Мой друг Тарантино - Татьяна Полякова

— А почему нет? Допустим, Петра привезли на железку снамерением допросить, а этот самый шофер по какой-то причине не мог находитьсятам, где находился, или компания была неподходящей, у Петра это вызвалоподозрения, он каким-то образом выдал себя и поэтому был убит. А вслед за ним иМансуров.

— И что это за таинственный шофер?

— На этот счет соображения отсутствуют, — честносказала я.

— Ладно, о шофере поспрашиваем. Пока так: фирма с видусовершенно обыкновенная, хозяин сейчас в Германии, а «Чероки» вроде бы настоянке.

— Откуда его могли позаимствовать, — закончила я.

— Маловероятно, — усомнился Антон.

— Почему же? Хотя скорее всего ты прав…

Я мысленно вздохнула. На «Чероки» раскатывают Гришкиныребята и ищут нас, Пашка меня узнал и донес, теперь Гришка убежден, что я вгороде, и утроит рвение. А если этот гад за что-то берется всерьез… Неужтопридется бежать, так и не разыскав Таболина?

Я пригорюнилась и не сразу сообразила, что мы уже некотороевремя стоим напротив магазина «Океан». Как-то не верилось, что Антон явилсясюда за покупками, я вопросительно взглянула на него, и он пояснил:

— Вот в этом доме Витька живет… жил, — поправилсяон, а в его глазах на мгновение мелькнуло сомнение.

— Хочешь встретиться с его женой?

— Хочу, — подтвердил он, а я предложила:

— К ней лучше идти мне. Вы ведь не знакомы? Она можетиспугаться, завидев тебя на пороге, и ничего не расскажет.

— А тебе она все выложит?

— Почему бы и нет? Я объясню, что разыскиваю сестру.

— Если учесть, что как раз из-за твоей сестры Витьку ипристрелили, она просто обязана кинуться тебе в объятия.

— Хорошо, — кивнула я, — пойдем вместе.

На это Антон согласился.

Виктор жил на третьем этаже, дом не выглядел особореспектабельно, подъездная дверь, обитая железом, снабжена личиной, но внастоящий момент распахнута настежь. Мы вошли и поднялись в лифте на нужныйэтаж. Я позвонила, замерев напротив «глазка», однако ждали мы напрасно, из-задвери не доносилось ни звука, и открыть ее нам никто не пожелал.

Я прошла к двери напротив и вновь позвонила. Открыла мнемолодая женщина в купальном халате и с полотенцем на голове. Я улыбнулась,стараясь излучать максимум обаяния. — Простите, вы не подскажете, где… — Вэтот момент я сообразила, что имя Витькиной жены знать не должна, раз даже неподозревала о ее существовании, и плавно закончила:

— …Ваши соседи, Усольцевы?

— А кто вам нужен? — насторожилась женщина.

— Виктор или его жена.

— Они уехали, — торопливо ответила та, не реагируяна мою улыбку.

— А надолго? — не унималась я.

— Не знаю, они мне не докладывают…

— Видите ли, — вздохнула я и принялась вдохновенноврать:

— Виктор ведь шофером работает? Два месяца назад моймуж ему машину помял, милицию не вызывали, договорились, что муж компенсируетпричиненный ущерб. Полторы тысяча долларов. Мы принесли деньги, у Виктораостался в залог паспорт мужа. Паспорт срочно нужен, муж в командировку уезжает,а деньги мы принесли, — еще раз повторила я, чувствуя, что мой рассказженщину заинтересовал. — Простите, вас как зовут? — спросила я.

— Татьяна.

— Татьяна, может, они случайно говорили, куда поедут,дело действительно срочное, отказаться нельзя, а в командировку без паспорта непоедешь.

— Не знаю, чем вам помочь, — задумалась женщина искороговоркой добавила:

— Лера мне ни про какую аварию не рассказывала.

— Нам бы только паспорт, — гнула я свое и жалобносмотрела на нее.

— Знаете что, — решилась она, — Лера меняпросила приглядывать за квартирой, она иногда звонит, может, позвонит исегодня. Вы зайдите попозже.

— Спасибо, — поблагодарила я и отступила на шаг,женщина закрыла дверь, а я взглянула на Антона, который все это время стоял,точно воды в рот набрав. — Они подруги, — шепнула я, — и оназнает, где Витькина жена.

Все еще не говоря ни слова, Антон извлек свои отмычки ичерез тридцать секунд открыл замок. Эти тридцать секунд были для меня весьманеприятными — что, если в квартире нас ожидает сюрприз в виде многочисленныхродственников Татьяны? Или сейчас в прихожей под рукой у нее телефон и оназвонит в милицию? Хозяйка и вправду звонила, только Витькиной жене. Войдя вквартиру, мы услышали ее голос, доносившийся с кухни.

— Она сказала, полторы тысячи баксов… Может, паспорт ивправду где у вас валяется? Давай поищем, у тебя что, деньги лишние?

Не знаю, что ответила Лера, разговор закончился довольнобыстро, хозяйка повесила трубку, пробормотала «кошмар какой-то», и тутпоявились мы как материальное воплощение этого самого кошмара.

— Вы чего? — в первое мгновение удивилась женщина,а потом испугалась, метнулась к окну, что было довольно глупо, раз находилисьмы на пятом этаже. Антон в один прыжок догнал ее, схватил в охапку и швырнул намаленький диванчик, заметив с особенным выражением лица:

— Будешь дергаться, убью. — Грозил он совершеннонапрасно, Татьяна и без того была так напугана, что в любой момент моглахлопнуться в обморок. И что нам тогда с ней делать?

— Вы не бойтесь, — добродушно попросила я и первымделом дала ей воды. Пить она не смогла, подержала чашку в руках и поставила настол. Я села напротив и, улыбаясь, пояснила:

— Мы не те люди, которых надо бояться. Мы хорошие.Честно. Я никогда не вру. — Между прочим, год назад это было бы чистойправдой. — Вы знаете, где Лера, да?

Татьяна отчаянно замотала головой, покосилась на Антона и вужасе зажмурилась. Какого черта он на нее таращится, мог бы и в окно смотреть.

— Мы ничего плохого не сделаем, ни вам, ни вашейподруге. Нам надо ее найти поскорее, пока другие этого не сделали. Вот другихдействительно надо бояться.