьдесят шесть человек погибли, – искренне причитал статный мужчина лет сорока, по очереди пожимая руки бойцов. – Более двухсот ранены. Беркович Соломон, очень приятно… Дети, старики… Беркович… Торговый район, знаете ли, обеденное время… Соломон Беркович…