Стрела Амура 9-го калибра - Владимир Колычев

— Да, была у меня такая мысль. — Помазов пожал плечами.

— И что?

— Не успел бы Шпагин. Соседка выстрел услышала, выглянула на лестничную площадку, а Шпагин уже дверь выбивал. Не успел бы он выйти из квартиры.

— Тогда кто? Карлсон?

— С шестого этажа по веревке можно…

— Веревка была?

— Нет, чисто все. Ни веревки, ни следов. Фрамуги и балконные двери закрыты.

— Я не верю, что Ухватов сам застрелился. Но если ему помогли, то сделали это профи.

— Может, сперва в квартире спрятались, а потом ушли?

— Да негде там прятаться.

— Хотелось бы побольше узнать об этой Соевой.

— Есть у нее тут подружка. Альбиной зовут. Этажом выше живет. Но ее сейчас дома нет.

— Чего так?

— Молодость, свобода, ночная жизнь.

К подъезду подкатило такси, из него вышла высокая стройная девушка с распущенными русыми волосами. Вытянутое лицо с высокими скулами, острый нос с горбинкой, чувственный рот. Вся она источала возбуждающую энергию, но Максима это ничуть не тронуло. Красивые глаза его не зацепили.

Стильный плащик, сапоги на шпильке, легкое покачивание бедрами, цокающий шаг. Девушка с удивлением посмотрела на автоматчика, который стоял чуть в стороне, скользящим взглядом коснулась Помазова.

А вот на Максима она засмотрелась, даже шаг чуть замедлила. В глазах вспыхнул огонек, губы тронула блудливая улыбка.

Максим на секунду закрыл глаза. Ему, конечно, льстило внимание со стороны женщин, но в последнее время у него с этим делом был явный перебор. То Лиза, то Даша, а сегодня еще и Оксана нагрянула.

— Гражданка Дорошева? — спросил Помазов.

— А почему гражданка?

— А вдруг вы не Альбина? — осведомился Максим и постарался улыбнуться.

— Альбина.

Из подъезда вынесли тело, запакованное в полиэтиленовый саван. Судя по габаритам и по тому напряжению, с которым санитары справлялись с весом, это был Ухватов.

— Что это? — вскрикнула Альбина.

— Жизнь — очень жесткая штука. — Максим взял девушку под руку.

Она порывисто прильнула к нему и спросила:

— Вы из полиции? Да, вспомнила, вы капитан Костин! — Из ее груди вырвался вздох облегчения.

— Альбина, это не кино. Я капитан Юрьев.

— Но я же вас узнала! — Девушка большими глазами смотрела на него.

— Да, но я-то вас не узнал. А по имени назвал.

— Да, назвали.

— Сейчас вынесут тело вашей подруги Соевой.

— Женьки?! — Альбина с силой оттолкнулась от Максима.

Он внимательно смотрел на нее, пытаясь выявить обман в поведении. Но девушка не играла, она действительно была удивлена и напугана.

— Что с ней?

— Ее убили.

— Нет! Не может быть. Это кино!

— Хорошо, пусть это будет кино. Вы очень спешите?

— Нет.

— Мне надо с вами поговорить. — Максим снова взял девушку под руку.

На этот раз она не стала жаться к нему, без возражений проследовала до самой машины. Юрьев открыл дверцу, помог ей устроиться на заднем сиденье, сам опустился рядом.

— Вдруг вы подумаете, что я собираюсь вас похитить.

— Я не против. — Она мрачно усмехнулась. — Только не сейчас.

— Женя была вашей подругой?

— С детского сада. В одной группе, в одном классе. А это кого несли? — Альбина кивнула в сторону спецмашины.

— Ухватова.

— И его тоже?..

— Вы его знали?

— А то!.. Я даже завидовала Женьке. Такой мужик! С охраной ездил. А где она?

— Альбина, у вас пытливый ум. У меня такое чувство, что вы сейчас скажете мне что-то очень интересное!

— Что я могу вам сказать?

— Скажите, за что Ухватов мог убить Женю.

— А он ее убил?

— Задушил. А потом застрелился.

— Да ну!.. — Альбина не могла в это поверить.

— Говорят, Ухватов очень любил Женю.

— Может, и не очень. Но любил.

— А она?

— Как кошка в него втюрилась. Только о нем и думала.

— Она могла ему изменить?

— Скорее застрелилась бы.

— Между ней и Ухватовым случались ссоры?

— Нет, нормально все было. Он говорил, что нашел свой идеал. Меня бы кто-нибудь так отыскал.

— Может, Женя жаловалась на что-то?

— Было дело. Приходили к ней на днях из пожарной инспекции, нахамили. Почему, мол, люк в полу закрыт?

— Меня интересует Ухватов.

— Нет, на него она не жаловалась.

— Она знала, чем он занимался?

— Охранной фирмой заведовал.

— С криминалом был связан?

— Может, и с криминалом. Но цивильный. Вежливый мужик, культурный. Хотя и не всегда. Видела я, как он на своих телохранителей орал. Но так на Женьку голос не повышал, пылинки с нее сдувал.

— А он с ней жил или так, наезжал?

— Иногда ночевал. А так да, наезжал.

В голове у Максима вдруг щелкнуло. Где-то в памяти пересеклись блуждающие токи.

— А что вы там про люк в полу говорили?

— На балконе пожарная лестница. Женька ремонт делала. Лестницу срезали, а люк плиткой заложили. Эти из инспекции открыли его. Одна плитка выскочила, другая лопнула.

— У вас в квартире такой же люк?

— Да, как у всех. Только ко мне не приходили. У нас другой стояк. Может, к нам потом придут.

— Так, постойте. Должен быть еще другой люк, на потолке.

— Да. Женька про него ничего не говорила. Там у нее пластик наложен.

— А кто под Соевой живет?

— Анютка. Разведенка она. Сходится — расходится, так и живет.

— С кем она сейчас?..

— Да черт ее знает.

— Когда ты ее в последний раз видела?

— Ее не видела. Позавчера лифт заклинило, я пешком спускалась. Смотрю, какой-то мужик к ней в квартиру заходит. Плечи вот такие!..

— Альбина, оставайтесь, пожалуйста, здесь.

Максим выходил из машины спокойно, неторопливо, хотя едва сдерживался от желания бежать. Он боялся вспугнуть удачу, опасную для собственной жизни. Еще его пугало то обстоятельство, что за ним сейчас кто-то мог наблюдать с пятого этажа.

Помазов, Зыков и Бочкарев стояли возле подъезда.