Последняя ночь под звездами - Дарья Калинина

– Ни чуточки. Нам тут уже надоело. Соскучились по всему домашнему. Да и погода все равно плохая.

– Ну, приезжайте, и увидимся, – бодро произнесла тетя Галя. – Может быть, даже с Сергеем Фадеевичем сможем вас у себя принять.

– Договорились! – засмеялась Кира.

Но все получилось совсем не так, как хотели подруги. Утром тетя Галя позвонила вновь и голос ее звучал совсем иначе. Сначала подруги даже не поняли, она ли это.

– Тетя Галя, что случилось?

– Умер. Сережа умер.

– Как? Почему? Ему же стало лучше! Вы сами вчера сказали!

Рыдая, тетя Галя принялась объяснять. Да, Сергею Фадеевичу ненадолго стало лучше, боли почти совершенно его отпустили. Они провели чудесный день, полный надежд и предвкушений. Но ночью Сергею Фадеевичу стало хуже, он впал в бессознательное состояние и через два часа умер.

– Но почему? В чем причина?

– Ох, девочки, не знаю, как вам и сказать. Непонятно мне как-то. Только сегодня утром вторичные анализы пришли, врач мне подтвердила то, что раньше уже сказала.

– Что сказала-то?

– Отравился мой Сережа. Яд бледной поганки.

– Где же он ее съел? В больнице снова грибов отведал?

– Нет, это случилось гораздо раньше. Яд бледной поганки тем и опасен, что действует не сразу. Опасные токсины, содержащиеся в этом грибе, сначала дают картину общего отравления – тошнота, судороги, боли в животе. Потом наступает временное улучшение, которое может длиться от нескольких часов до нескольких дней. А потом неизбежный и чаще всего летальный исход.

– И ничего нельзя было поделать?

– Этот яд тем и опасен, что когда человек замечает первые симптомы отравления, поделать уже практически ничего нельзя. У Сережи был один шанс из ста, но он его не вытянул!

Конечно, подруги искренне сочувствовали тете Гале. Но они понимали, женщина звонит им не за банальным соболезнованием. Ей что-то от них надо. И она не знает, как лучше высказать свою просьбу.

Но внезапно тетя Галя собралась с духом и произнесла:

– Я хочу вернуться в пансионат.

– Зачем?

– Хочу разобраться, каким образом яд мог угодить в тарелку моего мужа. Врачи говорят, что это должно было случиться тогда… за ужином.

– Наверное, это мы виноваты.

– Нет, нет, – заверила их тетя Галя. – Вас я не виню. Вы собирали грибы под руководством моего мужа, а он был опытный грибник. Спутать бледную поганку можно только с шампиньоном. Но ведь вы их не брали?

– Даже и не видели.

– Вот, значит, яд добавили в блюдо специально.

– Кто?

– Если бы я только могла это знать, – горько вздохнула тетя Галя. – Вот и еду назад, чтобы разобраться.

– Но почему вы уверены, что это произошло в пансионате?

– Но ведь больше он грибов не ел. А значит, и отравиться тоже ими больше нигде не мог. Уверена, яд бледной поганки подкинули именно в грибы.

Да, это подруги должны были понять и сами.

– Но и тут Сергей Фадеевич ел грибы всего один раз!

– Вот именно! И я хочу понять, как получилось, что он отравился!

И все равно подруг многое смущало в сказанном тетей Галей.

– Но если яд был кем-то сознательно или нет, но добавлен в грибное блюдо, должны быть и другие пострадавшие от яда.

– И они есть! Вы ведь сказали, что еще три человека оказались в больнице с подозрением на пищевое отравление!

Однако один больной был выписан уже на другой день. Да и те двое – молодой человек и сварливая толстуха, которые еще оставались в больнице, быстрыми темпами шли на поправку. Подруги регулярно наводили о них справки у врача пансионата и поэтому точно знали, состояние этих двоих не вызывает у докторов никаких опасений.

Так могло ли быть такое, что эти трое употребили слишком малое количество яда, которое не вызвало серьезных последствий? И могло ли быть так, что смертельно опасный токсин не был обнаружен в их крови?

На все эти вопросы надо было найти ответ. Потому что чем больше подруги думали над сложившейся ситуацией, тем отчетливей они понимали, она в высшей степени неоднозначна. Умер человек, по словам врачей, отравился ядом бледной поганки. Но ясно, что сам он этот гриб положить себе в блюдо точно не мог. Значит, это сделал кто-то другой. И на что рассчитывал этот человек? Хотел ли он только пошутить, пусть шутка и сомнительна и даже предосудительна.

Или… Или же все гораздо хуже и этот человек, кем бы он ни был, сознательно стремился убить Сергея Фадеевича?

– Вопросов возникает много, но ответ на один из них я знаю совершенно точно уже сейчас. Отъехать так быстро из пансионата, как мы планировали, нам не удастся.

– Ты хочешь взяться за расследование смерти Фадеича?

– Конечно! А ты разве не хочешь?

– Наверное, мы должны это сделать, – несколько неуверенно произнесла Леся.

– Убийство было совершено под самым нашим носом. Что это, как не вызов нам с тобой! Да теперь мы просто обязаны остаться и докопаться до сути того, кто мог подкинуть яд в блюдо, которое отведал Сергей Фадеевич.

Но прежде всего подругам необходимо было дознаться, на каком именно этапе приготовления и подачи пищи яд мог оказаться в порции покойного. Вариантов было три. И первый был самый простой и очевидный: яд добавил в грибы один из поваров прямо на кухне.

Однако в том случае, если яд был добавлен непосредственно на кухне, не значило ли это, что Сергей Фадеевич стал случайной жертвой неизвестного маньяка? Маньяка, которому было все равно, кого убить. Кинул в еду яд, как говорится, на кого бог пошлет.

Подруги наведались на кухню, где сообщили поварам неприятную новость. Скоро к ним пожалует полиция, которая захочет узнать, кто именно готовил злополучные грибы. При этих словах упитанный румяный толстяк в белоснежном фартуке побледнел до такой степени, что почти сравнялся цветом со своей одеждой. Перемена в нем была столь разительна, что подруги сразу же поняли, вот он грибочки и готовил.

И с двух сторон подступившись к мужчине, они хорошенько расспросили его, как было дело.

– Девчонки… Да вы что? – оправдывался перед ними повар. – Мы же все на кухне эти грибы тоже попробовали. Прямо из общей кастрюли черпаком раскладывали. Я последним подошел. И себе точно такую же порцию положил, и вместе со всеми потом ее ел. Да вы кого хотите спросите.

– Да, да! – раздались со всех сторон голоса. – Точно… Ел он вместе с нами.

А шеф-повар еще и присовокупил:

– Борис никак не может быть виноват в случившемся. Он у нас уже не первый год работает, мы все его хорошо знаем и уважаем.

Но окончательно подруг убедили не слова, а само лицо бедного повара, который был ни жив ни мертв от нависшего над ним обвинения в непрофессионализме. Он был просто убит горем.