Змей-соблазнитель - Татьяна Полякова

Помнится, с пасынком они не особо ладили. Вполне возможно, битва за квартиру разгорится нешуточная.

– Поехали ко мне, – поднимаясь, сказала я. – Там хоть наревешься вдоволь. За квартиру, кстати, ипотека не выплачена, так что, если вы на нее нацелились, придется раскошелиться.

Понятное дело, говорить этого не стоило, но в тот момент собственная беспомощность достигла критической точки, вот меня и понесло.

– Ипотека? – нахмурилась Людмила Ивановна. – Но ведь Павел мне сказал…

– Паша не хотел вас расстраивать, – пролепетала Полина, – и я поэтому молчала…

– Но… он ведь хорошо зарабатывал… Ясно, – скривилась Людмила, – все эти ваши поездки в горы да к морю… А теперь ребенок может без квартиры остаться.

– Я тоже работаю, – попыталась вставить слово Полина.

Но Людмила презрительно фыркнула:

– Много проку от твоей работы!

И между прочим, была не права. Сестра зарабатывала очень прилично, может, не так, как Павел, но и без мужа даже с ипотекой вряд ли пропадет. Тем более что я всегда готова помочь.

На отчима известие об ипотеке произвело самое тягостное впечатление. Он окинул взглядом комнату, точно навеки прощался, и скрылся в кухне, не привлекая к себе внимания.

Сашка ревела все отчаяннее, без конца твердя: «Где папа, я хочу к папе», чем довела обеих женщин до истерики. Кончилось все не так уж плохо: я пообещала племяннице самый большой и красивый воздушный шар, и мы отправились на прогулку с Сашкой и Полиной.

– С родней тебе будет нелегко, – заметила я, когда шар был куплен, а Сашка, сунув мне его в руки, весело носилась на детской площадке.

Мы с сестрой устроились на скамейке.

– Их тоже можно понять…

– Почему он им об ипотеке не сказал?

Собственно, мне до этого было мало дела, но это лучше, чем гадать, где Павел и что с ним. Полина пожала плечами:

– Ты же знаешь, он ужасный выпендрежник. Ему нравилось, чтобы его считали успешным, беспроблемным… Людмила им очень гордилась… и… в общем, ерунда все это. Наверное, это надо просто пережить. Да?

Она смотрела на меня с отчаянием, и стало ясно: оставить сестру я не смогу. Со мной она точно не поедет, у нее работа и эта чертова ипотека. Получается, без вариантов.

– У тебя как дела? – спросила Полина.

– Нормально, – ответила я.

А что еще ответить? Я наживка для киллера? Тут и вовсе скверные мысли явились как по заказу. Кто знает, что взбредет в голову психу? То, что мне придется рисковать, еще куда ни шло, а если возникнет опасность для Полины и Сашки? Неужто этим типам из ФСБ и на ребенка наплевать? Я в замешательстве посмотрела на сестру.

– Слушай, – сказала, с трудом подбирая слова, – давай я вас отправлю отдыхать. К морю. Деньги у меня есть.

– Какой отдых! – покачала головой Полина. – Мы даже не знаем, что с Пашей. Я понимаю, ты хочешь как лучше, но сейчас говоришь ужасную ерунду.

По дороге домой я в который раз вспоминала разговор с Ивановым и задалась вопросом: а ну как Пашкино исчезновение связано с тем самым киллером? Глупость, конечно, а если все же не глупость? Если бы он просто утонул – это одно. А странное исчезновение – совсем другое. Что там за планы у душегуба, поди разберись. Ко всему прочему, есть подозрение, что Павла убили. По мне, так испытаний для одной семьи подозрительно многовато.

Подходя к подъезду, я увидела мужчину в инвалидной коляске. Дом у нас новый и оборудован пандусом. Мужчина точно ждал кого-то. На нем был ярко-синий свитер под горло, кепка, ноги прикрыты темным пледом. Он читал книжку, судя по названию, что-то о Второй мировой войне. Взглянув на меня, сказал:

– Здравствуйте, – улыбнулся краешком губ и вновь уставился в книгу.

А я почувствовала что-то вроде вины: мужчина был молод, лет тридцать с небольшим. Симпатичное лицо, открытый взгляд… Судя по всему, высокий, плечистый. На таких женщины обычно заглядываются. Я на жизнь жалуюсь, но бегаю по крайней мере на своих двоих.

– Здравствуйте, – ответила я, поспешно заходя в подъезд, и подумала при этом: «Может, все не так плохо и он еще встанет на ноги? Медицина сейчас на многое способна…»

Лифт не работал. Иногда подобные мелочи выводят из себя. Мне-то всего на второй этаж, но я раздраженно потыкала пальцем в кнопку вызова, чертыхнулась, направилась к лестнице и тут вновь подумала о мужчине в инвалидной коляске. Постояла и вернулась на улицу. Он вновь посмотрел на меня с полным равнодушием, а я, слегка запинаясь, сказала:

– Простите… лифт не работает, и я подумала… Вам нужна помощь?

– Нужна, – весело кивнул он, – но просить молодую девушку неудобно. Я никуда не спешу. Дождя сегодня не обещали… Кто-нибудь из мужчин пойдет…

– Глупости. Я с удовольствием помогу, – закидывая на плечо сумку и подходя ближе, сказала я.

– Боюсь, это будет нелегко, – засмеялся он. – Я тяжелый, а вы девушка хрупкая.

– Внешность обманчива.

Я покатила коляску к двери.

– Утром, когда я выходил, лифт работал, – сказал мужчина. – Друзья сделали в подъезде пандус, но на второй этаж я самостоятельно подняться не могу. Но это временно. Не хочется зависеть от такой ерунды, как лифт.

Мы вошли в подъезд, то есть я вошла, толкая перед собой коляску и уже понимая, что дело это нелегкое, однако признаваться в этом не хотелось.

– Вы на втором этаже живете? – спросила я.

– Да. Пятьдесят вторая квартира. А вы к кому-то в гости?

– Я ваша соседка. Из пятьдесят первой.

– Недавно переехали?

– Месяц назад.

– Теперь понятно, почему мы раньше не виделись, я в санатории был. Может быть, передохнем? – предложил он, когда мы оказались на площадке между этажами.

– Давайте, – согласилась я. – Разговаривать лучше, глядя друг на друга.

– Это точно.

– Ничего, если я спрошу? Вы один живете?

– Один. Друзья забегают. В общем, справляюсь. Искал квартиру пониже, но на первом этаже – одни офисы, в общем, по цене подошла только эта. Я здесь тоже не так давно. – Он протянул руку и представился: – Олег.

– Алла, – ответила я.

Рукопожатие вышло по-мужски крепким, меня, должно быть, перекосило, потому что Олег сказал:

– Извините. Железо тягаю, чтоб быть в форме и с коляской самому управляться.

– А я борьбой занимаюсь, – брякнула я.

– Вы? Борьбой? – похоже, такое у него в голове не укладывалось.

– Ну да… – смутилась я.

Он смутил меня еще больше, спросив:

– Зачем? Извините. Кажется, я лезу не в свое дело. Просто такими видами спорта обычно занимаются девушки… не такие, как вы. Вам бы балет подошел. Или, на худой конец, художественная гимнастика. На самом деле я хотел сказать, что вы очень красивая, а у красивой девушки всегда найдется парень, который рад будет за нее кулаками помахать, так что ей можно не напрягаться.