Через тернии в омут - Светлана Алешина

Там я занялась текущими делами – просмотром статей, макетов, деловыми телефонными звонками и прочей рутинной работой. Ровно в шесть я встала из-за стола, убрала в него бумаги и вышла из кабинета, предупредив Кряжимского, что на сегодня моя работа закончена.

Я почувствовала, что мне необходимо спокойно посидеть и подумать, что делать дальше. В редакции для этого была совершенно неподходящая обстановка. Такое я могла позволить себе только дома. Поэтому, приехав домой, я сразу же прошла в свою комнату и закрылась, чтобы мне никто не мешал. Хотя в квартире и так никого не было…

– Виктор, ты мне будешь очень нужен сегодня вечером и ночью!

Эта фраза могла огорошить какого угодно мужчину, только не нашего фотографа. Этот парень, прошедший горячие точки, но оставшийся удивительно спокойным и выдержанным, был надежным тылом нашей редакции. Немногословность фотографа стала уже легендой – не только нашей газеты, но и всей журналистской тусовки города. За несколько лет существования газета «Свидетель» прочно заняла свою нишу, практически монополизировала рынок криминальной информации, и с нами считались. Как власти, так и коллеги. А Виктору даже вручили специальный губернаторский приз за лучшую фотоработу в прошлом году. Самый прикол был в том, что Виктор всячески отнекивался от присутствия на церемонии награждения. Дело в том, что он должен был произнести хотя бы краткую речь. А оратор из нашего «силовика-фотографа» был как из меня – борец сумо. Лаконично, по-армейски четко прочитав по бумажке нужные слова, Виктор с пунцовым от смущения лицом спустился в зал. Все ему аплодировали и улыбались, но Виктору все равно было тогда как-то не по себе.

И вот сейчас, когда моя фраза прозвучала несколько двусмысленно, Виктор отреагировал наиболее кратким вопросом, какой только мог быть задан:

– К тебе?..

– Да, лучше заезжай за мной. И… Ты как-то говорил, что умеешь проникать в помещения, если надо. Во всяком случае, я припоминаю одно дело, когда ты мастерски вскрыл офис одной фирмы.

– Было, – ответил фотограф.

– Сможешь повторить этот подвиг сегодня ночью?

– Постараюсь, – не изменил своей лаконичности Виктор.

– Тогда жду.

На эту мою фразу Виктор отреагировал обрывом связи. А уже через двадцать минут он позвонил ко мне в дверь. Я обрисовала ему задачу. Моей целью был офис фирмы «Ариэкс», директором которой был Калачов, его заместителем – Мерзлихин, который встречался с одним из работников банка «Волга-финанс», где работал убитый буквально вчера Антон Поздняков. Кажется, появляется реальная ниточка, связывающая все воедино. Правда, непонятно пока, каким именно образом.

Поразмыслив, я пришла к выводу, что единственное, что мне остается в данной ситуации, – проникнуть в фирму тогда, когда там никого не будет. А это можно сделать только ночью. «И именно сегодня ночью, – решила я. – Тянуть больше некуда. Наташка в тюрьме, а в ее невиновности может сомневаться кто угодно, только не я».

Я, разумеется, разволновалась от принятого решения. После звонка Виктору я встала с кровати и заходила по комнате. Конечно, проникнуть в фирму ночью означало взломать замок, и даже не один. Это был отчаянный и противозаконный шаг, но другого пути я не видела. Если мы попадемся, скандала не оберешься. На Алферова я не надеялась: он ясно дал мне понять, чтобы я не лезла в дела банка, – мол, денежки милицейского начальства там, а это запретная зона. Коррупционеры хреновы, оборотни в погонах, смычка криминала, бизнеса и власти, так их всех перетак!

Я попыталась успокоиться. «Ладно, – говорила я себе. – И не в таких переделках приходилось бывать. Только бы у Виктора все получилось».

Виктор явился во всеоружии – в данном случае с требующимися для дела отмычками. Когда мы подъехали к фирме «Ариэкс», было уже около одиннадцати часов вечера. Тем не менее во многих окнах все еще горел свет – особо трудолюбивые сотрудники продолжали работу. Я остановила машину, и мы стали ждать, когда все разойдутся.

Чтобы как-то убить время, я дошла до ближайшего магазина, купила какой-то один из многочисленных молодежных журналов и принялась заполнять сеточки кроссвордов. Занятие это было довольно скучное – буквально через полчаса я выжала из журнала все, что можно, и отбросила его в сторону. Виктор же спокойно сидел и читал справочник по ремонту автомобилей, причем выглядел фотограф весьма заинтересованным и даже увлеченным своим занятием.

Потихоньку окна стали гаснуть. Я наблюдала за тем, как из ворот выходили люди, садились в машины или уходили пешком. Наконец ворота покинули последние сотрудники – худая девушка лет двадцати восьми и высокий нескладный парень в очках, одетый в потрепанные джинсы и белую футболку.

«Да, у этих-то точно с личной жизнью напряженка, – подумала я. – Немудрено, что они торчат на работе допоздна».

За молодыми людьми запер ворота сторож – сухонький невысокий старик. Я поняла, что ждать осталось не так уж долго. Я обратила внимание Виктора на опустевший офис, но он отрицательно покачал головой: мол, нужно еще подождать.

Фотограф выждал где-то еще с час, потом тронул меня за плечо и кивнул в сторону здания, где располагался «Ариэкс». Мы вышли из машины и направились к запертым воротам. Наше положение облегчали два факта: наличие старенького сторожа, а не молодого бугая с дубинкой – просто подарок какой-то, – и то, что «Ариэкс» находился на отшибе – ближайшая девятиэтажка была метрах в ста, к тому же от офиса она была отделена высокими деревьями. Напротив был забор какого-то предприятия, абсолютно темный, а улица в этот час была совершенно безлюдна. Проехала, правда, одна машина, но люди, сидевшие в ней, не обратили на нас никакого внимания…

Здание было темным, только на первом этаже тускло мерцал какой-то свет, – видимо, в комнате сторожа. То, что в офисе нет сигнализации, я выяснила еще в свое первое посещение. И специально надела джинсы, чтобы было удобнее.

Виктор решительно подошел к воротам. Оглядевшись и убедившись, что поблизости никого нет, он перелез через ворота, помог перелезть мне, и мы вместе тихонечко пошли по заднему двору к черному ходу. Виктор спокойно достал из кармана связку отмычек. Возился он долго, но нервничала я одна. Мне казалось, что в этой тишине даже глуховатый старичок может услышать лязг замка. Я сделала несколько глубоких вдохов, заставив себя успокоиться. А Виктор, вставив в замок следующую отмычку, осторожно принялся ее поворачивать. На этот раз удача улыбнулась нам – отмычка свободно повернулась, и замок открылся.

Виктор просочился в дверь и предостерегающе поднял палец вверх. Мы замерли, прислушиваясь к тому, что происходит внутри. До нас донеслись какие-то довольно громкие звуки, но я никак не могла определить их происхождение. Осторожно ступая, Виктор пошел вдоль коридора и остановился перед проходом в вестибюль. Потом махнул мне рукой, – мол, иди посмотри, что там! Тихонечко выглянув из-за угла, я увидела, что в вестибюле сидит старый сторож и смотрит маленький переносной телевизор. Похоже, сторож был действительно глуховат, поскольку звук телевизора был включен почти на полную мощность. Чтобы попасть в помещение «Ариэкса», нужно было пройти мимо старика. Он сидел вполоборота к нам, и мы не имели возможности тайком проскочить мимо. Тут я подумала, как же повезло этому старичку, что «грабить» здание пришли мы, никаких, в сущности, злых намерений не имевшие. Если смогли мы, то почему не смогли бы проникнуть в здание преступники? И уж они наверняка не стали бы церемониться со сторожем: или ударили бы его по голове, или вообще убили бы. Я даже пожалела дедушку.