Гадюка Баскервилей - Андрей Воробьев

– Послушайте, Холмс, давайте сразу же хотя бы коротко переговорим с этой сотрудницей по оказанию секс-услуг, – вмешался в разговор Ларин и, наклонясь к самому уху сыщика, закончил фразу шепотом: – А вдруг это и есть ваша барышня? Я имею в виду Энн Глюк.

Холмс немедленно остановился и, оценив предложение оперативника, двинулся в обратную сторону, к месту дежурного администратора…

Как и следовало ожидать, путана находилась в служебном помещении под неусыпным контролем мистера Джона. Причем охранник так рьяно исполнял свой долг, что бедной девушке ничего не оставалось делать, как завопить: «Невинова-атая я, он са-ам прише-ел!» Причем сделать это она успела прежде, чем разъяренная администраторша с не менее громким боевым кличем вцепилась задержанной в волосы.

Кое-как оперативникам с помощью Холмса удалось растащить всех по разным углам комнаты и приступить к получению объяснений.

Сударыня после заданной ей трепки выглядела испуганной и, запинаясь, пролепетала, что ее вызвал в номер клиент, передав записку через рассыльного (при этом администраторша зло сверкнула глазами и, исподтишка показав девице кулак, что не ускользнуло от Ларина, поджала губы). Путана, постучавшись, вошла в номер, где буквально с порога увидела, что из-под кровати торчат чьи-то ноги, а на полу – кровавое пятно.

– Я очень перепугалась, побоялась, что меня могут обвинить в том, что я убила этого рыжего и украла у него дорогой бумажник с деньгами и какими-то документами. Поэтому я сразу же, ничего не трогая, выскочила в коридор, а потом побежала вниз, к охране. Когда я нашла Джона, то сразу же обо всем рассказала…

– Ага, еще бы не рассказала, – вмешался в разговор здоровенный парень в форменной одежде, – только это не ты «натолкнулась» на меня, а я тебя поймал чуть ли не за задницу, когда ты пыталась свалить к выходу…

– Ну, это уже не имеет значения, – перебила мужчину путана, – я тоже не дура, чтобы себе приключения искать, да в «мокрые» дела ввязываться. А ты, козел, и рад при случае своими лапами похватать за всякие места!

Холмс на вопросительный взгляд Ларина лишь отрицательно мотнул головой, проститутка была оставлена дальше составлять компанию охраннику, а наши герои снова начали подниматься наверх.

В коридоре у злополучного номера бдительно дежурила горничная. Внутри аккуратно убранной комнаты распростерся труп мужчины. Его голова и туловище находились под кроватью, закрытой пледом, наружу вверх пятками высовывались лишь ноги в нечищеных штиблетах. Посередине помещения растеклась лужа крови, смазанная в направлении кровати.

– А убили-то, скорее всего, с помощью этого ножа, – задумчиво произнес Дукалис, заметив неподалеку от кровати, на полу здоровенный тесак, клинок которого был, как пишут в протоколах, «в пятнах темно-бурого цвета, внешне напоминающих кровь». – После убийства, очевидно, труп попытались затащить под кровать, чтобы он не был слишком заметен посреди комнаты. – Анатолий, приподняв плед, осторожно заглянул под кровать, посветив себе спичкой, и присвистнул: – Ого, судя по всему «замочили» с одного неслабого удара: там, кажись, дыра на спине, а лужа крови внизу.

Никаких вещей постояльцев или же следов борьбы видно не было…

В это время по коридору глухо загрохотала обувь нескольких человек, послышались решительные голоса, и в комнате появился тщедушный Лестрейд в неизменном клетчатом пальто и огромной кепке.

– О, Холмс! – воскликнул инспектор. – Как вам удалось появиться здесь раньше полиции? Это подозрительно. Вот велю вас всех арестовать (ха-ха!)… Нет, скажите же откровенно, как вы разнюхали, что здесь произошло убийство?

Холмс вымученно посмеялся остроумной шутке Лейстрейда. Затем нашелся и сообщил, что в гостиницу прибыл вместе с ассистентами совершенно по другому поводу, к остановившемуся тут сэру Генри Баскервилю.

– И если бы служащие отеля хотя бы попытались выслушать наши объяснения, то не потащили бы в этот номер, приняв за полицейских.

– Ха, Холмс! – снова обрадовался Лестрейд. – Я же всегда говорил, что у вас физиономия классического бобби. Если вас выпустить на рынок, рядом не произойдет ни одной кражи: таким людям, как вы, даже форма не нужна – им само лицо помогает. Впрочем, на этот раз ваша помощь не потребуется: убийцу мы сейчас же арестуем и доставим в Скотленд-Ярд.

На вопрос Холмса, кого же подозревают полицейские в убийстве, инспектор тут же объявил, что это – администраторша отеля. Дескать, только у нее были ключи от номера и именно она могла спокойно зайти внутрь и зарезать постояльца.

– Для чего? – непроизвольно вырвалось у Ларина.

– Из ревности, молодой человек, из ревности, – нравоучительно изрек Лестрейд. – Пусть ваш патрон объяснит подробнее, но суть такова: эта женщина приревновала постояльца к своему любовнику Джону, который одновременно был любовником погибшего. Пока Джон находился внизу, администраторша ненадолго отлучилась, совершила убийство и, никем не замеченная, вернулась продолжать ланч… Ну, вы, джентльмены, можете идти, а нам придется еще немного поработать.

– Спасибо за науку, мистер Лестрейд. Это просто гениально! – восхитился прозорливостью полицейского Ларин. – Я думаю, Скотленд-Ярд уже связал это преступление с изобличенной вами лесбиянкой из бифштексной?..

– Мы изучаем этот вопрос. – И детектив полез под кровать, чтобы получше рассмотреть лицо трупа…

* * *

Холмс попытался высказать неудовольствие Андрею за то, что он влез в разговор с Лестрейдом, но Ларин возразил, пусть, мол, полиция приложит силы к поиску неуловимой госпожи Глюк, тем более, это может способствовать освобождению из Тауэра невиновной администраторши.

Великий сыщик тут же возмутился наивностью мистера Энди.

– Конечно, определяя мотивы убийства, Лестрейд ошибся. На самом деле дежурная по отелю, скорее всего, являлась пособницей Мориарти, должна была помочь прятать миссис Глюк. Мужчина же наверняка захотел воспользоваться девушкой (поэтому и вытащил нож). Но Глюк удалось бежать с помощью более опытной дамы из отеля. Обороняясь, администраторша и зарезала нападавшего. Вот он, мой великолепный метод, Энди! Лестрейд-то ничего не знает о миссис Глюк. Но она была. А теперь ее нет! Вот вам и разгадка убийства. А теперь пойдемте-ка к сэру Генри. Он заждался нас.

– Не знаю, как вы, Шерлок, – заупрямился Ларин, – а я предлагаю дождаться здесь, у входа, когда отпустят путану, и переговорить с ней еще раз. А потом уж пойдем к Баскервилю.

– Какого черта? – не выдержал сыщик. – Объяснитесь!

Но тут Андрей неожиданно расплылся в улыбке и, заговорщицки подмигнув Холмсу, заявил, что разгадал его хитроумный план – заставить гостей, воспользовавшись гениальным методом дедукции, самим прийти к выводам, уже понятным великому сыщику. Тот, польщенно раскланявшись за «великого», что-то неопределенно промычал в ответ. Пауза позволила Ларину восстановить пошатнувшиеся было отношения и рассчитывать на дальнейшую помощь.