Теневой король - Владимир Колычев

Камерный авторитет смотрел на Вайса строго, но с добродушными искорками во взгляде.

– Василий я. Аникеев моя фамилия. За что попал? А просто попал. Не знаю за что, но попал конкретно… Менты – падлы!.. Или у вас так нельзя?

– Что нельзя?

– Ну, ментов падлами называть.

– Почему нельзя? – удивился «расписной». – Можно. Даже нужно.

– Гольцев – гнида. Околотов – чмо!

«Так им и передай…» Вайсу пришлось сделать над собой усилие, чтобы это продолжение фразы осталось при нем, а не было произнесено вслух.

Похоже, менты не собирались доводить дело до хамского насилия. Скорее всего, они решили сработать более тонко. Якобы авторитет угомонил толпу, как бы защитил Вайса, и на этом коньке он мог въехать к нему в доверие. Задача у него простая – разговорить Вайса, вытянуть из него всю нужную ментам информацию. Но не сможет он справиться с этой задачей, потому что Вайс его раскусил. Правда, уж чересчур откровенно выказывать это он не стал.

Хотя охотно вступил в разговор с «наседкой», даже рассказал, кто он такой и зачем приехал в город. Но при этом, конечно же, ничего противозаконного не делал. Может, и хотел навести в городе порядок, но не успел…

Поверил ему липовый авторитет или нет, но на Вайса собак спускать не стал. Потому что душонка трусливая, а значит, и продажная. Вайс – реальный авторитет и мог спросить за беспредел очень жестоко. Не сейчас, так потом. И подставные это понимали…

А ночью Вайса вызвал в продол дежурный по изолятору и передал ему сумку с вещами и провизией. Но самое главное, он получил от мента мобильный телефон. Правда, Ульяну звонить не стал, чтобы его не «спалили» камерные «наседки». И сумку вернул надзирателю по той же причине. Он не хотел, чтобы тот пострадал по доносу стукача. Связь с волей для него сейчас дороже всякого золота.

Не стал Вайс звонить Ульяну. Но и без того получил от него очередной привет. В кабинете, куда он был отконвоирован для допроса, его ждал адвокат.

В разговоре с ментами адвокат – важный аргумент. Вайс не раз в этом убеждался, потому и создал в свое время особую команду, в которую входили молодые адвокаты вроде Кости Нерестова. Вайс называл их «адвокатами быстрого реагирования». Задержали бойца с незаконным стволом в кармане, и Костя уже тут как тут. Где протокол? Где понятые? И все такое прочее… Потом в дело вступали более опытные адвокаты, которые в связке с прокурорскими разваливали дело на корню.

Эта система действовала до сих пор, но под спланированным и хорошо организованным натиском со стороны ментов адвокаты оказались бессильными. И все-таки Костя Нерестов добрался до Вайса. Два года прошло с тех пор, как он стал работать на братву, и за это время уже выбился в разряд серьезных адвокатов. Во всяком случае, сейчас он представлял «тяжелую артиллерию» и готов был вести дело до победной высоты.

– Ситуация достаточно сложная, – поглядывая на дверь, сказал Костя. – Фарадеев дал вчера показания, обвинил вас в покушении на свою жизнь.

Они вдвоем находились в кабинете старшего дознавателя, куда вот-вот должен был пожаловать следователь прокуратуры. Нерестов не был бы адвокатом, если бы не воспользовался этой нечаянной заминкой.

– Давай на «ты», чтобы не напрягало… – поморщился Вайс. – Значит, выжил этот жук.

– Как говорят врачи, состояние тяжелое, но стабильное. Жить будет.

– А чему ты радуешься?

– Это уже другая статья…

Костя хотел еще что-то сказать, но дверь вдруг распахнулась, и Вайс забыл и о нем, и даже о Фарадее. В кабинет вошла Марина. Высокая прическа, деловой костюм темно-серого цвета, туфли на низком каблуке, минимум косметики на лице, в руке изящный кожаный портфель. Строгая, официальная, взгляд хмурый, сосредоточенный, походка четкая, быстрая и экономная.

Она села за стол начальника, не глядя на Вайса, открыла портфель, достала оттуда папку, авторучку, представилась:

– Следователь городской прокуратуры Стельмах Марина Германовна. – И наконец-то посмотрела на Вайса – строго, непримиримо.

Ему пришлось взять себя в руки, чтобы скрыть, насколько он потрясен этой новостью.

Вайс не очень удивился бы, если бы Марина сказала ему об этом тогда, в поезде. Он бандит, она следователь прокуратуры – такая вот безобидная, в общем-то, ирония судьбы. Но ситуация с тех пор в корне изменилась. Вайса обвиняют в убийстве майора Мишина, ее жениха. Теперь он для нее враг, и она сделает все, чтобы отправить его за решетку…

Он мог бы избавиться от нее. Это просто, достаточно рассказать обо всем адвокату, и тот сделает все возможное, чтобы Марину признали заинтересованным лицом. Тогда ее просто-напросто отстранят от следствия.

Вайс понимал, насколько опасна для него Марина, но при этом ему не хотелось, чтобы дело против него вел кто-то другой.

– Очень приятно, – с натянутой улыбкой и прохладцей во взгляде сказал он.

– Что ж, тогда начнем. – Марина настороженно посмотрела на Нерестова.

Трудно было предположить, что она собиралась применять запрещенные средства дознания, но адвокат все-таки ее раздражал, и она не пыталась скрыть это.

– Костя, тут такое дело. Нам с гражданином начальником надо бы тет-а-тет поговорить.

Нерестов понял, что его выставляют за дверь, и недоуменно взглянул на Вайса. Неужели он собирался закрутить роман с этой женщиной? Но это как минимум глупо с его стороны! И, что скорее всего, бесполезно… Но Вайс все-таки выпроводил адвоката.

– Вашего адвоката зовут Костя? – едко усмехнулась Марина. – Просто все у вас, Василий Юрьевич.

– Профессия у меня такая, – с беспристрастным выражением лица парировал он.

– И какая же у вас профессия?

– Бизнесмен – моя профессия. Большой бизнес, большие деньги – это, знаете ли, упрощает отношение к людям. А Костю я знаю давно…

– Надо полагать, с тех пор, как бандитствовали в нашем городе.

– Я не бандитствовал, гражданин начальник. Я организовывал охранный бизнес.

– Я вам еще не «гражданин начальник». Вот когда осудят, тогда и стану им для вас.

– А за что меня могут осудить?

– За то, в чем вам выдвинуто обвинение. А обвиняетесь вы в покушении на убийство гражданина Фарадеева.

– Не знаю такого.

– Зато гражданин Фарадеев вас хорошо знает.

– И что он вам такого интересного рассказал?

– Пока ничего. Пока он смог только назвать ваше имя, гражданин Аникеев.

– Так и сказал, гражданин Аникеев?

– Нет, он назвал имя Вайс.

– И это дало вам повод предъявить мне обвинение?

– Пока это лишь предварительное расследование. Но мы уже можем составить обвинительный акт на основании показаний гражданина Фарадеева. Обвинение вам предъявлено, завтра вас отправят в следственный изолятор, чтобы вы не мешали проведению следственных мероприятий. Торопиться мы не будем, дождемся подробных показаний гражданина Фарадеева. А пока у нас есть показания сотрудников Госавтоинспекции, которые видели, как вы выбрасывали в реку предметы, похожие на оружие…