Перспектива смерти - Ярослав Питерский

– А в чем дело лейтенант? – поинтересовался водитель.

– Да так – проверка. На дорогах сейчас сами знаете не спокойно!

Водитель протянул милиционеру документы. Тот, внимательно рассматривая удостоверение и техпаспорт, как бы невзначай, сказал:

– Выйдете, пожалуйста, из машины и откройте багажник.

Сечин заволновался еще сильнее. Нагнувшись, к открытому стеклу он спросил:

– Лейтенант, я не пойму, в чем проблему и почему мы должны открывать багажник?

– Пассажир, с вами я пока не разговариваю! – вежливо улыбаясь, ответил инспектор.

Сечин обернулся и увидел, что второй ГАИшник, тоже, заставил выйти водителя фуры. Она стояла сзади «Ленд Крузера».

– Черт! Еще этого не хватало! Ребята – за мной и будьте бдительны, но с катушек не срывайтесь – менты они ведь дикие, из района! – скомандовал Владимир охранникам.

Сечин, вышел из машины, хлопнув дверкой. Охранники последовали за ним. Инспектор стоял, разглядывая документы. Петр, переминаясь с ноги на ногу, толкался рядом.

– Товарищ лейтенант, ведь все в порядке! Дайте мы поедим!

Но лейтенант, ничего не отвечая, зашел со стороны капота и посмотрел на номер автомобиля. Затем милиционер медленно обошел внедорожник и встал возле задней дверки.

– Откройте багажник.

Петр, следовал за инспектором по пятам. Водитель, пожал плечами и открыл заднюю дверку. Сечин краем глаз увидел, что у фуры разворачивается, такая же картина. Инспектор, стоял у задних дверей грузового отсека, и что-то говорил водителю. Владимир тихо бросил охранникам:

– Стойте здесь. Глаз не спускать с заднего сиденья! Там ведь сами знаете деньги!

Сечин быстрым шагом направился к фуре. Ее водитель уже собирался открывать задние дверки.

– Подождите! Товарищ милиционер! По какому праву досматривают мой груз? – требовательно спросил Владимир у инспектора.

Тот, оглянулся и, ухмыльнувшись, с неохотой ответил:

– А вы кто такой? Вы хозяин груза? У вас есть накладные?

– Да! Есть и не надо открывать машину! Я вам все покажу!

– Как это не надо открывать? А вдруг вы оружие везете? – возмутился милиционер.

Сечин подошел к инспектору и, потянув его за рукав – достал из кармана сто долларов и протянул ему. Милиционер, посмотрел на купюру и улыбнулся. Его раскрасневшееся лицо было словно восковое. Гладкие щеки, и почти, безжизненные глаза. Они внимательно изучали лицо Сечина:

– Откупиться хотите? Значит, везете, что-то запрещенное!

– Нет! Лейтенант! Смотри – вот сотня баксов! Бери! Клянусь – там компьютеры и прочая техника и ничего более! Вы разделите потом бабки! Вам и за сутки столько не заработать, как с нас возьмете!

Милиционер покачал головой. Сечин заметил, что он как будто стесняется. Таких гаишников он видел впервые. Обычно взятки брали всегда и быстро.

Инспектор, оттолкнул руку Владимира и, повернувшись к водителю, повторил:

– Открывайте кузовной отсек!

В этот момент раздался хлопок. Сечин не произвольно повернулся на шум и увидел, что из милицейской пятерки вышли еще два милиционера с автоматами на перевес. Их черные стволы угрюмо весели на бушлатах, словно две кочерги.

Эти двое, уверенной походкой, шли к «Ленд Крузеру». Владимир не мог понять, что они собираются делать. Он увидел, его охранники, словно сторонясь – уступают дорогу инспекторам. И тут произошло неожиданное. Оба милиционера, подняв стволы автоматов, открыли огонь. Треск выстрелов, был похож на лопающиеся, воздушные шарики.

Оба охранника упали как подкошенные. В тот же момент – милиционер, стоящий рядом с водителем «Ленд Крузера» – достал пистолет и выстрелил Петру в голову. Красный фонтанчик взметнулся над его черепом, и Петя рухнул наземь.

Обезумевший Владимир повернулся к лейтенанту, стоящему рядом с ним и с ужасом увидел, что тот целится в него из пистолета.

Черная дырка ствола на мгновение показалась Сечину глубоким, страшным колодцем из которого должен выскочить страшный зверь. Грянул выстрел. Горячая пуля, словно пчела – ужалила его в лоб, между глаз. Удар и темнота. Все, что Владимир почувствовал в последнее мгновение – страшный жар. Кровь, словно кипяток – заливала его щеки. Но это длилось лишь долю секунды. Сечин, рухнул на снег и, дернув ногами – застыл.

Водитель фуры в ужасе бросился бежать. Но милиционер, направив ему вслед ствол пистолета – нажал на курок. Грянули еще два выстрела. Горячие гильзы, упав в снег – зашипели. Водитель фуры упал – как подкошенный, словно дикий олень на королевской охоте.

Инспектор, подошел к нему и посмотрев, выстрелил в голову. Брызги крови разлетелись по снегу.

Один из инспекторов, который был с погонами старшего лейтенанта – злобно крикнул:

– На зачистку три минуты. Через три минуты – пройдет рейсовый, из Абакана. Нужно все успеть убрать!

Гаишники засуетились. Трупы, подхватив за ноги – стаскивали волоком к обочине дороги. Затем перекидывали их за снежный бруствер. На укатанном снегу оставались кровавые дорожки. Через пару минут следов бойни почти не было видно. Один из милиционеров старательно засыпал краповые полоски снегом. Еще один сев в «Ленд Крузер» завел внедорожник и нажав на газ, и проехав метров сто – свернул с дороги. Туша автомобиля скрылась в густом заснеженном лесу.

Еще один развернул фуру и погнал ее в противоположенную сторону. Через несколько метров грузовик тоже скрылся в кустах. Остальные гаишники попрыгали в пятерку. «Жигуленок» завелся и, зарычав, как бродячий пес – поехал вслед за «Ленд Крузером».

Еще через пару минут по заснеженной трассе пролетел рейсовый междугородний автобус. Он поднял поземку, которая превратилась в небольшой буран.

Затем наступила тишина. Дорога словно притаилась, ожидая чего-то страшного.

– Значит, вы говорите – не знаете Свирского? – Поляков внимательно разглядывал лицо женщины.

Но Людмила Кубарова была невозмутима. Она равнодушно смотрела на него карими глазами. Затягиваясь сигаретой – то и дело сбрасывала пепел, щелкая длинными накрашенными ногтями. Их темно-алый цвет, напоминал застывшую кровь.

– А как вы тогда объясните, что с его сотового телефона несколько раз звонили вам домой. На ваш номер домашнего телефона! Как это объясните?

– Не знаю. Не могу знать. Мало ли кто звонит моему мужу. Вернее, теперь уже звонил. Я в его дела не вмешиваюсь!

– А вы сами лично никогда со Свирским не разговаривали? И не знаете – кто это такой?

– Нет. Я же уже вам это сказала. Сколько можно повторять!

– Повторять будете столько – сколько я вас буду спрашивать!

– Эй! Майор! Не забывайтесь! Вы находитесь у меня дома! А я не у вас на допросе! И если вы хотите меня допросить – то вызовите официальной повесткой! Я приду к вам с адвокатом! Только тогда – я вряд ли вообще буду вам, что-то говорить! За меня будет говорить адвокат! А он – поверьте, мало, что вам скажет! – голос Кубаровой стал грубым.